Общение

Сейчас 987 гостей и один зарегистрированный пользователь на сайте

  • Matrix-9

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Смешная некомедия для родителей и детей
Пьеса-то детская, но играть ее могут взрослые (для них – предисловие). Пьеса написана по одноименной книге, пока неизданной в Москве. Пьесу собирались ставить главные режиссеры Московского областного ТЮЗа, Орловского областного ТЮЗа, Тюменского театра драмы и комедии.
А к т ё р, и г р а ю щ и й  В а н ю. Я - маленький человек. Не обращайте внимания на мой взрослый возраст. Сейчас я плохо­вато выгляжу, но на самом деле я такой же ванька, как и вы, только взрослый. Рост у меня в два раза короче, зубы в три раза белее, а скорость ума, скородумность - пять мыслей в секунду.
Люди ведь делятся не на взрослых и детей. Не гордитесь, что вы дети. Посмотрите на себя: кто-то из вас уже старушка-старушка.
А вот он — Сергобеж!! Посмотрите-ка: полный рот смеха! Причёска не прическа, а нахлобучка на голове. Походка иногда с акцентом на левую ногу (потом поймете, почему).
Это настоящий ребёнок! Глаза у него всё видят, зубы всё едят, а руки… руки все берут.
А вот Наташа, она хочет, когда вырастет, походить на эту тетеньку. А на самом деле лицо у неё, как подсолнушек, все в рыжую точку, глаза у неё с большим зелёным удивлением, а пахнет от неё не французскими духами.
А к т ё р, и г р а ю щ и й  С е р г о б е ж а. Ты заметил? Тянет кошками от нее.
А к т ё р , и г р а ю щ и й  В а н ю. И кажется мне, она глубо­кая двоечница, потому что Архимед был мальчик.
А вот Вика. Правда, на куколку похожа эта девочка? С кудрями сильными, в полу-юбочке. Лицо беленькое.
А к т р и с а, и г р а ю щ а я  Н а т а ш у. Порошком зубным напудрилась!
А к т ё р, и г р а ю щ и й  В а н ю. Какие же у неё движения? Вико-образные.
А к т ё р, и г р а ю щ и й  С е р г о б е ж а. Командиро-образные. Голос - вредный!
А к т ё р, и г р а ю щ и й  В а н ю. А вот это, с косичкой, Ленка. Ходит в чёрном   трико. Походка у неё - как ворона с пе­рекушенным крылом... А больше про неё не скажешь сразу ничего.
Вы замечали? стоит собраться детям, тут же подходят взрослые. Вот идет Тётенька в галошах. Она в галошах. Любит фартуки и варенье.
Еще подходит - Тётенька в пиджаке. Похожа на дяденьку.
Смотрите, смотрите - это Старушка с цветами. Нарядная, как букет, как ее цветы! Настоящий разносчик красоты!
Смотри, Сергобеж, твоя мама!
А к т ё р, и г р а ю щ и й  С е р г о б е ж а. Всегда бежит, как на праздник.
А к т ё р, и г р а ю щ и й  В а н ю. А вот, на самом почетном виду - дядя Котов. Дядя Ко-о-тов... На голове повешена седая борода. Очень премудрый.
А теперь начинается всё самое первое...
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Ваня. 10-I2 лет
Сергобеж, 10-12 лет
Наташа, 10-12 лет
Вика, 10-12 лет
Ленка, 10-12 лет
Тетенька в Пиджаке, мать Ленки, за 35 лет
Тетенька в Галошах, мать Вики, за 40 лет
Старушка
Дядя Котов, за 60 лет
Джульетта Денисовна, мать Сергобежа, около 30 лет
КАРТИНА 1
Солнце вскочило на сосну, сидит, ножки свесило. К дороге поле выпустило стадо своих васильков– расцве­ли на прохожего глазками.
В А Н Я. Кто не был в деревне - смотрите! Слушайте... тишина и приятный лай собак. Нюхайте! Запах медовый - будто пчелу проглотил.
Деревня! Всё тут благоустроено для ребенка! Про деревню все сказки. Тут мудрые, наверно, все живут. Тут я... Иван- Царевич буду! Все каникулы! А в городе я Ванька, просто Ванька. И больше у меня ничего нет. Только имя. И все ванькают.
Ванька - но не подставляйте дурака; я - большой недурак!
Вдруг из-за высокого - с краю деревни - забора слышится детский крико-вопль: "Ай! Папочки!"
На дерево старушка лезет - заглянуть во двор.
С Т А Р У Ш К А. Прижги там ему! Как следует! Чтоб жгло!
Г О Л О С  С Е Р Г О Б Е Ж А. Ну всё! Всё! Пожалей!
Г О Л О С  Д Ж У Л Ь Е Т Т Ы  Д Е Н И С О В Н Ы. А ты жалеешь? А ты жалеешь?
В А Н Я. Постучать надо. Или крикнуть... Эй! Люди! Убивают!
Бежит большая тетенька в больших острых га­лошах.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Ой, божечки, случилось что?
С Т А Р У Ш К А. Да ничего. Сергобежа дерут.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А я испугалась – думаю: ну всё, случилось! А чем она лупит его?
В А Н Я. Там бьют! Избивают!
Тетенька в галошах отмахнулась от него.
Г О Л О С  С Е Р Г О Б Е Ж А. Ай! Папочки!
Г О Л О С  Д Ж У Л Ь Е Т Т Ы  Д Е Н И С О В Н Ы. Я не на гробовой еще доске! Я жизнерадостность люблю!
Идет, прихрамывает старый дяденька, лысина, как у старого богатыря.
Д Я Д Я  К О Т О В. Нa кого тут ералаш подняли? Сергобежа дерут, ну-ну… А чем дерут, не видно там? Меня в детстве вожжой как оплетут!
Дядя Котов благоустроился на пеньке, ногу протянул. Развернул газету - от солнца.
В А Н Я. Там бьют! Избивают! Дяденька!
Дядя Котов отодвинул его газетой.
С Т А Р У Ш К А. В том и дело, что не видно. Подсолнухи стоят.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А если подпрыгнуть?.. Нет. Тут лавочка была, где она?
Г О Л О С  С Е Р Г О Б Е Ж А. Не надо было рождать меня!
Г О Л О С  Д Ж У Л Ь Е Т Т Ы  Д Е Н И С О В Н Ы. Думала, веселей будет, а мне одна стирка о тобой! Одна стирка! У меня руки были! А теперь, посмотри  - стиральные доски! Я думала - весело будет!
Г О Л О С  С Е Р Г О Б Е Ж А. Я веселый! Веселый! Ха-ха-ха!
В А Н Я. Эй! Вы что?! Это же не кино! Не театр! Это же... убий­ство!
С Т А Р У Ш К А. Ненавижу этот смех детский, когда они хохочут. И прямо под моим окном.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Где лавочка?.. Где?
С Т А Р У Ш К А. Где? Эта утащили, детки ваши. Куда ни плюнь, попа­дешь в хулигана. Выселить всех на необитаемый!
В А Н Я. Зачем вы на меня плюнули?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х, Да, всё ломают, всё крушат.
С Т А Р У Ш К А. А мы сами виноваты. Надо поймать и наказать. Кипятильником выдрать горячим. Надо ловить!
Идет еще тетенька в пиджаке важном, приутюженном; похожа на дяденьку.
Ваня машет руками перед самым ее важным лицом, но она не замечает. Она достает блокнот, приготовились писать.
В А Н Я. Спасите его! Спасите!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е. Какой вопрос, товарищи?
Д Я Д Я  К О Т О В. Сереге мать веснушки перетасовала. По-моему,
скакалкой лупит. А… газету читали позавчерашнюю?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е. Скакалкой - непедагогично. Ни разу не читала, что скакалка - инструмент педагогики.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Мне тоже кажется - шлангом доходчивее. Да вот не видно...
С Т А Р У Ш К А. Когда я была директор школы - шланги помогали. Даже ремень обыкновенный помогал. А теперь они наглые... Да послушайте! Надо взять кипятильник, один киловатт, нагреть его – и по заднице, и по заднице? / Кричит во двор/. Кипятильником огрей, Джульетта Денисовна!.. Жалко, не видно...
Д Я Д Я  К О Т О В. А мне видно! Тут вот щель в заборе есть... Ох, и
трясет она его! Ох!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. .Дайте посмотреть! /толкает дядю
Котова, он не пускает/. Шлангом дери, Денисовна! Дерисовна, дени!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е. /листает блокнот/. Все такие специалисты! Одна пенсионерка, другая с неоконченным. У меня все цитаты есть! Вот! Наказание должно быть...
C T A Р У Ш K A. В игровой форме?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е. Наказание должно быть адекватным. Дайте посмотреть! /толкает дядю Котова, он не пускает/. Поддай там ему, поадекватнее!
С Т А Р У Ш К А. Руку-то смени!.. Устала... Будут знать!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е. Котов, меня-то пусти? Я же власть!
Д Я Д Я  К О Т О В. Чего?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Власть!
Д Я Д Я  К О Т О В. А... Ну тогда... ну, смотрите...
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е. А где щель?
Д Я Д Я  К О Т О В. А нету!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А как же ты видел??
Д Я Д Я  К О Т О В. У меня взгляд! Сам доски раздвигает.
Дядя Котов опять сел на пенёк. Тетенька в Галошах села на землю.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Подумать только!..
Г О Л О С  С Е Р Г О Б Е Ж А. Папка вернется, он тебя лишит! Заберет меня!
Г О Л О С  Д Ж У Л Ь Е Т Т Ы  Д Е Н И С О В Н Ы. Садись на крылечко, жди. Папка! Он уже забыл, как зовут тебя.
Г О Л О С  С Е Р Г О Б Е Ж А. Дура!
Г О Л О С  Д Ж У Л Ь Е Т Т Ы  Д Е Н И С О В Н Ы. Ах ты!
С Е Р Г О Б Е Ж. Папочки!
В А Н Я. Эй, вы!
Ваня с разбегу налетел на калитку /она от­крылась, наверно, и была открыта/, влетел во двор, тут же вылетел обратно - в кусты.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е. Да-а, ни одной щелочки... Ну, Котов!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Значит, взглядом? Раздвигает?
С Т А Р У Ш К А. Врет во всю губу! Дети плохие, и взрослые стали портиться. Надо всех поймать и выдрать! Вот они!
Идут три девочки. В старых материнских халатах, косынках, фартуках, с поварешками и тряпками.
Л Е Н К А. Ox, и уработались мы! Сделали генеральную уборку всего! Всё переставили местами. Было - стол и четыре стула. А теперь стул – а вокруг четыре стола. Генерально!
 Н А Т А Ш А. Не ели, не пили весь день! Я все стёкла вымыла. С трёх сторон!
Т Е Т Е Н Ь К И. Ox! Ax! Дочечки! Дочечки вы наши!
В И К А. А я – в огороде тоже все вымыла, все листочки у крапивы протерла тряпочкой.
Ваня подходят к девочкам.
В А Н Я. Да вы что, как Хаврошечки у них! Мы же дети, а не падчерицы, не падчеры!
В И К А. Не мешай! У нас - хитрость!
В А Н Я. Какой-то рабовладельческий строй: одного шлангом лупят, другие крапиву с мылом моют...
Л Е Н К А. Не мешай. У нас - хитрость, /громко/: А мы решили гото­виться к жизни!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е .Хорошо! /пишет/.Впишем в план: летняя подготовка детей к зимней жизни.
Н А Т А Ш А. К взрослой жизни. Ведь мы девочки, нам замуж скоро.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Вот - моя педагогика! А вы - ловить! По­роть!
Л Е Н К А. Можно и отдохнуть чуть-чуть, правда? Расслабиться, рас­стегнуться...
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Конечно, куколки вы наши.
Тут прокашлялся деревенский репродуктор.
Р Е П Р О Д У К Т О Р. А теперь по заявкам радиослушателей передаём...
Послышалась песня, всеми любимая сейчас. Девочки стали танцевать, тетеньки - топтаться и крутиться, старушка - подсвистывать с дерева, а дядя Котов – стучать газетой.
Л Е Н К А. /поет/. Как хорошо! Утром поработала, а вечером - гуляй, сколько хочешь!
Н А Т А Ш А. /поет/. Сиди на лавочке, с кем хочешь. Хоть до утра!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . /танцует и поет/. Ну... не знаю. До девяти вечера.
В И К А. Как хорошо! Утром в халате, а вечером...
Вика скинула халат, осталась в купальнике. Освободила от косынки кудри. Ленка достала из кармана халата каблукастые туфли, надела. Наташа осталась в полуюбочке, подняла поварешку над головой - зонтиком.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . /танцует и поет/. Это... это... ты почему? Ленка, дрянь такая, помаду мою взяла?
С Т А Р У Ш К А. Ловите! Ловите!
Т Е Т Е Н Ь К А.  В  Г А Л О Ш А Х. /села на землю/. Кого ловить?
С Т А Р У Ш К А. Бряк!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Ой? Вы что? На голову прямо!
С Т А Р У Ш К А. Я же кричала! Я думала - вы ловить меня сели, а вы...
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Девочки! Kтo разрешил? Это недопустительно! /листает блокнот/.
С Т А Р У Ш К А. А вот, не ловил их никто - они и выснарядились! Сов­сем легкое поведение!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Подумать только! Или не подумать? Нет, по­думать… А, поняла: девчонок надо ловить! /стала ловить/.
Л Е Н К А. /машет плакатом/. Требуем открыть в деревне дискотеку! Всё - открыть! Пивбар! Макдональдс! Свободу!
В И К А. Свободу всем детским движениям! Культуризм! Бодибилдинг!
В А Н Я, Д Я Д Я  К О Т О В. Свободу! Свободу!
Н А Т А Ш А. Требуем начать готовиться к жизни! К семье! К любви! К отношениям! Телевизор смотреть - до тринадцати ночи! Лавочку поставить вот тут - для вечеров!
Д Я Д Я  К О Т О В. А-га-га-га-га-га....
С Т А Р У Ш К А. Доцере-налимонились… /бегает за девочками/.
Н А Т А Ш А. Тем более, в деревне появился второй мальчик!
С Т А Р У Ш К А. Где мальчик? Зачем столько мальчиков?
Н А Т А Ш А. Да вот стоит. К бабушке приехал, на каникулы. Ой, как
смотрит, сейчас приставать начнет! / бегает вокруг Вани/.
Л Е Н К А. Требуем открыть лавочку!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Где лавочка? На лавочке легче ловить.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . А ну-ка, смажь помаду! Смажь, тебе говорю! Где ремень?
С Т А Р У Ш К А. Когда директором школы была я, дети понимали простой крик, не говоря о родителях. Лови! Лови!
Л Е Н К А. У вас-то помады целые, а у нас– обглоданные.
Н А Т А Ш А. И зонтики у нас– дырявые.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Надо ловить. Надо ругать. Вика, где ты взяла такие кудри?
В И К А / пойманная /. У вас вся власть! Все бигуди! Весь бодибилдинг!
С Т А Р У Ш К А. Так... Ваш фартук с пояском? Так... Связали. И
этого, второго мальчика, привяжите. Вот поясок мой.
В А Н Я. Да пожалуйста. Я и не убегаю никуда. Меня Ваня зовут.
Д Я Д Я  К О Т О В. Ну вот, бабы. Теперь я скажу. Дети жить хотят. Зарабатывать, покупать помады себе. А вы…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Какой вещизм сразу развился! Надо ругать!
С Т А Р У Ш К А. Сидите уж! Ругать! Надо их… убирать вообще из деревни. Путевку выписать. Жизни-то нет! Чуть прилягу днем– Вика драку подымут, Сергобеж– и непременно под моим окном! Деритесь каждый у себя дома!
Н А Т А Ш А. Мы же девочки! Нам надо мальчиков. Развяжите!
С Т А Р У Ш К А. Стой по швам! Стой!
Л Е Н К А. Пустите нас жить! Развяжите!
В И К А. Детям нужно движение! Боди… набил…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . /нашла, читает/ Дети– наше будущее.
С Т А Р У Ш К А. Вы– наше будущее. Вы– потом. Когда-нибудь. А пока– дайте нам жить!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Да! Знайте свое заднее место!
В А Н Я. Мы маленькие, а вы нас еще унижаете.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . /захлопнула блокнот/ Нашла! Так. Объявляю детям режим!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Надо подумать /села в траву/. Девочки. Режим…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Трудовой час, мертвый час. Звучит?
С Т А Р У Ш К А. Моя дочка на строгом росла режиме. Теперь в городе живет.
Д Я Д Я  К О Т О В. Давай! Уж вы придумаете, бабы! Ходили дети строем, теперь перестроем ходить!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Головоломня! У куриц у моих режим, еще у Вики! Не знаю… Мы без режимов росли, к столу нас не звали, уроки с нами не сидели.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Сейчас по режиму– трудовой час. Надо нам жизнь окультурить. Шишки валяются, хвои столько! Давайте, закопайте шишки, чтобы чистенько. Просто похороните. В игровой форме– похороны шишек. А ужин будет – поминки. Вот, Котов, это педагогика!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Ой, правда, сидим без дела. У меня голова без работы болит. Живенько! Чистенько! Ровненько! /работает/.
В И К А. Я староста, буду следить, кто как режимит. А то распустились! Сотру в зубной порошок!
Л Е Н К А. А я буду собственным корреспондентом. Записывать провинения. Блокнотик тоже заведу, записник. Кто без хлеба ел, кто без мыла мыл.
В А Н Я. Да вы что! Прилизы какие!
Н А Т А Ш А. Замуж надо– тогда избавишься.
Д Я Д Я  К О Т О В. Правильно, умникум! Зачем бесплатно работать?
    Из калитки выбежал Сергобеж, за ним нарядная мать с корзинкой, схватила его за рукав.
Д Ж У Л Ь Е Т Т А  Д Е Н И С ОВ Н А. Что тут у вас? Пионерский лагерь? Моего тоже привяжите.
С Е Р Г О Б Е Ж. Папка уехал, и я уеду!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Джульетта Денисовна, чем ты драла-то его?
Д Ж У Л Ь Е Т Т А  Д Е Н И С О В Н А. А чем попало. Вот – жареным язем.
С Т А Р У Ш К А. Детей сдавать с поясками. Чтобы привязывать.
Д Я Д Я  К О Т О В. Слышь, Джульетта. В газете– читала?– детям работать разрешили. Давай мне Серегу своего в работники. Я из него мужика сделаю, платить буду. Голова хорошая у меня, а нога вот невменяемая. Развернем коммерцию! А?
Н А Т А Ш А. Меня, меня возьми, дядя Котов! Я такая хозяистая!
В И К А, Л Е Н К А /шепотом/ И мы… И мы… нам тоже денег надо.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Не распрямляться! Не улыбаться! Вы хороните шишку!.. Ты что, Котов, куда зовешь? Батрачить на тебя?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Барин какой! Тут и думать нечего. Я с голоду оголодаю, а ребенка не пущу!
С Т А Р У Ш К А. Это бы все хотели, чтобы им кто-то грядки всполол. Протимурничал. А он будет сидеть, доски взглядом раздвигать.
Д Ж У Л Ь Е Т Т А  Д Е Н И С О В Н А. Ой, мотоцикл! Это за мной! На природу! На пикник!.. Ой! /на бегу/. Запишите! Или в пионеры, или в батраки, куда-нибудь.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Не беспокойтесь! /связывает Сергобежа/.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Кого она теперь осваивает– мотоциклиста?
Д Я Д Я  К О Т О В. Дуры вы, бабы, чего с вами время терять.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . В игровой форме у нас будет рабовладельческий строй. Кто сегодня надсмотрщик?
С Т А Р У Ш К А. У меня сегодня хор, спевка. Надо стараться красиво жить. Ой, конфет, конфет в карманах! Вот зачем они мне?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Я посмотрю, посмотрю за ними. Давайте, в кучку… все пылинки. У нас жизнь будет! Чистенькая.
Остальные взрослые разошлись.
С Е Р Г О Б Е Ж. Эй, ты кто?
В А Н Я. Я– просто Ванька.
С Е Р Г О Б Е Ж. А я– просто Сергобеж. Давай отсюда сбежим?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Мальчики! Разговоры! Шептания! Давайте песню-ка пойте! /Поет/ Шел отряд по берегу, шел издалека, шел под красным знаменем командир полка.
В А Н Я. /поет/ Противные старушки, противные училки,
Противные воспиталки противчиво кричат.
Противные сережки, противные колечки,
Противные маникюры противчиво блестят.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. /поет еще громче/. Э-эй, красный командир. Полка! Э-эй, красный командир. Полка! Девочки, помогай!
Д Е В О Ч К И. Шла под красным знаменем противная старушка.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Э-эй, детский командир! Э-эй, детского полка.
С Е Р Г О Б Е Ж. Как бы нам обхитрить?
В А Н Я. Тетенька, у вас тряпочек нету? Так хочется иголочки у сосны протереть.
С Е Р Г О Б Е Ж. А то они пыльные, фу!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Это будет чистая чистота! Тряпочки? Тряпочки, конечно, дома. Девочки! Отряд! За тряпками равняйсь!
С Е Р Г О Б Е Ж. Побежали, сделаем с тобой отвратительную команду по гадостям.
В А Н Я. Побежали. Только я гадостей не знаю никаких.
С Е Р Г О Б Е Ж. Зато я такие знаю! Ну все, им конец! Всем теткам, зазнаистым этим, зарыпистым.
В А Н Я. Да, мучают нас, кормят котлетами в школе.
С Е Р Г О Б Е Ж. Заставляют сдавать чистую облизнутую тарелку.
В А Н Я. А сами суп с говядиной едят /уползает за Сергобежем/.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х /за ней девочки с тазами/. Э-эй, детский командир!
КАРТИНА    2
Дом культуры. На крыше трава растет - культурно! Окно раздевалки приветливо открыто. Плащи висят, а у самого окна - кофта красная с оттопыренным карманом.
В кустах Ваня и Сергобеж.
В А Н Я.   Все взрослые - оралы,
все - очень запрещалы,
все – на дом задавалы,
и ставят все на путь.
И как смотреть, и как решать,
и как дышать...
С Е Р Г О Б Е Ж. Как не дышать!
В А Н Я.  А главное– как не мешать…
           Попробуйте вздохнуть!
С Е Р Г О Б Е Ж. Ну, пошли, Ванек!
В А Н Я. Куда?
С Е Р Г О Б Е Ж. Пакостить. Сейчас мы им… все плащи, все кофты за рукава свяжем. Не бойся, они там… хорируют.
ВЗРОСЛЫЙ ХОР.     Противные мальчишки,
царапины и шишки,
руками все берут– ишь!–
в карманы и штаны.
Противные делишки,
противные мальчишки
противно не дают– шиш!–
нисколько тишины.
С Е Р Г О Б Е Ж. Лезь сюда… Смотри!
ВЗРОСЛЫЙ ХОР.    Противные девчонки,
капризы, огорчонки,
помады да юбченки,
да глупенькие сны.
Противные девчонки
сидят у всех в печёнках,
пищат у всех в пищёнках,
и нету тишины.
С Е Р Г О Б Е Ж. Та-ак… Смотри, Ванек! О! Конфета! З-л-о-й П-е-т-у-
ш-о-к. Злой Петушок. С перчиком, что ли? Ну-ка, откусим хвостик… Вкусный петух, не злой нисколько.
В А Н Я. Наверно, «Золотой петушок», такие конфеты?
С Е Р Г О Б Е Ж. Очень, очень золотой. Ти-ше. Бери, тут много. Вот, в кармане красном. Прищупайся. О! Целый курятник!
В А Н Я. Выманиваешь меня… на вкусное выманиваешь. А это, хочешь знать, чистое воровство.
С Е Р Г О Б Е Ж. О! Еще петуха поймал! Это, Ванек, сладкое воровство, не денежное. Зачем взрослому конфеты? А? Принесли специально, детей угощать. Ешь… Ну как, вкусно? Ешь… В гостях всегда вкусней.
В А Н Я. Ну ты алчный! Я два петушка, а ты уже пять.
С Е Р Г О Б Е Ж. Мой отец очень любит поесть, и у меня такие же приметы. Он в дальних странах сейчас, в Америке, его послали динозавров выращивать. Он тут свиноводом работал– ну его туда и послали, как передового… Чего, наелся уже?
В А Н Я. Настроение что-то…
С Е Р Г О Б Е Ж. А, ерунда! Ты просто перебоялся.
В А Н Я. Я сильно боялся, просто забыл, как меня зовут и в каком веке я живу. А потом ничего… В животе сладко, а в душе горько.
С Е Р Г О Б Е Ж. Проболтаться тебе охота? Наших предать?
В А Н Я. Ты что?! Предать!.. Ты что! Это во внутре у меня… царапает что-то, кусает.
С Е Р Г О Б Е Ж. У меня всегда так, если конфету не разверну, с бумажкой съем. Надо же разворачивать!.. Смотри, если проболтаешься! Меня мамка драть будет! Ремнем. Шлангом. И кипятильником. По очереди. Мамка неплохая у меня, веселая, на мотоцикле кататься любит. Только дикая, не домашняя. У нее от любой тишины голова болит. А папка тихий был, как ландыш. Всегда ей говорил: «Ладно, ладно». У меня знаешь что в мечте? Мы сидим с папкой, он мне книжку читает, а мамка нам блинки печет. Но это в мечте.
В А Н Я. Ты куда? Домой? А я?..
С Е Р Г О Б Е Ж. Пора мне домой. Меня там еда ждет. Мамка язей нажарила.
ВЗРОСЛЫЙ ХОР:    Противные делишки,
                противные мальчишки…
В А Н Я. Ох, царапает… кусает вот тут… Мама далеко, в городе, бабушке не расскажешь– она старенькая уже, пугливенькая, больная. О-о-ой! Не могу… Весь я в обмане, весь в воровстве, все лицо, вся курточка… Ну-ка шепотом: я своровал… залез в чужой карман, красный такой… О, полегче стало. Помогает. Я своровал! Залез в чужой карман!.. Надо же, помогает! Я своровал!!! Залез в чужой красный карман!!!
На крыльцо дома культуры Старушка выскочила, стоит, скребет в кармане своей красной кофты.
С Т А Р У Ш К А. Противный Сергобежище! Это он сожрал конфетки! Он! А где очевидцы? Где свидетели?.. Опять не поймала…
В А Н Я. Ты собачка, что ли? Разве совесть бывает собачкой? Это ты меня угрызаешь? Ладно, ладно… Признаюсь. Но если я признаюсь, что будет? Эта старушка такая лютая! Если бы она моей мамой была, меня бы и на свете не было. Тут все взрослые– кровожадные… Меня же выпорют при всех, при девочках прямо… Ну, конечно, так мне и надо… А может, не надо?.. О-о-ой, загрызло совсем! Ладно, пошел я, иду, иду.
С Т А Р У Ш К А. Выселить его на остров, обитаемый львами и тиграми!
В А Н Я. Извините…
С Т А Р У Ш К А. А, вот он! Поймался на приманочку мою! Сдавайся! Ты всем, даже матери своей надоел!
В А Н Я. Извините.
С Т А Р У Ш К А. А, это другой… другой мальчишка. На каждом шагу– мальчишки! А вот я тебя поймаю!.. Та-ак! Почему не работаешь?
В А Н Я. Я хочу сказать…
С Т А Р У Ш К А. Пошли, трутенеядец! Пакостить хотят, а ловиться не хотят!
В А Н Я. Я хочу, хочу ловиться! А пакостить не хочу! Я скажу, кто конфеты съел!
С Т А Р У Ш К А. Скажешь?
В А Н Я. Скажу!
С Т А Р У Ш К А. Видел?
В А Н Я. Видел.
С Т А Р У Ш К А. И сам признаёшься?
В А Н Я. Сам признаюсь.
С Т А Р У Ш К А. Тебе как бы совесть велит?
В А Н Я. Да, грызет меня. Такие угрызения…
С Т А Р У Ш К А. Дай, я тебя… я тебя отпущу! Ты устал сегодня. Вот конфетку нацарапала– угощайся. Тебя как, Павлик зовут?
В А Н Я. Меня Ванька зовут. Спасибо, я уже… угостился из кармана вашего.
С Т А Р У Ш К А. Ешь, Ванечка, ешь! Ношу специально, детей угощать.
В А Н Я. Да я наелся уже.
С Т А Р У Ш К А. Наелся! Этот Сергобежище, поди, сам все сожрал?
В А Н Я. Нет, нет, это я сожрал. Я один был.
С Т А Р У Ш К А. Ты один был? А Сергобежа не было с тобой? Такого лохматого, чернопятого? Ты же хотел признаться!
В А Н Я. Я и признался про себя. Что я съел.
С Т А Р У Ш К А. А ты признайся, что Сергобеж съел. Вот еще конфетка, на.
В А Н Я. Нет-нет, я один угощался.
С Т А Р У Ш К А. Жалко. Мне Сергобежа хочется угостить. Увидишь его, скажи: у бабушки всегда в карманчике конфетки. В правом. Удобнее залезать. Скажешь?
В А Н Я. Ладно, скажу.
С Т А Р У Ш К А. Пускай угощается. У меня ведь никого нет. А мне тоже… дружить хочется. Ну, пока!
Старушка потихонькала домой.
В А Н Я. До свидания… А хорошо вышло? Признался– и легко стало! Маме-то я все рассказываю, а других взрослых боялся.
Н А Т А Ш А. Ваня!
В А Н Я. Кто там?
Идет Наташа, плачет по какому-то горю своему. В руке чемоданчик, в чемоданчике– мяуканье.
Н А Т А Ш А. Вы сбежали, и я сбежала. Я совсем… из дому сбежала. Моя кошка такая породистая, каждое лето у нее котики. А мама не любит: как увидит, тапком кидается. Тише вы, спите!
В А Н Я. И в тебя– тапком?
Н А Т А Ш А. Ваня, давай убежим отсюда! От этих оручих, деручих! Будем жить своим забором.
В А Н Я. А куда? У вас хоть лужайки есть зеленые, а в городе совсем беспросветно. Везде над нами взрослый кулак висит.
Н А Т А Ш А. Уедем за границу. Там живут, как хотят. Котики вырастут, еще дадут котиков.
В А Н Я. Котики…
Н А Т А Ш А. А еще мы купим собак!
В А Н Я. Собак?!
Н А Т А Ш А. Они будут давать щенят. У нас будет полный сад скотины: кошек и собак.
В А Н Я. Собак!
Н А Т А Ш А. Пойдем, Ваня, убежим! Я такая хозяистая. А ты умный. Зачем нам терпеть?
В А Н Я. Потерпи, Наташа, до завтра. Иди пока домой. Я тебе помогу. Я понял, как всем людям помочь. Чтобы мамы не воевали с дочками, чтобы тапками не кидались.
Н А Т А Ш А. Разве можно?
В А Н Я. Можно. Завтра начнем перестановку всей детской жизни. Соберем всех взрослых, всех детей– скажем. Ты веришь мне?
Н А Т А Ш А. Ты такой… В тебе такое, защитительное, есть. Наверно, ты вундеркинд?
В А Н Я. Да нет, вундеркинды толстые все, а я какой?
Н А Т А Ш А. А мне как раз худые нравятся мужчины.
Из кустов выскочили Тетеньки, схватили детей.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Вот они!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Вы почему? Вы режим нарушаете?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Всё есть– тряпочки, тазики, а вас нету!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Наши дочки работают, а вы– свидания…
Н А Т А Ш А. Не толкайтесь!
В А Н Я. Я же сам с удовольствием иду.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Толкай их! Толкай! Пошли Сергобежа ловить!
Н А Т А Ш А! Говорила я тебе…
В А Н Я. Потерпи до завтра. Соберутся все…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Шагом, шагом, раз, два, три!

КАРТИНА   3
Режим строгого режима. Плакаты: ВЗРОСЛЫЕ– УМ, ЧЕСТЬ И СОВЕСТЬ ДЕТЕЙ! СЛАВА ВЗРОСЛЫМ! и т.п.
Старушка- надзиратель спит на пригорке в гамаке. Девочки в черном трико хоронят последнюю шишку. Наташа качает Старушку. Сергобеж обмахивает Старушку веником. Ваня в сторонке– готовится к выступлению.
Л Е Н К А. Копай!.. Засада…
С Т А Р У Ш К А. Смирно!.. Чего вы шепчетесь, Вика? Трудовой час. Шепчитесь каждый у себя дома.
Л Е Н К А. Извините, больше не будем.
С Т А Р У Ш К А. А яма почему такая большая?
В И К А. Потому что в ней мы хороним последнюю шишку! Последнюю в деревне! Закопаем поглубже.
С Т А Р У Ш К А. А что вы там – засада, засада – шепчетесь?
Л Е Н К А. Мы эту шишку… как засадим в яму! И закопаем поглубже.
С Т А Р У Ш К А. Тогда я посплю.
Н А Т А Ш А. Заснула?
С Е Р Г О Б Е Ж. Качай– качай… Уснет– мы опять сбежим.
Л Е Н К А. Ветками закрыть надо эту яму. Так слонов ловят в Африке. И мы поймаем… Всё! Зови!
В И К А. Сама зови. Я губы накрашу, расчешусь… Мои кудри густые только вилка берет, все расчески ломаются.
Л Е Н К А. /шепотом/. Ваня! Ваня!
В А Н Я. Что?
Л Е Н К А. Иди сюда, скорей!
Ваня пошел к девчонкам и провалился в яму.
В А Н Я. Ничего себе! Это на кого засада?
В И К А. На тебя, Ванечка. Вот мы тебя и поймали. Сиди спокойно, а то…
С Т А Р У Ш К А. Молчать! Смирно!
С Е Р Г О Б Е Ж. Качай! Люли- люли… А-а-а-а!
Л Е Н К А. Проснулась! Закапывай его! Скорей, пока не встала!
В А Н Я. Да вы что? Я же не шишка!
В И К А. Молчи! Откопаем потом.
Н А Т А Ш А. Заснула опять… Какая злоехидная старушка.
Л Е Н К А. Спит. Начинай допрос.
В И К А. Так, Ванечка, чей ты жених?
В А Н Я. Да ничей я не жених.
Л Е Н К А. А кто с Наташей вчера гулял? У меня все записано. И все время ты к ней приближаешься.
В А Н Я. Так уж выходит.
В И К А. У Наташи Сергобеж был жених. Но он бросил ее, от нее кошками воняет.
Л Е Н К А. Ты не уюливай, говори: ты ей обещал жениться?
В А Н Я. Нет, не обещал.
Л Е Н К А. Допрос окончен. Переходим к пыткам.
В И К А. Я сейчас наклонюсь, а ты меня должен поцеловать.
Н А Т А Ш А. Ваня, помоги бабушку мне качать.
В А Н Я. Ну, пожалуйста, если хочешь. /целует Вику/.
В И К А. Это не все! Целуй мне руки!
В А Н Я. А это зачем?
С Т А Р У Ш К А. Рразговорчики! Ты где находишься?!
Сергобеж стукнул Старушку веником– она заснула.
В А Н Я. Ну давай, давай поцелую… Всё?.. Я тут переворот всей детской жизни затеял, а вы…
Л Е Н К А. Нет, не всё! Теперь поцелуй Вике пятку– и будешь тогда ее женихом.
В А Н Я. Да вы что?! Пятку-то зачем?
Л Е Н К А. Эх ты, городской! Книжки надо читать! Во всех старых книгах написано, что он ей руки-ноги целовал. Настоящий жених. Целуй! Ну! Ишь, Наташка смотрит, прямо оглазела… Ну!
Н А Т А Ш А. Ваня, ты скоро?
В А Н Я. Тогда уж лучше закопайте меня, как шишку.
В И К А. Целуй, говорррю!
С Т А Р У Ш К А. /вскочила/. Так, поймала! Поймала! До чего я ловкая ловить! Поцелуйчики у них, извращения! Ну все, иду матерей вызывать. Расширенное родительское собрание.
Сергобеж прыгнул в кусты.
Л Е Н К А. Он не целовал!
В И К А. Он провалился в яму. Давай руку, Ванечка, вылезай.
С Т А Р У Ш К А. Все по местам! На первый- второй рассчитайсь! Я пошла за родителями.
Старушка убежала. Ваня подходит к Наташе, она целует его.
Н А Т А Ш А. Ну всё, Ваня! Теперь ты мой жених.
В А Н Я. Да вы что все!
Н А Т А Ш А. Ваня, давай уедем! Я велосипед смазала, почистила. Давай?
В А Н Я. Сейчас соберутся все– и мы начнем переворот. Я такую речь скажу!
Н А Т А Ш А. Ох… не послушают они нас. Такие задироносые! Всё место на земле заняли, всю Землю картошкой засеяли. Ни цветка, ни котенка, ни ребенка.
В А Н Я. Душа у каждого есть.
Н А Т А Ш А. Какая у них душа? Картошка там, а не душа.
С Е Р Г О Б Е Ж. /из кустов/. Ванёк! Ванёк!
В А Н Я. Ты знаешь… вылезай. Надо тебе признаться. Во вчерашнем деле. Сейчас соберутся все…
С Е Р Г О Б Е Ж. Ты что? Ты Ванька или не Ванька? Или подставной?
В А Н Я. Я Ванька. Я признался уже. Знаешь, как хорошо!
Н А Т А Ш А. Он думает, что мамки нам тоже признаются, и все помирятся, простят. А я думаю – за границу от них сбежать. Они никем не победимы.
С Е Р Г О Б Е Ж. Бежать…
В А Н Я. Всё очень просто. Надо всем свою совесть слушать, делать, как она велит.
С Е Р Г О Б Е Ж. А я бессовестный, все знают. Совесть! Учителя придумали, детей пугать. Нету ее! Нету1
В А Н Я. Есть! Есть! Я видел свою! Разговаривал.
С Е Р Г О Б Е Ж. Я никому не верю, только папке своему верю.
Сергобеж выскочил из кустов, схватил Наташин велосипед, стал ездить кругами.
Н А Т А Ш А. Эй! Ты куда?
С Е Р Г О Б Е Ж. Садись, Наташка, поехали! В Америку! К папке моему! Он детей любит, не дерется!
Н А Т А Ш А. Ваня…
В А Н Я. Поставь вйлик хозяйке!
С Е Р Г О Б Е Ж. Пошли, Ванёк! В Америке– не признаются! Костры будем жечь, с девчонками гулять, с крыши прыгать! На динозаврах кататься!
В И К А, Л Е Н К А. И мы! И мы! В Америку! Ура!
Н А Т А Ш А. Поставь!
В А Н Я. Поставь хозик виляйке!
С Е Р Г О Б Е Ж. Пошли, Ванёк!
В И К А. Ленка, надевай каблуки, подрали! Аэробика! Аэротика!
Л Е Н К А. Свобода любого слова! Скорей!.. Вон твоя мамка – Галоша бежит!
В И К А. Вон твоя – Пиджак – бежит!
С Т А Р У Ш К А. Тревога! Тревога! Тревожная тревога!
С Е Р Г О Б Е Ж. Ну и оставайся, Ванька! Будут тебе ванькать всю жизнь.
Сергобеж промчал мимо всех девчонок, мимо телеги от лошади – в чисто поле. Девчонок схватили матери.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Куда бежали? Смотреть в глаза!
В И К А. Зарядка… разбежка… проминка…
Н А Т А Ш А. /плачет/. Велосипед мой украл. Мне до конца его купили.
С Т А Р У Ш К А. Украл? Кто украл? Сергобеж? А ну, марш в колонию детскую! Надо ловить!
Л Е Н К А. /достает тетрадь «Записник»/. Сейчас, сейчас! Записываю. Сергобеж удрал в Америку. В Аме…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Ты что? Зачеркни! Закрой этот «Записник»! Как в Америку?
Н А Т А Ш А. Он в Америку сбежал. Я смазала велосипед…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Вот что я пропустила! Патриотическое воспитание! Ну, Сергобеж, опозорил нашу деревенскую честь!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Надо ругать? А?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Так! У нас был мертвый час. Вводим мертвый день с патриотическим уклоном.
В А Н Я. Все дети от вас убегут. Кто у вас дети? Ничтожества и никтожества. Вы им жить не даете.
Д Е В Ч О Н К И. Жить!
С Т А Р У Ш К А. Ну и пусть! Дети убегут, старушки останутся.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Что вы болтаете! Убегут дети. Какой позор! Распозоримся на весь район! На всю, наверно, область!
Л Е Н К А. Весь мир узнает, какие издевки мы выносили. У меня всё записано в «Записничок».
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Отдай тетрадь!.. Ты почему?..
Л Е Н К А. Ай! И этот щелбан запишу! Какое угнетение!
В А Н Я. А ребенок не может дать щелбана родителю.
В И К А. Все синяки свои покажем! В Америке! Все уши дернутые!
В А Н Я. А Сергобеж, наверно, уже интервью дает…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Какое интервью?
В А Н Я. На радио. На Эй-Би-Си. На Би-Би-Си. На Си-Си-Си.
Чихнул деревенский репродуктор.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Будьте здоровы!
Р Е П Р О Д У К Т О Р. Спасибо. Передаем последние известия. Сегодня в Америку из России прибывает высокий гость.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Не надо! Ведь я народная избранница!
С Т А Р У Ш К А. А я заслуженная учительница.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А я передовик всего труда!
Р Е П Р О Д У К Т О Р. Вся Америка с нетерпением ждет…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Выключить! Ну, и что нам делать? У классиков не найти.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Думать надо, опять думать/села на дорогу/. Ты городской мальчик, скажи? Как жить? У меня голова вспотела.
В А Н Я. Слышали такое слово – совесть?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . А как же! Во всех программах это слово.
С Т А Р У Ш К А, Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Самое правильное, самое наше.
В А Н Я. Ну вот. Надо жить по совести. Не обижать. Не унижать.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А мы – как?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . А мы – всегда так. Мы уважаем.
С Т А Р У Ш К А. Если вас уважать, вы же слушаться не будете! Вы не слушаетесь!
В А Н Я. Вы хотите, чтобы мы слушались только вас? Мы – такие же люди, только ростом пониже.
Л Е Н К А. И поумнее. На работе вы еще держитесь, а дома глупые совсем.
Г О Л О С  И З  З А Л А. Правильно!
В И К А. Ленка, раскапывай шишки обратно!
Н А Т А Ш А. Еще натрясем! /трясет сосну/. Какой шишкопад!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А кого надо слушаться? Я не поняла.
В А Н Я. Надо совесть слушать. Как она скажет– так и делать. Я вчера, извините, конфетку взял– моя совесть меня так загрызла: признайся, признайся! Я пошел, признался.
С Т А Р У Ш К А. Да- да! Он признался! Мы с ним лучшие друзья! Надо признаваться. Надо всем слушать совесть! Где этот Сергобеж?
В А Н Я. Честно сказать– всё зло, все войны– от взрослых. Чтобы наступило добро, взрослые должны подружиться с детьми.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Согласны. Дружить, да по совести– конечно.
В А Н Я. И будет у нас Царство Друзей.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Царство друзей с детьми? Что ж ты сразу не сказал? Это же… звучит! У соседей, в районе, есть детский центр. А у нас– Царство! В игровой форме!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Заживем дружно, по семейному. Раньше люди семьями жили, и грузди семьями росли. А Царевич– Ванюшка вот. Иван - Царевич! Будешь направлять нас к новой жизни.
В А Н Я. Ну, это надо выбирать. Чтобы народ выбрал. Чтобы справедливо. Надо и от взрослых кандидата.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . От взрослых пусть я буду.
Идет дядя Котов, несет треугольник.
Д Я Д Я  К О Т О В Трепал нам кудри ветер перемен. Да-да-да-да, да-
да, да-да. Да! Что за шум? Где драка?
С Т А Р У Ш К А. Драки нет. Выбираем Царевну, кто будет править в деревне. Новую жизнь делаем, справедливую, мировую. Понял? Предлагай, кого? Тут надо заслуженную.
Д Я Д Я  К О Т О В. А-га-га-а-а… Давно пора по мировому жить. Справедливо. Кто умнее, тот богаче. У того власть. Давайте-ка я, что-ли, царевичем буду?
В А Н Я. А программа есть?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . У меня есть, есть программа! /листает блокнот/. Вот, правила учеников. Какая разница, пойдет. Первое: ученик не курит в школе.
Д Я Д Я  К О Т О В. Устарело.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Ученик не матерится на старших.
Д Я Д Я  К О Т О В. Устарело.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Ученик не пьет.
Д Я Д Я  К О Т О В. Из ведра!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . И последнее. Ученик должен получать… дальше неразборчиво. От кого получать?
С Т А Р У Ш К А. Да просто: ученик должен получать. Хорошая программа, строгая.
Д Я Д Я  К О Т О В. А моя – конкретная программа. Человек я конкретный. Бабы! У нас деньги под ногами бегают! Мы их поймаем, шапки сошьем. Первый год – всем по шапке! Давайте сразу головку обмерим. Треугольником – больше нечем. Пятьдесят сантиметров всего.
С Т А Р У Ш К А. Ну, это от жары.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Ой, мне как надо! Как надо! У меня – шестьдесят окружность ума – не забудь!
Д Я Д Я  К О Т О В. Второй год – всем сапожки меховые.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Ой, мне надо! А то в галошах вон хожу.
С Т А Р У Ш К А. Всем надо.
Д Я Д Я  К О Т О В. Третий год– всем шубы!
Т Е Т Е Н Ь К И. О-о! А то в фуфайке…
Д Е В О Ч К И. И нам! И нам! Нас обмеряй, дядя Котов!
Д Я Д Я  К О Т О В. А потом– в город продавать. С Африкой меняться. Мы им шубы в Африку, они нам– апельсины. Америку захватим.
В И К А. Аэробика!
Л Е Н К А. Аэротика!
Н А Т А Ш А. Какие шапки– пуховые?
Д Я Д Я  К О Т О В. Шкуровые, детка. Шкуровые.
Н А Т А Ш А. Вы шутите, да?
В А Н Я. Конечно, шутит. Дядя Котов всегда всех расшучивает.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А… Это, наверно, работать надо?
Д Я Д Я  К О Т О В. Работать надо. Работать– и вам, и ребятишкам.
С Т А Р У Ш К А. Мне эта программа не очень. Это бы любой хотел, чтобы на него работали, а он будет сидеть, забор взглядом раздвигать.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . У меня у самой– не стирано, не полото.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. У куриц режим, у Вики Царство Друзей. Мне тоже некогда. Мне Ванюшкина программа нравится.
Н А Т А Ш А. Давай, Ваня, скажи! Он– живой вундеркинд!
В А Н Я. Ну, что сказать? Каждый знает свою совесть. Ее голос, ее вид.
С Т А Р У Ш К А. Моя совесть– на розу похожа. С колючками.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Моя– на палец– грозит!
В И К А. Моя– на кулак большой.
В А Н Я. А моя– на собачку. Грызет– не спасешься.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Царевич с собакой!? Вот и будете охранять нас от дурня всякого. Хватит думать! От жадности, от наглости.
Н А Т А Ш А. Выбрали, выбрали Иван- Царевича!
Д Е В О Ч К И. Нашего выбрали! Победа!
Д Я Д Я  К О Т О В. Ну посмотрим, посмотрим, кто Царевич тут. Эх, бабы, бабы– мозги у вас… пятьдесят сантиметров /уходит/.
С Т А Р У Ш К А. Иди, Котов, иди… Работать на него! До чего бесстыжий… Я, как посоветуюсь со своей совестью, пошепчусь– просто как ангел делаюсь белый. Просто… взлететь могу. Вот сейчас с дерева– ждите, я полечу!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Не поняла– вас ловить?
С Т А Р У Ш К А. Да нет! Какие вы непонятливые! Я как ангел взлечу!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Девочки, запоминайте этот чудесный миг!
С Т А Р У Ш К А. Смотрите, лечу-у-у-у!.. Бряк!.. Не вышло. Еще раз попробую…накопилось грешков.
В А Н Я. Давайте, подсажу вас.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Девочки, запоминайте! Этот человек всегда жил по честным правилам. И вот результат.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Нет, мне никогда не взлететь.
С Т А Р У Ш К А. Бряк!.. Нет, не выходит вверх. Всё вниз и вниз… Ладно, я вам такое сейчас признаюсь… сниму тяжесть с души. Такое… Я все-таки заслуженная. Опыт большой у меня.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . У вас всё в прошлом, все грехи,а вот я, я расскажу– не поверите. Хм… Гм… Лена, дай ручку, я напишу. Язык не поворачивается.
Л Е Н К А. Нет уж, вслух говори. При всех… Ну, давай, я первая скажу. Я каждый день, каждый день, каждое утро и каждый вечер считаю, когда я вырасту. Я хочу вырасти и уехать навсегда, и всё-всё про тебя, мамочка, написать в газете. Все твои издевки. Стать главным редактором, ничьим корреспондентом.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Конечно, дружок. И я жду- не дождусь, когда ты уедешь. Буду весь вечер лежать и читать газеты: что ты там написала.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Я сейчас послушала свою душу, она говорит: давно ты с дочкой в коняшки не играла. Садись, Вика, покатаю… И-го-го! Наклонись-ка Вика, я тоже признаюсь тебе. Я каждый день считаю, когда ты вырастешь. Ведь хозяйство такое, да еще ты. А вырастешь, я козу себе заведу, детям коза полезна.
Н А Т А Ш А. А я… А я…
В И К А. А я жду- не дождусь, когда ты, мама, умрешь. Ты надоела мне, ты… глупая. Дура ты! Дура!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Спасибо, дружок. Конечно. Со мной не дружили, в коняшки не играли. Давай обнимемся, заживем теперь!
Н А Т А Ш А. А я… А я…
В А Н Я. Подожди, Наташа.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Ну, слушайте, сейчас все расскажу. /плачет/.
Л Е Н К А. Не плачь, мама. Я с тобой. Не уеду от тебя никогда. Честное слово. Не плачь.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Иго-го! Как хорошо-то! Легко! Тепло! Ванечка, дружок, спасибо тебе!
В А Н Я. Вышло у нас, вышло!.. Царство друзей!

КАРТИНА 4
 Царство Друзей. Под объявлением «СДАТЬ ОРУЖИЕ!» висят ремни, скакалки, кипятильники, шланги, рыба.
 Кругом лозунги: ПОМНИ, ЧТО БЫЛ МАЛЕНЬКИМ И БУДЕШЬ СТАРЕНЬКИМ! КАЖДЫЙ ДРУГ ДРУГУ – ДРУГ! СОВЕСТЬ – ЛУЧШИЙ ДРУГ! НЕ КРИЧАТЬ! НЕ ВОРЧАТЬ! НЕ ДЕРГАТЬ ЗА КОСИЧКИ! НЕ СТАВИТЬ ПОДНОЖКИ! и т.п.
 Наташа у большого стола на лужайке – готовит обед.

Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А скоро будет готово? А то я такая уже голодная. Окрошка у тебя? Окрошку я люблю с луком!
Н А Т А Ш А. Может вы, пожалуйста, сходите лучку нащипать?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Схожу, пожалуйста. Если не забуду… Нащипать. /идет к соснам, там с сачком бегает за Старушкой Тетенька в Пиджаке/.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Сачок для ловли бабушек! Оп-па!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. /подбегает к ней, начинает щипать/. Мне велели нащипать…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Кого нащипать?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Забыла. Кажется тебя.
 Тетеньки и старушка бегают друг за другом. К столу выходят Ленка и Вика, начинают краситься и причесываться.
В И К А. Тише вы! Разбесились…
Н А Т А Ш А. И все равно хорошо. Хорошо в Царстве Друзей. Мне кажется, что я – мать, а это все мои дети. Я им делаю окрошку…Ой, Вика, что с лицом у тебя?
В И К А. Красиво? Я лицо покрыла тенью.
Л Е Н К А. Тени – для век.
В И К А. А я – все лицо покрыла. У нас же свобода детей! Захочу – все ноги покрою. Одна - сиреневая будет, другая – зеленая.
Л Е Н К А. А я все еще в длинном хожу! Закрутилась! Я же теперь – независимая пресса. Ни от кого не зависимая. Надо все освещать, все события. Послушайте репортаж. «Сегодня первый день в Царстве Друзей. Он называется Кулинарный день. Взрослые учат детей готовить, чтобы дети могли жить независимо от взрослых и сами себя кормить. Кончилась взрослая власть над детским животом! Теперь ребенок не будет унижаться перед ленивой матерью, чтобы она сварила ему кашу!». Ну как, независимо написано?
В И К А. Очень даже независимо… Ты будешь тенью покрываться?
Л Е Н К А. Я вот думаю – подогнуть мне юбку или вообще снять?
Н А Т А Ш А. Мне лук, лук нужен в окрошку! Ваня так окрошку любит! Я уже третий раз эту, в галошах, посылаю. Лук!.. Это что, дождь? Надо закрыть окрошку.
В И К А. Ваня окрошку не любит. Он мне говорил.
Н А Т А Ш А. Когда это?
В И К А. Тогда.
Л Е Н К А. Девочки, не спорьте. Ваня все любит. Он голодный сидит, он детские мечты разбирает о Царстве наших Друзей. Такие предложения есть! Учителям ставить оценочки! Наказывать родителей за плохую зарплату… Ой! Дождь!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . /стучит посудой/. Дождик! Гром! Гроза!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. /спрыгивает с дерева/. Дождик! Раздевайтесь! По лужам бегать! /поливает всех водой из дырявой галоши/.
С Т А Р У Ш К А. Босико-ом! Как босикомое!
Н А Т А Ш А. Вика, ты ответственный организатор, а где, извини, стулья?
В И К А. Я же этим тетенькам десять раз говорила! Не пойду же я сама! Они как дети! Смотри, что творят! Эй!
Тетеньки уже кидаются подушками.
С Т А Р У Ш К А. Вольная борьба с подушкой!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Сейчас курицу принесу! Будем курицей кидаться! Ох, пуху будет! Перьев будет!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Прыгай в гамак! /привязала пиджак рукавами к деревьям – вышел гамак/.
С Т А Р У Ш К А. А вот еще есть игра – толкание ведра. Я все слышу по радио – толкание ведра, толкание ведра. Олимпийские игры – а самой некогда поиграть. Вот ведро с окрошкой /с разбегу толкнула ведро/. Ух! Только крошки летят!
Н А Т А Ш А. /кричит/. Да что вы, лентяйки вы такие! Я ведь тоже толкну! Я весь день окрошку резала! Ваня любит! /толкает старушку/.
С Т А Р У Ш К А. /падает на стол/. Тетки, перетягивай меня! Новая игра – перетягивание Старушки!
Тетеньки тянут скатерть со Старушкой, вся посуда падает, разбивается.
Н А Т А Ш А. /бьет Старушку/. Вот тебе! Вот тебе! Ваня мой жених! Мой!
В И К А. /бьет мать/. Ваня мой! Мой!
ЛЕНКА. /записывает/. Наташа бьет Старушку, Вика бьет мамку.
В И К А. Ты что, Ленка! Ты что пишешь? У нас же Царство Друзей! Ваня прочитает, что мы дрались…
Л Е Н К А. Я, Вика, независимая от тебя пресса.
Н А Т А Ш А. Ты, Лена, пожалуйста, не пиши. Стыдно.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Прошу большого прощения. Мы сами себя постыдим.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. /дает себе щелбан/. Ах я , паразитка такая!
С Т А Р У Ш К А. Вот мне! Вот мне! /стукается об сосну/. Смотрите, сосна мне шишек наставила!
Н А Т А Ш А. Ой, полшестого утра! В шесть Иван-Царевич придут со своей совестью! Будем подводить итоги Кулинарного дня. Как тетеньки научили девочек стряпать.
Л Е Н К А. Я даже не умею пирожки стряпать.
В И К А. Я даже не умею яичницу жарить.
Л Е Н К А. Хоть я и не записала никого, а Иван-Царевич все равно узнает. Есть-то нечего!
Н А Т А Ш А. Я сейчас…сейчас.. я салат умею, из одуванчиков. Я салат, а вы состряпайте сами что-нибудь, ладно, тетеньки?
В И К А. А мы наврем, что это девчонки состряпали.
Л Е Н К А. Да ты что! Как у тебя язык поднимается! Не наврем, а просто скажем. Пошли за стульями!
 Вика, Ленка уходят, Тетеньки что-то стряпают, Наташа убирает разбитую посуду, рвет одуванчики.
С Т А Р У Ш К А. А теперь молочка, молочка полей. Тесто будет пышнее.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Начинкой начиняй!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Обваляй, обваляй теперь. И украсим цветком.
В И К А, Л Е Н К А. Вот стулья!
Н А Т А Ш А. Вот салат!
ТЕТЕНЬКИ. Вот угощение. Пирожные!
В И К А. Ой, какие! Попробую?
Н А Т А Ш А. Ты что! Вон Ваня идет. Ваня, Ваня, иди скорей, у нас готово! Садитесь все! Руки мыли, бабушка?
С Т А Р У Ш К А. У меня чистые.
В А Н Я. У, какое угощение! Царское. Это девочки пекли?
Л Е Н К А. Это все… мы вместе… дружно.
В А Н Я. А завтра дети будут учить взрослых быстро мириться. Завтра будет Вежливый День.
Л Е Н К А. Мама, передай, мне, пожалуйста, вон то пирожное.
В И К А. И мне, пожалуйста.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Пожалуйста! Пожалуйста! Это пирожное песочное.
Д Е В О Ч К И. Спасибо, спасибо.
В А Н Я. Думаю, Вежливый день пройдет еще лучше, чем Кулинарный.
С Т А Р У Ш К А. Спасибо тебе, Иван ты наш Царевич! Вот красивая жизнь! Сидишь в песочнице, стряпаешь, песку много, бесплатно. Молока надо – зачерпнул из лужи. Беззаботица!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Денег не зарабатывать, в очереди не стоять. Беззаботица!.. Ленка, давай я тебя буду мамой звать, а ты обо мне заботься.
Л Е Н К А. Тьфу! /выплевывает пирожное/.
В И К А. Тьфу! Песочные, да? Пирожные, да? А ну-ка на, сама попробуй! Ешь! Ешь! /пытается накормить мать пирожным/.
Л Е Н К А. Лентяйки! Настряпали из песка! Ну, берегитесь! Я голодная – злая!
В И К А. А я голодная – злая как зверь. Я не Вика, а прямо Дика!
Началась драка. Наташа сунула Ване салат из одуванчиков и тоже стала бить взрослых.
В И К А. Давно хочу тебе поддать! Целый день ты не слушаешься!
С Т А Р У Ш К А. Наших бьют!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Сами лентяйки! Пудрились весь день! Юбки обкорачивали!
В А Н Я. Стойте! Стойте! Друзья! Друзья!
В И К А. Я руководила! Ответственный организатор всего! Всех стульев, всех ложек!.
Л Е Н К А. Я писала! Освещала!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Вы ленились! И хотели наврать!
Н А Т А Ш А. А вы бесились. Всю окрошку разлили.
С Т А Р У Ш К А. Врушка и подлиза к Царевичу!
Л Е Н К А. Ай, где моя косичка? Я же ее отращиваю!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Это я тебя постригла! /из кулака висит Ленкина косичка/.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Иди сюда, Викочка, я тебе челку вырву, ой, подравняю!
В А Н Я. Друзья! Друзья!
В И К А. Вы только мешаете в нашем хорошем Царстве. Хоть бы шишки подобрали! Пока носом не ткнешь /тычет мать носом/.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е. Это вы мешаете! Тише!.. Ну, вот, куклу разбудили. / вывозит из-за кустов колясочку с куклой/. Мы спокойно играем, а вы нас дергаете: то стулья, то пирожные вам!
Н А Т А Ш А. Выгоняем вас из Царства! Вот черта – сюда не ходите.
С Т А Р У Ш К А. Ура! Отделяемся! Бабы, пинай шишки сюда! Баррикады! Будем играть все дни и ночи! Столько игр, столько игр!
В А Н Я. Ну все, отделились? Царства Друзей больше нет?
Д Е В О Ч К И. Есть, но без них.
Т Е Т Е Н Ь К И. Есть, но без них.
В А Н Я. Значит, сегодня никто не работал? И вот сидим все голодные… А теперь спросите совесть свою, что она скажет?
С Т А Р У Ш К А. Моя говорит: ты никому не должна, тебе все должны. Моя совесть – чистенькая, беленькая.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Моя совесть – умненькая. Она мне что говорит? Вся общественность, говорит, на тебе, вся полезность была. Сколько можно? Отдохни, говорит.
В И К А. А моя, например, говорит: ты маленькая, работать тяжело.
Л Е Н К А. И мне так же говорит: сколько тебя мамка била, не давала – теперь ты ей не давай. Это справедливо.
В А Н Я. Не может быть… не может быть! Давайте так: подождите, не ругайтесь. Я поговорю с совестью своей, посоветуюсь. Надо проверить – найти способ – вашу совесть. Это не она с вами говорит, у нее другой голос.
Н А Т А Ш А. А я, Ваня, весь день работала. А они все разлили.
С Т А Р У Ш К А. Притвора. Вот ее надо проверить.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Всех девчонок на анализы послать.
В А Н Я. Я пойду, посоветуюсь со своей собачкой. Придумаем, как проверить. Не может быть, не может быть…
Ваню проводили испуганные взгляды.
С Т А Р У Ш К А. Сейчас собаку свою приведет, псину свою.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Ох, как я собак боюсь. Зачем нам такая совесть?
В И К А. Интересно, какая порода?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Мне это сразу не понравилось. Нигде про такое не читала. Ни у Макаренко, нигде.
С Т А Р У Ш К А. Поругал бы, а то сразу собак натравлять.
В И К А. Подрались бы – да помирились. Зачем нам эта совесть? Приходится все время быть хорошим!
Л Е Н К А. Притвориться можно.
Н А Т А Ш А. Совесть – она видит насквозь. Знаете, девочки, надо как в сказках, через жену действовать, Царевну. А она своего мужа уговорит.
Л Е Н К А. Надо Вику с Ваней поженить! Он ей даже руки целовал, я сама видела.
Н А Т А Ш А. Когда это?
В И К А. Тогда!
С Т А Р У Ш К А /тетенькам/. Все, придумала, придумала, кто нас всех спасет! Идите сюда…

КАРТИНА 5

Ночь. Двор дяди Котова. Подползают Старушка и Тетенька в Пиджаке. Стучат в окно.
С Т А Р У Ш К А. Котов! Котов! Проснись! Эй! Котов!
Г О Л О С  Д Я Д И  К О Т О В А. Кто там?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Это мы… из Царства Друзей.
Котов выходит на крыльцо в трусах и в зимней шапке.
Д Я Д Я  К О Т О В. Зачем приползли?
С Т А Р У Ш К А. Спаси, Котов ты наш! До того Иван-Царевич лютый! Ох, лютый! Собаку хочет натравить на нас.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Собака-то у него – волкодав. Ай! Тише! Она… в кустах.
С Т А Р У Ш К А. А-а-а-а! Отойди! Собака! Я тебя боюсь!
Д Я Д Я  К О Т О В. Зубами стучать пришли? Ну, я пошел.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Товарищ Котов! Подожди! Спаси ты нас! Мы ведь согласны. Давай, работать будем! Вот метла– подмету.
С Т А Р У Ш К А. Вот грабли– ограблю. Только спаси.
Д Я Д Я  К О Т О В. Одно условие.
С Т А Р У Ш К А. Всего одно?
Д Я Д Я  К О Т О В. Условие одно– меня в этой деревне должны выбрать Царевичем. Напожизненно. Навечно.
С Т А Р У Ш К А. Выберем! Надевай корону, товарищ Котов!
Д Я Д Я  К О Т О В. Это вы в своем Царстве голодных Друзей товарищами зовите. А я– Царевич Котов!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . А корона вам идет, Царевич Котов.
С Т А Р У Ш К А. Ложись! Собачара… слышу– зубы стучат.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Это у меня стучат. Или у волкодава?
Д Я Д Я  К О Т О В. Волкодав?! А мы его на шубу пустим! Та-ак… Вот мешки. Давай, окружай! Гони на меня! Заходи, заходи! Со стороны заходи!
С Т А Р У Ш К А. Ловить! Надо ловить!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Заморила нас голодом эта совесть. Я голодная– злая.
С Т А Р У Ш К А. Ты всегда злая.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Молчи, попадешься в мешок. И Котов из тебя рукавицу сошьет.
Д Я Д Я  К О Т О В. Тут-то я и подоспел! Сюда, бабы! В мешок! Поймал! Ух, кусается! Хорошая псина… Держи!
С Т А Р У Ш К А. Это же я! Я! Котов, ты меня поймал!
Д Я Д Я  К О Т О В. Где? Тьфу ты! Ну, вытряхивайся!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Попалась, рукавица?
С Т А Р У Ш К А. Ловите!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Ловите, ловите! А сама– попалась.
Д Я Д Я  К О Т О В. Заходи- заходи! На меня! На меня! Хоп! Хоп! Есть!.. Есть! Мех– что надо! Мягкий, пышный! Хорошая псина…
С Т А Р У Ш К А. Так, Котов, это же ты сам себя поймал!
Д Я Д Я  К О Т О В. /вылезает из мешка/. А… Ну… Чуть бороду себе не оторвал. Ну… А какого хоть цвета волкодав? Какой масти?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . А… Не знаем. Не видели.
Д Я Д Я  К О Т О В. Как?
С Т А Р У Ш К А. Она же невидимая– совесть. Свою совесть я вижу– бело- розовый букет, а ты мой букет не видишь. У меня букетик, а у Царевича– псина. А вот у этой, у голодной– у нее ватрушка вместо совести.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . А у тебя…
Д Я Д Я  К О Т О В. Дуры вы, бабы! Ну вас… Совесть! Совесть! Ее начальство придумало, чтобы народ бесплатно работал. Я всю жизнь рабочим классом работал, ох, работал! Честь и слава мне от районной бухгалтерии. Вот и пенсия на морковку: грызи, товарищ Котов! А на апельсины– извини…
С Т А Р У Ш К А. И мы работали.
Д Я Д Я  К О Т О В. Всё! С дурами короткий разговор. Шкуры умеете выделывать?
С Т А Р У Ш К А. За булочку хоть с кого шкуру сдерем.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Ты и просто так сдерешь!
С Т А Р У Ш К А. Когда я директор школы была, дети не голодали. Тем более– старушки.
Д Я Д Я  К О Т О В. Так! Дам работу. И вам, и девчонкам вашим. Своим Царским указом.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Да… Только как бы… оформить… не совсем законно. Мы уже выбрали Ваньку этого. Девчонки выбирали, они зашумят.
Д Я Д Я  К О Т О В. Не поймали собаку– поймаем хозяина! Этого
лжецаревича завтра же разоблачу! Дядя Котов– конкретный человек!
Тетенька в Пиджаке и Старушка чистят двор, дерутся граблями. Дядя Котов прилепил табличку: «ЗДЕСЬ ЖИЛ И РАБОТАЛ Д Я Д Я  К О Т О В».
Отошел, посмотрел. Перед словом «работал» написал «НЕ». Полюбовался. Потом приставил к сараю лестницу, тащит еще одну, выносит за калитку, приставляет к сараю.
Д Я Д Я  К О Т О В. Посмотрим, кто Царевич тут!

КАРТИНА 6
Тот же пустырёк, куда выходит сарай Котова. К сараю приветливо приставлена лестница. Ваня висит на ней вниз головой. Из кустов выглядывают взрослые.
В А Н Я. Детей не учат жить, а учат лепить жизнь из пластилина. Поэтому дети такие беспомощные., зависимые. А взрослые зазнаются, что у них есть опыт жизни, издеваются над детьми.
А у нас задумано в Царстве учить тому, что надо сегодня. Стряпать, шить, лечить, выращивать растения и выращивать себя. Ведь хорошо? Правильно все задумано, да вот совести… не хватает, что ли у них?
Г О Л О С  С Т А Р У Ш К И. Лезет?
Г О Л О С  Д Я Д И  К О Т О В А. Нет, не лезет. Сейчас полезет. Ждите! /пробирается во двор/.
В А Н Я /слезает с лестницы/. И если я найду способ, как выманивать совесть из человека– тогда и будет Царство Друзей. А какой способ? Какой.. Вот зову я свою собачку, хочу поговорить, как тогда, после кражи конфетной, зову… а ее нету. И вниз головой– нет, и вверх головой– нет. Эй! Нет… Тихо постою… Нет. Может, шум этот мешает, у Котова?
    И тут въезжает Сергобеж в черных очках американских, штанины одной нет, и у велосипеда одно колесо.
С Е Р Г О Б Е Ж. Ванек! Хау дую дую?
В А Н Я. Сергобежка! Вернулся! Без штанины, без колеса– а все равно вернулся!
С Е Р Г О Б Е Ж. Ванёк! Ну, хау ты дую?
С Т А Р У Ш К А. О! Чернопятый приехал. Надо ловить…
В А Н Я. Ну как там, в Америке?
С Е Р Г О Б Е Ж. В Америке, Ванек, здорово! Там всё американское. Джинсы– американские, часы– американские, даже воздух– американский.
С Т А Р У Ш К А. Приехал, привез нам заразы… капитализьму привез. Стоит развязный, шнурки развязаны, рубаха расстегнута…
В А Н Я. А папку-то видел своего?
С Е Р Г О Б Е Ж. Стал я искать. Спрашиваю: где тут у вас, в Америке, динозавров разводят? Знаешь, как они смеялись! Динозавры, оказывается, давным-давно вымерли. Еще, Ванёк, до нашей с тобой эры.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Слава Богу. Я динозавров боюсь.
В А Н Я. Ладно, не горюй, найдется папка твой. Мы ему письмо напишем. Можно прокатиться?
С Е Р Г О Б Е Ж. Не прокатишься, не старайся. На таком велике можно только домой, к мамке ехать, а больше никуда.
В А Н Я. Мы напишем открытое письмо всем отцам. «Послушайте, папы! И в другом городе, и в другой семье, и в другой стране– всегда можно остаться папой. Дети ждут вас– хоть какого, хоть откуда, из заграницы или из тюрьмы».
С Е Р Г О Б Е Ж. Добавь там. «Сын сначала прижимается к мамке, а потом прилипает к отцу. И если нету отца, он прилипает к кому попало». А как тут, Ванёк, мамка моя?
В А Н Я. С мамками у нас дружба. У нас ведь Царство Друзей теперь. Взрослая власть прошла. Никто не бьет, никто не заставляет.
С Е Р Г О Б Е Ж. Да ты что?!
В А Н Я. А как же! Свобода! Только совесть слушаем. А я– управляющий Царевич.
С Е Р Г О Б Е Ж. Да ты что! А можно записаться к вам? В ваше Царство? На любую работу черномазую. Мне как раз надо… мне, Ванек, совести надо. Мне совести надо… тройную порцию!
В А Н Я. Ну ты алчный. Куда столько тебе?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Тройная порция! Сейчас у них собак будет! Целая стая! /Тетеньке в Галошах/. Ползи, доложи Котову!
С Е Р Г О Б Е Ж. Видишь, Ванёк, папка-то бессовестный. Обманул меня, своего сынка сердечного. Бросил. Его тоже отец в детстве бросил, а он меня бросил. И вот я думаю, Ванёк: если я бессовестным буду? Как дети мои горемыкаться будут! Без отца, без дедушки и без прадедушки…
В А Н Я. Ты разве бросишь детей?
С Е Р Г О Б Е Ж. А вдруг брошу? Я же– бессовестный! Все говорят.
В А Н Я. Ты– нет! Ты– человек! Совесть твоя, она просто засела где-то… Сейчас мы ее вытащим!.. А ну-ка, стукни меня! Чтоб я в крапиву, туда улетел.
С Е Р Г О Б Е Ж. Ну ладно!
В А Н Я. Ну, ты дал. В крапиву прямо… Ну, и как тебе?
С Е Р Г О Б Е Ж. А как– мне?
В А Н Я. Ну, может стыдно? Взял, ударил человека. Совестно? Никто не гложет? Не грызет?
С Е Р Г О Б Е Ж. Нет, не лезет ко мне никто. В животе бурчит. Может, мне витаминов не хватает зеленых? /ест траву/.
В А Н Я. А может, в пятке у тебя? Засела?
С Е Р Г О Б Е Ж. Точно! Я всё думаю– чего это у меня пятка болит! Ну-ка! /встал на голову, подрыгал пятками/. Ничего.
В А Н Я. А ты просто закрой глаза и посмотри в себя. Смотри, где она там?
С Е Р Г О Б Е Ж. Темно. Темно, как в сарае. Черная тишина. Может, звук этот мешает, у Котова. Как будто ножи точит. Дело нечистое.
В А Н Я. Да не обращай.
С Е Р Г О Б Е Ж. Слышишь– щенята воют…
В А Н Я. Тише. Подожди, Сергобеж. Вот она, совесть моя! Явилась!
С Е Р Г О Б Е Ж. Где она? Где?
В А Н Я. Тише. Она говорит: Котов ножи точит, щенят резать хочет.
С Е Р Г О Б Е Ж. А какая она? Какая? Какого она вида, совесть у тебя?
В А Н Я. Моя– в виде собачки бегает. Говорит, надо спасать щенят.
С Е Р Г О Б Е Ж. Моя совесть мне так же бы сказала. Полезли, Ванёк, вот лестница! На сарай, и во двор!
В А Н Я. Воровать? Да ты что?
С Е Р Г О Б Е Ж. Это– не воровать, это…
В А Н Я. Тише… Она тоже говорит– это не воровство, а спасение безвинного и беззащитного. Тем более, говорит, родственники ее.
С Е Р Г О Б Е Ж. Полезли, Ванёк!
В А Н Я. Тише… Она говорит– это не воровство, не для своей корысти. Корысти– и я слова не знаю такого. Полезли. С совестью не пропадешь! Она везде защитит: если нападет на тебя злость, или завидки берут, или принизить маленького хочется.
С Е Р Г О Б Е Ж. /уже на сарае/. Да… И не купить ее нигде. И не своровать.
Ваня и Сергобеж скрылись во дворе. Выскочил Котов, убрал лестницу.
Д Я Д Я  К О Т О В. Бабы, приготовиться! Сейчас мы их с поличным возьмем! Посмотрим, кто Царевич тут!
Дядя Котов прячется. Ваня и Сергобеж опять появились на сарае. У Сергобежа корзинка со щенками.
Г О Л О С  Д Я Д И  К О Т О В А. Это кто? А ну, ремнем!
Сергобеж с корзинкой спрыгнул. Ваня стоит на крыше.
Г О Л О С  Д Я Д И  К О Т О В А. Держи вора! Крапивы в штаны!
С Е Р Г О Б Е Ж. Прыгай! Прыгай, Ванёк! Тут не сломаешься!
В А Н Я. Прыгай же, прыгай скорей, мои ножки! Не бойтесь, глаза, не упадем!
Г О Л О С  Д Я Д И  К О Т О В А. Окружай!
Ваня прыгнул. Но не приземлился. Он пригвоздился курточкой за гвоздь в сарае.
В А Н Я. Беги, Сергобеж! Беги, щенят спасай!
Но Сергобеж стоит с корзинкой. Со всех сторон к сараю бегут Тетеньки, Старушка и дядя Котов.
В А Н Я. Беги, заловят, беги!
Дядя Котов вытащил свой кудрявый кулак и поймал Сергобежа за ухо.
Д Я Д Я  К О Т О В. Сергобеж, ты?? Воровать! С молодых соплей! А-а, и Царевич тут! Попался! Свидетели! Сюда!
Т Е Т Е Н Ь К И. Бежим! Бежим! А мы уже! Вот они мы!
Д Я Д Я  К О Т О В. А девчонки, девчонки где?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Ленка! Девчонки!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Вика! Девчонки!
Бегут девчонки. Походка слабая, голодная.
В И К А. Куда опять?..
Л Е Н К А. Я совсем без сил голодная…
Н А Т А Ш А. Я одни одуванчики ем. Совсем одуванела… Ваня! Что ты там делаешь?
Д Я Д Я  К О Т О В. Свидетели! Смотрите! Щенят украли, дружки! Один Царевич, другой американец. Хотели наши будущие шапки в Америку продать.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А мы без шапок опять, деревня!
С Т А Р У Ш К А. И без того оголодали. Еще и Сергобеж приехал!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Крали? Признавайтесь!
С Е Р Г О Б Е Ж. Ванёк, не признавайся!
В А Н Я. Мы не крали, а спасали. От живодера!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . В чужую сарайку залезли?
В А Н Я. Залезли, но…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Крали!! /листает блокнот/. Сухомлинский… не то! Руссо… не то! У нас в деревне одни дураки. Не то!.. Корчак…
Н А Т А Ш А. Почему Ваня висит? У нас Царство Друзей! Он Царевич!
В И К А, Л Е Н К А. У нас– Царство…
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Вот вам дядя Котов булочек дает. Мы испекли, а он дает.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Ох, и вкусные у Котова- дяди булочки! Нисколько не песочные.
В И К А, Л Е Н К А. Дайте! Дайте! /жуют/. Спасибо, дядюшка!
Н А Т А Ш А. Снимите его!
Д Я Д Я  К О Т О В. Ну что, Царевич? Зови свою совесть! Она тебе поможет. Где она? Где?
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Да! Где она– собака твоя? Молчишь?.. У тебя её нету! Нету! Наврал!
Н А Т А Ш А. Почему– наврал? Ваня! Скажи!
С Т А Р У Ш К А. А какого она тогда цвета? Скажи.
В А Н Я. Моя– черная.
В И К А. Черная! Грязная! Фу!
В А Н Я. Маленькая.
Л Е Н К А. Крошечная? Фи!
В А Н Я. Собачка!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Блохастая, наверно.
Д Я Д Я  К О Т О В. Черная маленькая собачка? Знаю, была, была такая! Жучка, беспризорная.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. А, Жучка!
С Т А Р У Ш К А. Жучка! А!
Д Я Д Я  К О Т О В. Я уже из нее шапку сшил. Из Жучки твоей. Вот она, Жучка твоя!
С Е Р Г О Б Е Ж. Живодер!
Д Я Д Я  К О Т О В. А ты курятину любишь? Где курочка ваша?
С Е Р Г О Б Е Ж. Съели. Ну и что?
Д Я Д Я  К О Т О В. А! Курочку съел! Вот и есть живодер! Курочку бедную съел! Пеструшку! За что? А кому польза? Кому?.. А я голову народу утепляю! Голову!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Это Жучка была. Показалось тебе, Ваня.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Так что не ври! Бессовестный ты. И хватит детей на взрослых натравлять!
С Т А Р У Ш К А. Обманул нас!
Л Е Н К А. А мы и поверили. Вот что значит информации нет массовой.
В И К А. А я не поверила! Я притворилась! Я не видела ничего у себя, никакой такой совести.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . И я не видела. Некогда было.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Что тут увидишь на голодный живот?
С Т А Р У Ш К А. А у меня зрение слабое. Что с меня требовать.
В А Н Я. А ты, Наташа?
Н А Т А Ш А. Не знаю. Что-то было… Может, не совесть это? А какая-нибудь любовь?
Д Я Д Я  К О Т О В. Вот так-то, умникум! Спиноза!
В И К А. /шепотом/. Кто такая– Спиноза?
Л Е Н К А. Кто такая, кто такая? Заноза на спине!
В А Н Я. Да поймите вы! Вот в карман мы залезли с Сергобежем, конфеты украли. Это воровство. А щенята…
С Т А Р У Ш К А. А! Поймался! Пой-мал-ся! Сергобежище! Всё! Факты собрала. Можно заявлять на тебя!
С Е Р Г О Б Е Ж. Это ты мамке ходишь, врешь на меня?
Д Я Д Я  К О Т О В. Теперь поняли, кто Царевич, кто воревич?
Г О Л О С А. Поняли! Ты– Царевич! Котов ты наш! Теперь у нас Царство Котова!
Д Я Д Я  К О Т О В. Кто за меня? За моё царство?.. Единогласно.
С Е Р Г О Б Е Ж. Пусти!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Единогласно!
Л Е Н К А. Всегда готовы!
С Т А Р У Ш К А. Поддерживаем и одобряем! Котов– он умный, у него нету детей. Живет красиво.
Д Я Д Я  К О Т О В. Конечно. Дети выросли– у них свои дети, опять помогай. Опять морковку грызи. Дети– давно остопротивели.
В А Н Я. Тебе, Котов, ультиматум от меня!
В И К А. Ай, матом! Матом ругается! На самого Котова!
Л Е Н К А. Записываю! Ванька. Воровал. Матерился. И висел.
В И К А. Из Ваньки такой портретик хороший вышел! Еще рамочкой обделать.
Н А Т А Ш А. Дядя Котов, снимите Ваню, мы всё сделаем. Мы всё лето спать будем… Мертвое лето…
Тут Джульетта Денисовна вбегает нарядная, как букет.
С Е Р Г О Б Е Ж. Мама!
Д Ж У Л Ь Е Т Т А  Д Е Н И С О В Н А. Мама?..
С Е Р Г О Б Е Ж. Мама!
Д Ж У Л Ь Е Т Т А  Д Е Н И С О В Н А. Сынок… А я уж и забыла, когда ты меня мамой звал… Ты где пропадал? Ну пойдем, пойдем домой… Ты чего, Котов? Ты чего?.. Ой! Натворил?
Д Я Д Я  К О Т О В. Натворил.
Д Ж У Л Ь Е Т Т А  Д Е Н И С О В Н А. Ой, мне и послушать некогда! Сейчас грузовик за мной! Натворил… Хоть вы помогите, общество! Определите как-то… Раньше отдавали в люди, в гимназию. Видите, не справляюсь, хоть бей, хоть не бей. Скоро меня лупить будет. Эй, грузовик! Эй! Побегу, ладно? Вот найду ему папку нового… Грузовик! /убегает/.
С Е Р Г О Б Е Ж. Не надо мне! Не надо! Буду Сергей Беспапович!
Д Я Д Я  К О Т О В. Ладно, хватит демагогировать! Я мужик конкретный. Работа будет такая: днем и ночью, днем и ночью. У меня– вот– колокольчики. Чтоб я слышал, что вы не спите.
С Т А Р У Ш К А. Пусть девчонки работают. И ночью, и днем. А мы– без детей проживем! Правильно премудрый Котов говорит: все силы на детей уходят, а на старушек не хватает уже.

Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Без детей мы… жить будем! Уже сейчас, а не на пенсии. Лови их!
В А Н Я. Без детей вы будете печальные безработные.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Розочек заведем! Козочек! Держи!
С Е Р Г О Б Е Ж. Пус-ти!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Газеты читать! Массаж всего лица делать! Жить!
Тетеньки наконец поймали девчонок, держат крепко. Дядя Котов дает тетенькам колокольчики, они вешают их на девочек.
Т Е Т Е Н Ь К А  В  П И Д Ж А К Е . Товарищ генеральный Котов! Ваш приказ выполнен!
Т Е Т Е Н Ь К А  В  Г А Л О Ш А Х. Дети пойманы! Навсегда!
Д Я Д Я  К О Т О В. Какая разница? Взрослые, дети. Люди делятся на умных и дураков. Работать все будете. И ночью, и днем. Становись в очередь! Подставляй шею!.. И во двор! Мести! Скрррести!
Л Е Н К А. Хорошо колокольчик звенит!
С Т А Р У Ш К А. Как песенка! Да-да, да-да…
В И К А. Дискотека.
Н А Т А Ш А. А ты, Ваня? Ты извинись. Пойдем с нами. Совесть– это для неженатых.
В А Н Я. А мне хорошо здесь, на гвозде. Мне видно всех.
Д Я Д Я  К О Т О В. Ничего! Пусть повесит, подумает.
Н А Т А Ш А. Дядюшка, а котиков не хотите моих? Я всех отдам. Из них такие шапки будут, ласковые.
Д Я Д Я  К О Т О В. Котиковые шапки?.. Тащи! Посмотрим.
Н А Т А Ш А. Потерпи, Ваня, я сбегаю! Отпустит он тебя! Потерпи, не умирай!
В А Н Я. У нас будет полный двор кошек и собак! Сколько хочешь, Наташа!
Д Я Д Я  К О Т О В. Давай, Сергей Беспапович! Подставляй шею!.. Ах ты, щенок! Кусаться! Живо надеру!.. Не хочешь работать– пойдешь в колонию детскую.
С Т А Р У Ш К А. Извините, что вмешиваюсь. Я про колонию узнавала. Давно думала– куда ворищу этого. В колонию ему– возраст не подходит. Ему вот подходит– умственно-отсталая школа. Факты я собрала.
С Е Р Г О Б Е Ж. Сама ты отсталая!
Д Я Д Я  К О Т О В. Там ему, в слабоумной школе, детства дадут!
С Т А Р У Ш К А. Там специально для них оборудовано, и спорт, и площадка. Учителя к ним специально подготовленные. И слесарят они там. Хором ходят, хором поют. А тут им скучно, шишки перекладывают из кармана в карман.
Р Е П Р О Д У К Т О Р. Детский хор школы номер три исполнит песню.
Старушка поторопилась за другими– работать.
Д Я Д Я  К О Т О В. Ну, и кого ты, Царевич, оцарил? Кому лучше сделал? Бабы- девчонки передрались… Кто у тебя хороший стал? Сергобеж– парень был один– ты его дурачком сделал своим царским. Запомни: не друзья, не родственники, не совесть– Кошелёк Иванович лучший друг! Пошли, Беспапович! В малоумную поведу.
Г О Л О С  С Т А Р У Ш К И. А я пока присмотрю за остальными!
С Е Р Г О Б Е Ж. Пусти, хрыч старый! Погоди, я вырасту! Я вырасту! Пальто из тебя шкуровое сошью! Будешь лежать– скелет из пятки торчит!
Д Я Д Я  К О Т О В. А когда-то мы неплохо жили! Приехал Ванька и всех перепакостил.
Дядя Котов потащил Сергобежа за поворот, на большую дорогу.
В А Н Я. Эй! Эй, Сергобеж! Я приеду! Я приеду к тебе, в школу эту! Ты не думай!.. Вытащу тебя!
С Е Р Г О Б Е Ж. Ванёк! Я вижу! Вижу ее! Не бессовестный я!
В А Н Я. Кого ты видишь? Кого?
С Е Р Г О Б Е Ж. На папку похожа моего! На папку! Совесть моя! Такой папка! С чемоданчиком!
В А Н Я. А думали– непроглядная она у тебя…
И тут видит Ваня– на дороге дяденька стоит. Стоит и смотрит на Сергобежа. Стоит и смотрит. С чемоданчиком.




Жаров Леонид Михайлович, Ермакова Светлана Ивановна
625058 Тюмень, поселок Большой Тараскуль, ул. Приозерная, дом 24
Пейджер 8-3452-310999 аб. 8868
Имейл: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Сайт: www.leonid-sveta.libserver.ru
 

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования