Общение

Сейчас 420 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

ВНИМАНИЕ!

Секреты интересны только до тех пор, пока они не раскрыты. Если вы наш постоянный зритель и если вам хочется сохранить то блаженство обманутого человека, которое вы испытываете каждый раз, когда смотрите наши спектакли, и ради которого ходите в наш театр, — не читайте дальше, немедленно закройте книжку.

секрет первый: отчего движутся куклы?

Ими управляют люди. В этом никто не сомневается. А вот как — об этом мнения разные. Иные уверены: сидят артисты за пультами, нажимают кнопки, а куклы на ширме выделывают все, что надо. Другие упирают на ограниченность человеческих глаз — дергают, дескать, ку-кол за ниточки, да такие тонкие, что их не видно.
Придется разочаровать и тех и других. Электроника пока что показала полную неспособность управления куклами, а нитку, какой бы она ни была «тоньшины», спрятать на сцене невозможно, ее все равно будет видно...
Поэтому если наша кукла просто не надета на руку, как перчатка, то мы предпочитаем держать ее снизу за толстую деревянную палку, которую, как ни странно, легче спрятать от глаз зрителей. Палка бывает прикреплена к туловищу, опущена вниз и замаскирована одеждой; бывает прикреплена к голове и пропущена... снаружи, на виду у зрителей. И тем не менее ее не видно. Не видно потому, что
она оклеена или окрашена в цвет окружающих декораций, а главным образом потому, что никто не может предположить такого нахальства — вся кукла висит на собственной голове, а голову мы носим над ширмой на толстенной деревянной палке! Так сделаны куклы негров и мадам Крокет в спектакле «Мой, только мой!»
А в спектакле «Краса Ненаглядная» было еще оригинальнее: Кащей Бессмертный летел по воздуху, держась... на собственной бороде, в которой, конечно, и была спрятана все та же прочная палка. Борода была длинная и вполне естественно свешивалась за ширму, в чем никто никакого подвоха не усматривал.
От куклы к руке актера, по палке или внутри палки, натянуты... нет, не нитки, а прочные капроновые лески, за которые дергают — нет, это не то слово, будем говорить — управляют ртом, глазами и всем тем, что двигается на кукольной голове.

секрет второй над ширмой две куклы, сколько внизу людей?

Угадать все равно невозможно — это зависит от сложности кукол, от того, что они в данный момент делают.
Говорит за куклу, то есть играет роль, один актер; обычно он управляет головой куклы, открывает рот, шевелит глазами. Это делается одной рукой, другая рука артиста управляет одной из рук куклы. Но у персонажа могут быть две руки и две ноги (или лапы) да еще хвост, и если нужно, чтобы кукла действовала всеми конечностями одновременно, то основному исполнителю, как мы говорим, «ведущему» куклу, помогает столько актеров, сколько требуется человеческих рук одновременно.
Если же много несложных кукол делают одновременно одно движение, скажем, открывают рот, то кукол можно не держать в руках, а поставить на подставку-конструкцию, управление — объединить, уменьшив этим число занятых актеров.
И вот примеры: «Необыкновенный концерт». Танго. Две куклы — внизу пять актеров. Капелла. На ширме шестьдесят три куклы, а внизу... четыре актера.

секрет третий раздвоение личности

Когда в «Чертовой мельнице» черт Люциус догадывается, что для того, чтобы ему одновременно разговаривать с двумя девушками наедине, нужно раздвоиться, и над ширмой появляются два одинаковых Люциуса,— это неожиданно и забавно, но ничего удивительного в этом нет — ведь одинаковых кукол можно наделать сколько угодно.
А вот когда в спектакле один и тот же кукольный герой ест, пьет, курит, месит тесто, прыгает, плавает, ездит на лошади, мотоцикле или автомашине, предстает перед вами то в смокинге, то в пальто, а то и вовсе голышом,— трудно догадаться, что этот один персонаж изображают не одна, а несколько (иногда даже десяток) кукол, каждая из которых при-способлена для выполнения какой- то одной задачи. На ширме все время только одна кукла, выполняющая порученную ей функцию, например прыжок из окна. Кукла прыгает, скрывается за ширмой и мгновенно возникает снова. Но это не та кукла. Это ее двойник с опущенными за ширму рукавами, тростями и прочими техническими атрибутами, которые не должны быть видны зрителям. А прыгала кукла-манекен, у которой нет никакого управления; она умеет только прыгать, то есть, в общем, лететь туда, куда ее бросят...
Кукла не артист, сама не переоденется, да и костюм у куклы не всегда можно сделать снимающимся, поэтому нам приходится часто делать столько кукол-дублей, сколько кос-тюмов должен сменить тот или иной кукольный герой. Мы настолько к этому привыкли, что стали дублировать даже живых артистов, играющих вместе с куклами. Нужно нам сделать, чтобы белый ангел превратился в черного, мы меняем не костюм — это слишком долго и можно сделать потом, — а артистов: один прячется за ширмой, другой выбегает и временно, пока первый переодевается, «замещает» его.

секрет четвертый: из чего сделан пол, по которому ходят куклы?

Какой пол? Сейчас только шла речь о том, что кукол носят в руках актеры. И все-таки этот пол есть. Мы прочно строим его в воображении зрителей сразу же, как только начинается спектакль.
О том, что это возможно, мы сами догадались не сразу. Когда в «Необыкновенном концерте» добавляли новый номер — фокусника, — был придуман такой трюк: фокусник опускает цилиндр на грядку (почему-то мы так называем верхнюю кромку ширмы), из-за ширмы под цилиндр высовывают мехового цыпленка на проволочке, фокусник приподнимает цилиндр, цыпленок трусит по грядке, итак несколько раз.
Смотрим из зала и видим чудо — выскакивают цыплята из-под шляпы, а откуда они там берутся — неизвестно. Не можем мы сами себя заставить поверить, что их просто высо-вывают снизу.
Оказывается, персонажи наших спектаклей время от времени напоминают зрителям, что эта условная черта за ширмой для них жесткая, непреодолимая преграда. Наши куклы спотыкаются об «пол», падают на «пол», стучат по нему зонтиком, роняют на него разные предметы — шум их падения мы специально изображаем в тот момент, когда они касаются этого «пола». Все это делается нарочно, предусматривается во время репетиций.
Поневоле зрители настолько привыкают к существованию скрытого за нашей ширмой незыблемого уровня земли, что разубедить их в этом положительно невозможно.
А персонажи, представляющие собой исключения из правил, например, черти из спектакля «Чертова мельница», приобретают право провалиться к себе в преисподнюю (то есть за ширму) где им вздумается.
И выглядит это из зала прямо-таки бесовским наваждением.
Но по воображаемому полу не могут ходить люди. А они в некоторых наших спектаклях должны ходить над ширмой. В «Буратино» папа Карло, Карабас-Барабас, Король — люди. А куклы, играющие вместе с ними, по-прежнему гуляют по пустоте. И буквально путаются под ногами живых людей. Даже обегают вокруг. По одному и тому же месту бежит сначала кукла. Потом человек. Потом опять кукла. И так далее.
Сделали мы передвижные площадки выше человеческого роста. Бежит по ширме кукла — «пол» отодвинут. За ней Карабас-Барабас — узенькая площадка с одной стороны уже выехала на сцену, а с другой, где сейчас куклы, площадку быстро подвезут тогда, когда артист добежит до середины.
Актерам одинаково трудно как внизу, за ширмой, где приходится лавировать между двигающимися во все стороны конструкциями, так и наверху — нужно шагнуть назад, а . успели там подставить настоящий пол или, чего доброго, придется наступить на воображаемый!..

секрет пятый: дело темное

Часто неподвижные полы или, скорее, целые мосты, балконы, башни с лестницами и перилами мы строим выше ширмы. На виду у зрителей. И ни мостиков, ни перил, ни актеров никто не видит. Единственное, что мы позволяем увидеть,— куклы в руках актеров. Тут для ку-
кол не существует никаких полов — они просто могут летать. Так летают и амуры в «Соломенной шляпке», и Баба-Яга в «Царевне-лягушке», и весь ангельский сонм в «Божественной комедии».
И это очень просто. Все происходит на совершенно черном фоне — заднике из черного бархата. И мостики, и перила, и люди тоже обтянуты
черным бархатом. Черный бархат почти не отражает света, и поэтому закрытые им неосвещенные предметы на таком же бархатном фоне увидеть невозможно. А куклы или по-крыты светящейся краской, или освещены узкими пучками света.

секрет последний, в котором мы нисколько не виноваты

Когда кончается наш спектакль и артисты выходят на авансцену с куклами в руках, всем кажется, что это не те куклы, которыми играли на ширме, а другие, маленькие.
Мы понимаем, отчего это происходит,— на ширме кукол не с чем сравнивать, им поневоле придают размеры, близкие к человеческим. Этому помогает и архитектурное оформление нашего портала — оно создает иллюзию перспективы, кажется, будто сцена находится даль-ше, чем она есть на самом деле.
Но, честное слово, этот эффект ничего нам, кроме неприятностей, не приносит. Тридцать лет мы вынуждены объяснять зрителям, что в руках актеров те самые куклы, которые играли на ширме... но нам никто не верит.

Не мы первые, не мы последние...

Если развернуть карту мира и попробовать отметить на ней флажками — как это делалось когда-то на картах военных действий — все города, где есть хоть один кукольный театр, то может не хватить и тысячи флажков. Кажется, нет в мире страны, где не было бы театр а кукол,— профессионального или любительского,— такого, где куклами управляют при помощи нитей или металлических стержней, либо где кукла надевается прямо на руку актера, или же где показывают лишь теневые силуэты кукол на фоне экрана.
История театра кукол уходит в глубь веков и настолько далеко, что есть основания предполагать, не возник ли он раньше, чем театр живого актера. В легендах и письменных документах почти всех народов мира с древнейших времен рассыпаны упоминания о театре кукол. Первое из них датируется X веком до нашей эры.
Как видите, у кукольного театра есть, таким образом, и своя география и своя история. О кукольном театре написано немало книг на языках многих народов мира. У кукольного театра есть даже свои музеи.
Во многих этнографических и художественных музеях земного шара издавна существуют разделы, посвященные театру кукол. В последнее же время стали появляться специальные музеи театральных кукол. Таких музеев пока немного — менее десяти. Но самый первый из этих музеев был организован как раз при нашем театре. Андреем Яковлевичем Федотовым.
Для музея он еще непростительно молод — ему всего двадцать семь лет. В нем нет таких древностей, как в Ленинградском Эрмитаже или Парижском Лувре, где хранятся марионетки эпохи Древнего Рима. Самым старым куклам нашего музея немного более полутораста лет.
И все же мы собрали довольно большую коллекцию кукол, эскизов, фотографий, рецензий и других материалов по кукольным театрам более чем из тридцати стран мира. А переписываемся с кукольниками шестидесяти стран. Мы хотим собрать как можно больше сведений о жизни и творчестве наших собратьев по профессии, чтобы рассказать всем— и кукольникам и не кукольникам — много-много интересного об этом замечательном виде театрального искусства. А рассказать действительно есть о чем.

Знаете ли вы, например, что:

— История ученого доктора Фауста, продавшего душу черту, была популярной пьесой старых немецких кукольников, у которых Гёте и заимствовал тему и сюжет своей философской драмы.

— У знаменитой французской писательницы Жорж Санд был свой домашний театр кукол; он давал представления в течение многих лет. Для этого театра Жорж Санд написала большое количество пьес. Актерами были ее сын Морис Санд и один из ее приятелей. А в зрительном зале можно было встретить Ф. Шопена, Г. Флобера, И. Тургенева.

— Во время гражданской войны на Бухарском фронте красноармейцы сами написали пьесу, сшили из тряпочек кукол — папу римского, американского капиталиста, кайзеровского генерала и т. д.— и показывали спектакль на тему о борьбе с интервентами. А в годы Великой Отечественной войны на фронте выступало множество кукольных театров— и профессиональных, и самодеятельных. Один только наш Центральный театр кукол сыграл на передовых линиях более четырехсот спектаклей.

— Во всем мире куклы играют, так сказать, «на суше». А во Вьетнаме есть разновидность кукольного театра, где «сценическими подмостками» для кукол служит вода — поверхность какого-нибудь озера или пруда. Выход куклы на сцену — это появление ее из воды, уход со сцены — погружение в воду.

— В царской России были только одинокие бродячие кукольники, игравшие на протяжении нескольких веков одну и ту же «Комедию о Петрушке». Сейчас в СССР около ста профессиональных театров кукол.
Кроме того, есть целый ряд небольших эстрадных коллективов и кукольников-солистов. Самодеятельным же коллективам, как говорится, «несть числа».

— Вместо одной-единствённой «Комедии о Петрушке» за сорок семь лет существования советского театра кукол появилось и было поставлено около двух тысяч специально для него написанных пьес.

— В старом Азербайджане были народные кукольники, каждый из которых одновременно работал четырьмя куклами: две из них были надеты на руки, а две — на ноги. Во время представления кукольник лежал на спине.

— Первое документальное упоминание о русском театре кукол датируется XVII веком. Это рисунок голштинского путешественника Адама Олеария. В 1636 году он посетил Московию и в числе прочих записей и зарисовок оставил весьма интересный рисунок, на котором изображен бродячий кукольник, дающий свое представление прямо на площади старой Москвы.

— В старом Узбекистане кукольники представляли собой строго замкнутую корпорацию. Когда в нее принимали нового кукольника, с него брали в письменном виде торжественную клятву. Основные два пункта этой клятвы обязывали: играть по всем правилам искусства (то есть, выражаясь современным языком, не халтурить) и работать только в отведенном ему районе, не вступая в конкуренцию с собратьями по искусству, за каждым из которых закреплялся определенный участок.

— Если бы какой-нибудь молодой театровед захотел взять для своей диссертации тему «Театр кукол в отзывах и в творчестве русских классиков», мы посоветовали бы ему заглянуть в письма Фонвизина, в биографию Лермонтова, в литературное наследие Некрасова, Достоевского, Блока, Горького и многих других.

— Чтобы описать все системы устройства открывающихся ртов у кукол, применяемые в Центральном театре кукол и в других — советских, польских, вьетнамских, венгерских, китайских и т. д.,— лектору понадобилось бы не менее трех академических часов!

— И, наконец, знаете ли вы, что у старого русского Петрушки было отчество и фамилия? Его звали Петр Иванович Уксусов.

Обо всем этом и многом другом вы можете узнать подробнее, если придете к нам в музей театральных кукол. Он открыт в те же часы, когда наш театр играет свои спектакли — днем для детей, вечером для взрослых. Кроме того, вы можете заказать специальную экскурсию на любую интересующую вас тему по кукольному театру.
Если же вы захотите организовать у себя — на заводе, в клубе, в школе или просто дома — свой собственный театр кукол, то опять-таки приходите к нам. Мы вам все расскажем и покажем. У нас секретов нет.

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования