Общение

Сейчас 584 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Пьеса-сказка в двух действиях.

                       Действующие лица:

     Самовар, старый, помятый, потемневший.
     Портрет дамы в старинном пышном, голубом платье.
     Китайский фонарь, красный, круглый, похож на тыкву.
     Старая тряпичная кукла Глаша, от прежней красоты у неё остались только
     большие голубые глаза.
      Старая  крыса Авдотья, горбатая, хромая, картавая.
      Горностай, белый, длинный, гибкий.

                      ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ.

     Чердак старой дачи, заваленный ненужными вещами: сломанная железная
      кровать, связки пожелтевших книг и газет, рассохшийся, развалившийся
      сундук, ну и вообще всякий хлам, который обычно валяется на чердаках.
      Среди всего этого старья  выделяются три вещи: портрет дамы,
      самовар и тряпичная кукла. Ночь. Все предметы неподвижны. В окне
      чердака появляется луна. Серебристый свет её заливает чердак, и наши
      герои  медленно оживают. Дама на портрете вздрагивает, вздыхает,
      проводит ладонями по лицу и выходит из рамы. Дама протягивает руки
      к лунному свету и застывает, как бы впитывая его. Оживает самовар и,
      кряхтя, прохаживается, разминая ножки. При этом его крышка неприятно
      дребезжит. Тряпичная кукла Глаша просыпается, громко зевает,
      потягивается и начинает отряхивать с себя пыль.

ДАМА (не меняя позы). Самовар, перестаньте греметь своей крышкой! Вы несносны! Я мечтаю, а вы мешаете мне!
САМОВАР. А ты мешаешь мне! Встала тут посреди чердака и мешаешь мне ходить, разминаться.
ДАМА. А что толку от того, что ты болтаешься туда-сюда? Что в этом красивого, интересного?  Вот мои мечты—это да!  Они возвышенны, прекрасны! Они уносят меня в дальние страны…
САМОВАР (хромая). Никто тебя никуда не уносит! Как ты торчала здесь, так и торчишь. Очень много ты о себе воображаешь!
ДАМА. Я не унижусь до спора с тобой! Ты всё равно ничего не поймёшь…
САМОВАР (подходит к Глаше). Перестань  пылить! Ты всегда была пыльная и чумазая, такой и останешься.
ГЛАША. Если бы здесь была вода, то я бы сама себя постирала. Но воды нет… Вот ты, самовар, а воды в тебе нет. И толку тоже. Только всё ходишь, ворчишь.
САМОВАР. Потому и ворчу, что воды нет. Ты бы видела,  как раньше я весело кипел! Бурлил! Вот так! (Начинает смешно подскакивать, надувать щёки, изображая кипение воды.) Бу-бу-бу! Бу-бу-бу! Ах, как было весело! Все ко мне бежали смотреть, как я киплю!  А потом меня ставили посреди стола и любовались мною! Я сиял как чистейшее серебро! Ярче, чем этот лунный свет! А вокруг меня, горами лежали мои придворные: сушки, булки, варенье… Вот жизнь была! Я был главный в доме! Всё вертелось вокруг меня!
ГЛАША. Ой, правда! Я помню! Моя хозяйка, девочка Маша часто брала меня с собой, когда садилась за стол. Я тоже вместе с ней пила чай! Она меня любила. Брала меня в свою кроватку! Умывала меня, причёсывала…
САМОВАР. Подожди! Ты хотела рассказать,  как я царил в этом доме, а сама про себя рассказываешь!
ГЛАША. А мне про себя рассказывать интересней. А тебя я помню, ты блестел… Когда тебя не забывали почистить!
САМОВАР. Я всегда был чистый и сияющий!
ДАМА. Ах, прекратите эту глупую болтовню! Я висела в столовой и с высоты своего положения наблюдала за вами! Вас просто использовали как домашнюю утварь, как чашки, ложки, солонку… А тебе, самовар, надевали на голову старый сапог и раздували им огонь. Ты выглядел очень смешно и глупо!
САМОВАР (раздуваясь от гнева). А ты… А ты… (Пыхтит, не зная что сказать.)
ГЛАША. Ты злая, высокомерная! И от тебя не было никакого проку! Ты просто так висела на стене. Я думаю, тобой просто прикрыли изодранные обои!
ДАМА (высокомерно). А вами, Глаша, мальчик Петя часто вытирал свои ботинки! И в этом была ваша настоящая польза!
ГЛАША. А ты знаешь,  как за это вытирание ботинок потом моя Маша драла волосы Петьке? Пучками! Не смотря на то, что он её родной брат! Вот как меня любили! А тебя Петька проткнул гвоздём и никто этого не заметил!
САМОВАР (радостно подхватывает). Вон до сих пор на платье дырка! А ещё леди себя считает! Оборванка!
ДАМА. Я не буду с вами разговаривать, ничтожества! Вы этого не достойны. (Отворачивается к лунному свету.)
ГЛАША. Да нам вообще говорить уже не о чем. Всё уже переговорили…
САМОВАР. Да. Обидно… Мы оживаем лишь тогда, когда к нам проникает лунный свет. Ну, вот лунный свет есть, мы живые, а что делать, и о чём  нам говорить—непонятно…
ДАМА. Для этого и существуют мечты! Фантазии! Вместо скучных, глупых разговоров с вами, я могу унестись в своих мечтах куда захочу, и прожить жизнь такую, какая мне нравится.
САМОВАР. А о чём ты можешь мечтать? Ты же ничего не видела, ничего не знаешь!
ДАМА. Ошибаешься! В столовой, за чаем, часто читали интересные книжки. Я их внимательно слушала. Так я побывала во Франции при дворе короля Людовика Четырнадцатого, я танцевала в Версале! Я побывала при дворе английской королевы Виктории—правда,  там было немного скучновато. Я бродила по живописным базарам Дели…
САМОВАР. А что такое Дели?
ДАМА. Я не удивляюсь, что ты этого не знаешь! Вместо того, чтобы слушать, когда читают интересные книги, ты любовался своими боками и подмигивал ватрушкам!
ГЛАША. Давайте не будем ссориться! Ругаемся каждую ночь! Надоело!
САМОВАР. А мне не надоело! (Даме.) Слушай ты, выпендрёжка, что такое Дели? Говори! Или я проткну тебя своим носиком!
ДАМА (очень спокойно, высокомерно). Ладно-ладно. Успокойся! Дели—это столица Индии. Удивительной, загадочной страны! Там нет никаких пошлых самоваров, зато там есть умные слоны и йоги, они могут встать на голову и сто лет стоять так.
САМОВАР. А, враньё! Все твои мечты—ерунда!
ГЛАША. Почему?
САМОВАР. Потому что нельзя прожить без самовара, да ещё вверх ногами!
ГЛАША. А умные слоны там тоже вверх ногами стоят?
ДАМА. Как хотят, так и стоят! Это удивительно, но они могут стоять и на голове! А вот вы, самовар, так не сможете!
САМОВАР. Я?! Да я как угодно могу! Пожалуйста, смотрите! (Пытается встать на голову, но падает и катится по полу,  дребезжа крышкой.)
ДАМА (издевательски смеётся). Это не я, это вы о себе слишком много воображаете! Думаете, что вы умнее слона. Ну а ты, Глаша, хочешь попробовать встать на голову?
ГЛАША. Что я, дура что ли? Сама вставай!
ДАМА. Я дама высокого полёта! Я на голове не стою. Я рождена не для этого.
САМОВАР (с трудом поднявшись). Ну да… Конечно! А спроси тебя:  для чего ты рождена, так ты толком и не объяснишь!
ДАМА. Объясню! Я рождена, чтобы блистать!
САМОВАР. И поэтому ты здесь, на чердаке пылишься, и вся паутиной заросла?
ДАМА. Ах, отстань! Мы оживаем так ненадолго, только тогда, когда сюда проникает лунный свет, и на что мы тратим это время? На всякую ерунду!
ГЛАША. А вот интересно, а почему так происходит? Почему мы оживаем только при лунном свете?
САМОВАР. А какая разница? Ну, оживаем и оживаем.
ДАМА. Невежда! Я одна знаю, почему так происходит. Лунный свет, как и сама луна, имеют магическое воздействие! Вы наверно замечали, что когда полнолуние, то мы бодры, энергичны. А когда луна совсем  на исходе и от неё остаётся лишь тоненький месяц, то мы, хоть и оживаем, но ходим вялые и сонные.
ГЛАША. Ой, правда! Так и происходит!
САМОВАР. А может мы лунатики?
ДАМА. Ты, лунатик, это точно! А я дама лунного света! Леди мечтаний и грёз!
САМОВАР. Ну, понесло! Скажи что-нибудь нормальное!
ДАМА. А что, по-твоему, нормальное?
САМОВАР. Ну, например… (Задумывается.)

                       Слышен шорох и скрип половиц.

ГЛАША. Тихо! Сюда кто-то идёт! Надо прикинуться неживыми!
САМОВАР. Не надо! Это не люди, они так тихо не ходят.
ДАМА. Это, наверное,  Авдотья. Фу, мерзкое создание… (Отворачивается к окну.)

                       Появляется крыса Авдотья с мешком на спине. Она одета в
                       цветастый халат, в карманы которого что-то набито.

АВДОТЬЯ (сбрасывает мешок и тяжело дышит). Привет! Что нового?
ГЛАША. Здравствуй, Авдотья! А что у нас может быть нового? Всё как всегда…
АВДОТЬЯ. А у меня новости есть: люди уезжают с дачи.
САМОВАР. Как всегда. Тоже мне новость. Они всегда уезжают осенью.
АВДОТЬЯ. Но в этот раз я успела натаскать у них кучу еды! В том году у меня запасов было мало и мне пришлось до самого их приезда питаться  старыми книгами и газетами. А это совсем не вкусно! Но в этот раз я вон сколько набрала! (Показывает на мешок.) На всю зиму и весну хватит! И ещё вот тут! (Хлопает по карманам.) Деликатесы! Зима будет вкусной!
ГЛАША. Покажи свои деликатесы! Чего ты там, у людей натаскала?
АВДОТЬЯ. Вам покажу! Вы хорошие, вы не едите! Вам не придёт в голову у меня их отнять! Ох, какие у меня деликатесы! Аж сердце замирает от восторга! Это же просто сокровища!
САМОВАР. Давай, не томи! Показывай! Я специалист по деликатесам.
АВДОТЬЯ (раскрывает мешок). Деликатес номер один! (Вытаскивает из мешка остов обглоданной рыбы.) Ну, как, вы потрясены?
ДАМА. Да уж…(Тихо смеётся.) Что ещё?
АВДОТЬЯ (не понимая иронии). Ещё много! Вот, номер два! (Вытаскивает надкусанный пирожок.) Это я прямо со стола свистнула! Пирог с малиной, от простуды помогает!
САМОВАР. Зашибись!
АВДОТЬЯ. А то! Теперь деликатес номер три! (Вытаскивает связку сушек.) Из буфета спёрла! Целенькие, никто не кусал! Я три года к ним подбиралась!
ГЛАША (трогает сушки). Да они как каменные! Поэтому их и не кусали.
АВДОТЬЯ. А у меня зубы острые, я и не такие штуки разгрызала! Хозяину дачи железные очки разгрызла…
ДАМА (брезгливо). Фу, зачем?!
АВДОТЬЯ. А я и не знаю! Подвернулись, я и разгрызла! Вообще я над такой ерундой не задумываюсь—зачем, почему… У меня от раздумываний спина болит и хвост неровно облезает.
ГЛАША. А что у тебя ещё есть?
АВДОТЬЯ. Вот! Самый главный деликатес— сосиска! Настоящая! Я её отдельно спрячу! И ещё бутылка газировки! Ну, остальное так себе: огрызки, корки, кусочки всякие, что с плиты падали… Еда на каждый день. Но всё очень качественное!
ДАМА (ядовито). Мы рады за вас! Наконец-то вам повезло в жизни…
АВДОТЬЯ. Ой, не говори! Я вообще в восторге! Голова идёт кругом от счастья! Только вы никому про мои сокровища не рассказывайте! Если у меня это сопрут, я не переживу!
ГЛАША. Не бойся, мы не скажем. Да к нам и не приходит никто.
АВДОТЬЯ. Я всем нашим крысам сказала, что на чердаке сова живёт, вот они и боятся сюда приходить. Но если вдруг, какой-нибудь крысеныш случайно сюда заскочит, то вы его гоните, а о моих припасах ни гу-гу!
САМОВАР. Слушай, во что ты нас втягиваешь?! Мы что тебе тут сторожа или кто? Делать нам больше нечего как твои припасы охранять! У нас своих забот по горло!
АВДОТЬЯ (заискивающе). Ну ладно, не сердись! Хочешь я тебя зубным порошком почищу? У меня есть… Мятный. Пять лет всего лежит, нетронутый. Хочешь?
ГЛАША. А мне нравится, что тут Авдотьины припасы будут. Она к нам чаще заходить станет, всё веселей…
САМОВАР (важничает). Ну, ладно, оставляй здесь своё барахло…
АВДОТЬЯ (прячет свои припасы среди старых газет). Это не барахло, это всё хорошие продукты. Я знаю, их в супермаркете купили, хозяин хвастался… Это мой клад! Сокровища мои!
ДАМА. Ах, туча! Сейчас она закроет луну!

             Лунный свет меркнет. Чердак погружается в темноту.
             Дама, Самовар и Глаша замирают. Авдотья смотрит на них
             с удивлением.

АВДОТЬЯ. Эй, вы чего? Чего это с вами? (Все молчат.) Чё вы застыли-то?

                Лунный свет снова освещает чердак. Все оживают.

ДАМА. Слава Богу, тучка маленькая была.
АВДОТЬЯ. Ребята, чего это с вами было-то?
ГЛАША. Жизнь у нас такая. Мы оживаем только при лунном свете. А если тучка луну закроет, то и мы замираем, пока она не пройдёт.
САМОВАР. Это магия такая. Закон природы!
АВДОТЬЯ. Ах, бедные! Да зачем вам такой закон?!  Вы его отмените!
ДАМА. Это не в наших силах.
АВДОТЬЯ. А я вам сейчас помогу!
САМОВАР. Что, тучи разгонишь, что ли?
АВДОТЬЯ. А есть в доме одна штуковина… Я вам сейчас её принесу. Может с ней вы будете жить повеселей! (Уходит.)
ДАМА. Интересно, что она нам принесёт?
САМОВАР. А луну с неба! (Хохочет.)
ГЛАША. Авдотья не такая глупая, как вы думаете! Станет она с луной связываться! Луна высоко, а у Авдотьи крыльев нет. Как это она её принесёт? (Стучит себя пальцем по голове.) Думать надо! А не крышкой греметь!
САМОВАР. Ты хочешь сказать, что я дурак? А ты сама когда-нибудь думаешь?
ГЛАША. Думаю.
САМОВАР. А о чём?
ГЛАША. Я не знаю о чём, но я думаю.
ДАМА. Как вы надоели мне с вашими глупыми разговорами!
САМОВАР. А ты нам, со своими глупыми фантазиями! Всё смотрит, смотрит на луну, изображает из себя что-то!

                       На чердак,  пыхтя и отдуваясь, влезает Авдотья.
                       За собой она тащит большой китайский фонарь.

АВДОТЬЯ. Вот! Смотрите! (Нажимает на фонаре кнопку, фонарь загорается.) Это вам вместо луны! Ну, как?
ДАМА. Какой пошлый цвет! И плохо действует на нервы, раздражает…
САМОВАР. Авдотья, не слушай её! Она у нас с приветом! Фонарь отличный! Похож на меня, а это главное!
ГЛАША. И как светло, как приятно у нас на чердаке сразу стало! Словно солнышко зажглось!
АВДОТЬЯ (очень довольная). Ну что, будете теперь караулить мои продукты?
САМОВАР. Будем, будем! Сейчас я его в свой угол откачу.
ГЛАША. А почему это в твой?! Лучше в мой угол!
ДАМА. А давайте его вообще выключим…
САМОВАР. Я тебе выключу! Он у меня в углу отлично будет смотреться!
ГЛАША. Нет, у меня в углу!
АВДОТЬЯ. Ну, разбирайтесь тут сами, а я пойду, мне надо ещё по полкам пошарить, всю крупу рассыпанную там собрать. Пока! (Уходит.)
САМОВАР (хватает фонарь и тянет его к себе. С другой стороны фонарь тянет к себе Глаша). Отвали! Он мой!
ГЛАША. Нет мой!
ФОНАРЬ. Ой! (Вздрагивает и оживает.) Больно!
ДАМА. Ну вот, ещё один болтун на мою голову!
САМОВАР. Да это здорово! Он тоже живой!
ГЛАША. Обалдеть!
САМОВАР. Скажи ещё что-нибудь!
ФОНАРЬ. Здравствуйте! Я китайский фонарь! Ну, вообще-то я русский, меня в селе Горелово сделали. Это в тридцати километрах отсюда. Но называюсь я китайским, потому что меня придумали в Китае. Там я вишу везде! Без меня Китай просто жить не может. Вы не могли бы мне купить билет в Китай? Хочется съездить к своим, на родину.
САМОВАР. Да он чокнутый! Какой Китай?! Тебе билет дали до чердака. И этого с тебя хватит!
ДАМА. Ах, вы китайский! Китай, это так романтично! Я помню слышала как хозяин читал про китайские джонки, это такие китайские лодочки, на которые вешают такие фонари… Пройдёмте в мой уголок, нам есть о чём побеседовать, помечтать…

                   Самовар и Глаша орут, перебивая друг друга и тянут фонарь
                   каждый к себе.

САМОВАР. Что?! Ишь чего захотела! Это мой фонарь!
ГЛАША. Нет мой!
САМОВАР. Отдай, я первый взял!
ГЛАША. А я первая захотела его взять!
ДАМА (тоже вцепляется в фонарь). Это мой фонарь! Я тут знатнее всех!  Я на стене висела! Я—главная, мне и решать!
САМОВАР. Я главный! Я самый большой и блестящий!
ГЛАША. А мне плевать, что вы такие, а фонарь будет мой!
ФОНАРЬ (завизжал). Осторожно! Вы же меня разорвёте! Я же бумажный! (Самовар от фонаря отрывает кусок бумаги и фонарь гаснет.) Ой! Я же предупреждал!
САМОВАР. Я не виноват! Он вообще какой-то хлипкий. Чуть к нему притронулся и всё…
ДАМА. Я знала, что от тебя, грубиян, ничего хорошего ждать нельзя! (Уходит в картину.)
ГЛАША. Что теперь делать?
САМОВАР. Он мне изодранный и без света—не нужен. Забирай себе, Глаша.
ГЛАША. Вам не нужен, и мне не нужен! Я что, хуже всех?! Мне тоже ничего изодранного не надо! (Задрав нос, гордо уходит в свой угол.)
ФОНАРЬ. Подождите, друзья мои! Меня же можно починить! Я снова буду красивым и дарящим свет!
САМОВАР. Пусть Дама тебя чинит.
ДАМА. Ещё чего?! Я из благородных! А чинить что-то, это работа для людей простых. Вон, Глаша пусть чинит…
ГЛАША. А я тебе не нанималась!
ФОНАРЬ. Ну, раз так… Я постараюсь сам себя починить. (Плюёт на оторванный кусок бумаги и прикладывает его к боку. Ничего не получается.) Всё, меня искалечили! В таком виде даже мечтать о Китае смешно…
САМОВАР (отрывает кусок от газеты и прилепляет к фонарю). Вот! И так сойдёт! Скромность украшает…
ФОНАРЬ. Спасибо… Но что-то я не загораюсь. (Прыгает.) Нет, никак… Лампочка наверно перегорела… Скажите, у вас тут есть лампочки?
ГЛАША. Ничего у нас нет. Только пыль и паутина…
ФОНАРЬ. А давайте здесь наведём порядок? Все вместе выметем весь чердак, уберём паутину, всё аккуратно разложим, найдём для меня лампочку, и сразу здесь станет уютно и хорошо!
ДАМА. Хорошая идея. Действительно, возьмитесь все за работу и наведите порядок. Надоело в пыли жить.
САМОВАР. А ты?
ДАМА. А я вами буду руководить.
ГЛАША. А я не собираюсь тебе подчиняться!
САМОВАР. И я не буду!
ФОНАРЬ. Надо всем вместе! Всем без исключения! Тогда у нас будет не только чисто, но и весело! Мы все будем дружить!
САМОВАР. У нас это не получится.
ГЛАША. Даже не стоит и пытаться…

                В луче лунного света, в окошке, появляется голова горностая.

ГОРНОСТАЙ (влезает в окно). О, какая компания! Как тут тепло и хорошо! Пожалуй, тут можно устроиться на зиму.
САМОВАР. А ты кто?
ДАМА. Как красиво серебрится его шубка в лунном свете! Я узнала вас! Вы, Лунный принц! Вы являлись мне в моих мечтах! (Делает реверанс. Сияет от счастья.) Я так рада вам! Я вас ждала!
Горностай (хитро прикидывая в уме). Я… Да, да! Я, Лунный… Лунный принц! А вы, сударыня, графиня м-м-м… Какая?
САМОВАР. Да никакая она не графиня! Просто старая, рассохшаяся картина! Вон, гляди, платье у неё гвоздём пробито!
ГЛАША. А строит из себя нечто невозможное! Кривляка!
ГОРНОСТАЙ. Ну, платье испорчено, это пустяки! Главное, что в сердце у этой дамы! А я вижу, что там много богатств! Сударыня, я приглашаю вас на танец! (Звучит вальс.)
ДАМА. Извольте, сударь! (Красиво, мягко вальсируют.)
САМОВАР. Это чё такое? Чёй-то у нас делается?
ГЛАША. Ну ващее…
ФОНАРЬ (вдруг зажёгся). А по-моему очень красиво!
САМОВАР. Ты почему зажёгся?
ФОНАРЬ. На меня всё красивое действует вдохновляющее! Я оживаю! Я свечусь от радости! Глаша, давайте присоединимся к ним?
ГЛАША. Это как? Танцевать что ли?
ФОНАРЬ. Да. Давайте попробуем?
ГЛАША. Ну, ладно… Только я танцевать-то не очень…
ФОНАРЬ. Это не важно. Я вас быстро научу. Обнимите меня…(Танцуют.)
САМОВАР. А я это всё не люблю! Всё это глупости! (Садится в угол и сидит, не глядя на танцующих.)
ГОРНОСТАЙ (Даме). Какой от вас исходит приятный аромат!
ДАМА. Это французские духи, подарок Людовика Четырнадцатого!
ГОРНОСТАЙ. Дивный запах! Я чувствую, пахнет пирожками, сухарями и чем-то ещё… Кажется вяленой рыбкой!
ДАМА. От меня—рыбой?!
САМОВАР. От тебя, от тебя! Это ты торчала там возле запасов Авдотьи и пропиталась их запахами! Людовик Четырнадцатый! (Хохочет.) Объедков он ей из Франции прислал! Целый мешок! От тебя пахнет как из помойного ведра! (Закатывается от хохота.)
ДАМА (в смятении). Что?! Как вы смеете! Я… Да вы что… Не слушайте его!
ГЛАША. Самовар, ты зачем выдаёшь Авдотьин секрет? Мы же обещали ей, что никому не расскажем, что она прячет здесь свои сокровища!
ФОНАРЬ. Слово надо держать!
ГОРНОСТАЙ. Ну, какие могут быть от меня секреты? Я же посланник Луны! Я же принц! Я в лесу занимаю первое место по благородству! А какие сокровища спрятала тут  Авдотья? Кстати, кто такая Авдотья?
ДАМА. Авдотья, это просто старая крыса. То, что она тут прячет просто не достойно вашего внимания, принц!
ГОРНОСТАЙ. Может быть, может быть… Но мне, как путешественнику очень интересно осмотреть достопримечательности и сокровища вашего мира. Покажите мне, что тут у вас спрятано, очень вас прошу. Мне это очень интересно!
ДАМА. О, пожалуйста!
ГЛАША. Нет! Не смей показывать Авдотьины припасы!
ДАМА. У тебя забыла спросить! Пойдёмте, принц.
САМОВАР (преграждает им путь). А я вас не подпущу!
ДАМА (визжит). А ну, отойди, жестянка паршивая!
САМОВАР. Я железный! А ты,  рухлядь! И  со мной тебе не справится! Как я сказал, так и будет! Не пропущу! Я тут главный!
ГОРНОСТАЙ (отходит от Дамы и пытается подольститься к Самовару). А вы знаете, я так и подумал, что вы тут самый главный! Вы самый большой и такой… Такой… Величественный!
САМОВАР. Вы смотрите, у него есть мозги!
ГОРНОСТАЙ. Уважаемый Самовар, пожалуйста, покажите мне ваши сокровища! Я только посмотрю и всё. Я обещал Луне рассказать как вы тут живёте.
ГЛАША. Если вы в хороших отношениях с Луной, то не могли бы вы попросить её отгонять от себя тучки?  А то, как только они её заслоняют, мы замираем и это очень неприятно.
ГОРНОСТАЙ. Скажу, скажу! Луна мои просьбы всегда исполняет. Да что просьбы, я могу ей приказать, и она сделает. Я же принц! А она всего-навсего Луна!
ГЛАША. Ой, надо же! А может, вы сможете приказать Луне не становиться тонким месяцем? И вообще не пропадать, а всегда светить нам ярко, как лампочка в доме!
ГОРНОСТАЙ. Конечно,  я могу! Но и вы должны исполнить мою просьбу.
ГЛАША. Слушай, Самовар, надо соглашаться.
ФОНАРЬ. Нет, это не хорошо! Слово надо держать! А потом, чтобы Луна превратилась в лампочку—так не бывает!
ГОРНОСТАЙ. А я докажу, что бывает!
САМОВАР. Надо проверить, вдруг он не врёт?
ГЛАША. Ну, что, показываем?
САМОВАР. Давай!
ГЛАША. Вон в тех газетах хранятся Авдотьины припасы…

             На Луну набегает тучка и все, кроме Горностая, замирают.

ГОРНОСТАЙ. Что это с ними такое? Сумасшедший дом какой-то! А, понял! На Луну тучка набежала! Это очень хорошо! Это кстати! (Роется в газетах и находит припасы Авдотьи. Перебирает их.) Ну, что же, не ахти, конечно, но съедобно! Зиму сытно перезимую. Когда меня из лесу звери выперли, я думал, что с голоду умру. А получилось всё наоборот: они в лесу голодные будут сидеть и замерзать, а я буду сыт и в тепле! Всё что ни делается, всё к лучшему. (Смеётся и грызёт сушку.) Вкусно! Всё, решено, остаюсь здесь!

              Свет Луны становится ярче и все персонажи потихоньку оживают.
               Горностай, увидев это, быстро прячет припасы в газетах и
               возвращается на прежнее место.

ДАМА. Ох, опять… Простите, принц, мы не виноваты…
ГЛАША. Это Луна, вернее тучка…
САМОВАР. Ну, что, прикажи Луне так больше не делать!
ГОРНОСТАЙ. Я тут подумал, и решил, что ваши сокровища, это не очень-то и интересно… Вы хотите очень много, а взамен предлагаете очень мало.
ГЛАША. А нам больше нечего предложить.
САМОВАР. Ты же сам хотел сделать такой обмен!
ГОРНОСТАЙ. Видите ли, я только что разговаривал с Луной,  и она мне сказала, что сделает так, как я ей прикажу, но это вы должны заслужить!
ДАМА. А как нам заслужить?
ГОРНОСТАЙ. Я поживу у вас зиму и посмотрю, как вы будете относиться ко мне. Что хорошего вы для меня сделаете. А потом, в благодарность за ваши труды, я прикажу Луне выполнить и вашу просьбу.
САМОВАР (надулся). Ещё один желающий нами покомандовать! Мало нам было Дамы!
ДАМА. Всё правильно! Он принц, я—принцесса, а вы все, наши слуги!
САМОВАР. Нет! Сделка отменяется!
ГЛАША. Да, обойдёмся! А ты принц, проваливай отсюда! Мы раньше без лунного света обходились как-то и дальше обойдёмся!
ФОНАРЬ. Вообще-то выгонять гостей нехорошо.
ГОРНОСТАЙ. Вот именно! Я  всего лишь гость! И вы для меня не слуги. Какое я имею право командовать вами?! Ты, самовар, вылитый премьер-министр! А у тебя, Глаша, самые красивые глаза на свете!
ДАМА. Ах! Принц, как вы не видите, она же простая замарашка!
ГОРНОСТАЙ. Золушку тоже называли замарашкой. А что потом произошло? Помните?!
ГЛАША. Да! И правда! Ну, если так, то мне это нравится, пусть остаётся!
САМОВАР. Я тоже согласен премьер-министром быть!
ФОНАРЬ. Подождите, это не честно! Всех повысили в должности, а меня, нет! Я так не согласен!
ГОРНОСТАЙ. Конечно, конечно, дорогой мой! Честность прежде всего! На честности земля держится! Так кем же вы хотите быть?
ФОНАРЬ. Я… Я не знаю…
ДАМА. Он очень застенчив, до глупости! Назначьте его сами!
ГОРНОСТАЙ (подумав). Я понял! Я всё понял! Ты будешь нашим маленьким Солнышком!
ФОНАРЬ (растроган). Ой, как я рад! Я даже не ожидал… Какой вы добрый, хороший! Оставайтесь!
ДАМА. А мне ничего не нужно! Моё положение и так слишком высоко!
ГОРНОСТАЙ. Ну, и прекрасно! Всё уладили! А теперь, господа, прошу к столу!
                         Все ужасно удивлены.

САМОВАР. К какому столу? Где тут стол?
ГЛАША. Я чё-то не пойму… У вас, что угощение есть?
ГОРНОСТАЙ. Господа, у вас лунный удар! Вы не понимаете! Я прилетел к вам в гости, кто кого должен угощать?
ДАМА. Разумеется, мы вас! Они же этого не понимают.
ФОНАРЬ. Я думаю, так будет правильно…
САМОВАР. Ну, и чем мы его будем угощать?
ГЛАША. Да, у нас нечем…
ГОРНОСТАЙ. Да, это пустяки! Возьмите немного у Авдотьи. Вы же охраняете её припасы? Охраняете!  И за это она должна вам что-то дать. В знак благодарности! Так везде принято!
ДАМА. Конечно! Возьмём немного у Авдотьи, она и не заметит ничего. (Вытаскивает из газет сушки, куски пряников и сосиску.) Вот! Это и будет нашим угощением.
ГОРНОСТАЙ (скрывая восторг, указывает  на сосиску). А вот это… Сосиска?!
ДАМА. Да!
ГОРНОСТАЙ. Настоящая?!
ГЛАША. У Авдотьи всё настоящее. Но мы это не едим. Мы вообще ничего не едим, нам хватает лунного света.
ГОРНОСТАЙ. Какие вы хорошие друзья! (Не выдержав, жадно сжирает сосиску.) Ой, как это вышло?! Фокус какой-то! Само съелось… Господа, присядем! Я расскажу вам одну страшную тайну! ( Все садятся. Горностай жадно ест, всё подряд.) Я… М-м-м… (Жуёт.) Секунду! (Жуёт.) Умоляю, ещё секунду! Как вкусно! Как на Луне!  Я так давно не ел… Дорога с Луны сюда не ближний свет… Проголодался…
ГЛАША. Это и есть страшная тайна?
ГОРНОСТАЙ. Нет! До тайны я ещё не дошёл. А нельзя ли чего попить?
ДАМА. Тут где-то у Авдотьи бутылка газировки припрятана… Будете?
ГОРНОСТАЙ. Да, давайте! (Дама находит газировку и отдаёт Горностаю. Тот с жадностью пьёт.) Странная вода… Но  знаете, в путешествиях привыкаешь к лишениям… И так, слушайте тайну! Луна поведала мне, что ваша крыса Авдотья—страшная колдунья!

                    Все испуганно вскрикивают и замирают в ужасе.

ГОРНОСТАЙ. Это она насылает на Луну тучи, чтобы вы замирали и ей удобно было бы здесь распоряжаться! Но главное вот в чём: Авдотья знает, что ей не хватит на всю зиму её припасов и тогда она съест вас! (Все вскрикивают.)
САМОВАР. Погоди, а меня-то как она съест? Я ей не по зубам!
ГОРНОСТАЙ. А тебя она уже договорилась обменять на мешок картошки!
САМОВАР. Ого! А с виду такая добрая…
ДАМА. Крыса, она крыса и есть! Чего от неё ждать?  Скажите принц, что нам делать? Как спастись от этой коварной Авдотьи?
ГОРНОСТАЙ. Вам нужно во всём слушаться меня! Я предлагаю: дверь на чердак запереть! Авдотью не впускать! Все её припасы отдать мне. А я договорюсь с Луной,  и мы будем жить весело и хорошо!
ВСЕ (хором). Мы согласны!
ГОРНОСТАЙ. Где ключ от двери?
ДАМА. В двери торчит.
ГОРНОСТАЙ (подходит к двери и закрывает её, ключ кладёт в карман). Вот так! Всё, господа, мы начинаем новую жизнь! (Ложится на ворох газет.) Глаша, мне не хватает подушки. Ты сделана из ваты, давай я положу на тебя голову. Самовар, а ты почеши мне спинку! Вы, сударыня, причешите мне хвостик, а ты фонарик будешь ночничком! (Все безоговорочно выполняют его приказы. Горностай урчит от удовольствия.) Вот так… Так… Я всегда говорил, что честность в нашей жизни главное! (Засыпает.)
САМОВАР (шепотом). Как хорошо, что он к нам пришёл…
ФОНАРЬ. Он спас нас!
ДАМА (тихо, восторженно). Погодите, то ли ещё будет!
ГЛАША. Да-а-а…

                  Сцена постепенно погружается в темноту. Все застывают.
                  Объевшийся горностай  громко, со свистом храпит.


                             ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ.

         Тот же чердак через несколько дней. Ночь. Все спят.
         Но теперь картина с Дамой стоит в другом месте.
         Кукла Глаша очень похудела. Самовар
          стоит без крышки. Только Фонарь такой же,  как и был.
          Чердак озаряется лунным светом. Все, кроме Горностая, оживают.
     
ДАМА. Все проснулись?
ГЛАША. Наш Лунный принц ещё спит.
САМОВАР. Тогда будем говорить шепотом, а то в прошлый раз его разбудили,  и он очень сердился!
ФОНАРЬ. Послушайте, вам не кажется, что с его появлением наша жизнь стала хуже? Сколько он здесь живёт?
ДАМА. Три дня.
ФОНАРЬ. Ну и смотрите. Он тут всё перевернул, сделал по-своему.
ДАМА. Это правда. Меня он переставил к стене, там, понимаете ли из щели дует и он мной эту щель загородил. А моё полотно от этого страдает. И потом, я слишком высокого положения, чтобы мной щели в стене затыкать!
ГЛАША. А из меня вообще почти всю вату вытащил. Сделал себе мягкую постель, а я теперь еле на ногах держусь. Я вся болтаюсь. Мне ходить трудно.
САМОВАР. А у меня забрал мою крышку, чтобы не звенела и не мешала ему спать. А ведь это мой фирменный головной убор! Самовар без крышки не самовар! Так просто, ведро! И привычку взял об меня когти точить! Я весь уже исцарапан!
ФОНАРЬ. Меня пока не трогает. Ещё не придумал, что со мной можно сделать… Но он придумает. А почему мы это всё должны терпеть?
САМОВАР. И правда—почему?! Мы раньше друг другу в самой малости не хотели уступать, а сейчас этот  делает тут с нами всё, что ему в голову взбредёт!
ДАМА. Правда! Но, он принц, а мы… Мы просто старые, никому не нужные вещи… Мы должны гордиться, что принц обратил на нас внимание.
ФОНАРЬ. А вдруг, он не принц?
САМОВАР. Как не принц? А кто тогда?
ФОНАРЬ. Ну, я не знаю… Я никогда не видел принцев… Я не знаю кто он.
ДАМА. Ну, раз не знаешь, то и помалкивай. Я слышала много про принцев. Вот, например, французский принц Конде! Я хорошо его помню, он весь в кружевах…
ГЛАША. И что этот принц  тоже из кукол вату выдёргивал и самовары царапал?
ДАМА. Нет!  Он сражался  и на балах танцевал…
САМОВАР. А как он выглядел,  ты знаешь?
ДАМА. Знаю, как человек!
САМОВАР. А этот? Разве он похож на человека? У него когти и зубы как у тигра!
ДАМА. Но он же вам ясно сказал, что он Лунный принц! Может на Луне такие принцы!

                 Слышен серебристый смех. В окно чердака заглядывает Луна.
                 
ДАМА. Ой, кто это?
ЛУНА. Это я, Луна!
САМОВАР. Надо же, а раньше Луна с нами никогда не говорила!
ГЛАША. А почему ты смеёшься, Луна?
ЛУНА. Потому что  вы меня рассмешили. Всё дело в том, что на Луне нет никаких принцев! Тем более таких,  с когтями и клыками!
ДАМА. Тогда, кто он?
ЛУНА. Под вашим ватным одеяльцем спит мелкий лесной хищник, Горностай!
ДАМА. Но он же сам нам сказал, что он принц!
ЛУНА. Нет, это вы так предположили, а он просто воспользовался вашей ошибкой. Я этого Горностая давно знаю. Его из леса выгнали за воровство и враньё! И вы его гоните! Ничего хорошего от него не будет.
ГЛАША. Луна, скажи, а ты можешь никогда не пропадать и не уменьшаться?
ЛУНА. Нет, не могу. Так нужно, чтобы я была то полной Луной, а то тонким месяцем и никто этого изменить не в силах.
ФОНАРЬ. А нам принц, то есть Горностай, обещал с тобой договориться…
ЛУНА. Я же вам говорила, что он врун.  Ну, мне пора! (Уходит.)
САМОВАР.  Эх, забыл я про Авдотью спросить, колдунья она или нет!
ГЛАША. Наверное, нет… Луна же сказала, что Горностай врун!
ДАМА. А вдруг, насчёт Авдотьи он не наврал?
ФОНАРЬ. Ужасное положение! С одной стороны к нам лезет то ли крыса, то ли колдунья! А принц, он вовсе и не принц, а хищник с клыками и когтями! Нам нужно подумать,  как мы будем спасаться!
САМОВАР. А я ничего придумать не могу.
ДАМА. Куда тебе, железная башка!
САМОВАР. Хорошо, пусть я железная башка, а ты что предлагаешь? Ну, скажи, ты-то что придумала?
ДАМА. Я… Я… Я потом придумаю…
ГЛАША. Ничего ты не придумаешь! Ты только кривляться умеешь!
ДАМА. А ты… А ты!
ФОНАРЬ. Тихо! Горностая разбудите. (Шёпотом.) Вот, что я вам скажу, пока мы не перестанем ругаться, мы ничего сделать не сможем! Мы все по отдельности и в этом наша слабость. Мы должны дружить и заступаться друг за друга, в этом наша сила. Тогда нам никакой Горностай не страшен!
САМОВАР. А он прав! Чего мы,  правда, друг к другу цепляемся? Мы же не враги!
ГЛАША. А давайте разбудим Горностая и попросим его уйти.
ГОРНОСТАЙ. А я и не сплю. Я всё слышал. Да, я не Лунный принц. Я Горностай. Но я никуда уходить не собираюсь. Мне тут нравится. И поскольку я сильнее вас всех, то я сам назначаю себя вашим принцем и приказываю мне служить!
ДАМА. Ещё чего! Я и не подумаю!
ГОРНОСТАЙ. А хочешь я разорву тебя на кусочки? А кусочки развею по ветру?
ДАМА. Ты не посмеешь!
ГОРНОСТАЙ. Ещё как посмею! (Отрывает от картины кусок.)
ДАМА (вскрикивает). Ах, моё платье! Негодяй!
ГОРНОСТАЙ. А ну, быстро в раму и молчать!
ДАМА (поспешно вскакивает в раму). Слушаюсь! Слушаюсь!
ГОРНОСТАЙ. Вот так! А ты, Глаша, что стоишь,  рот разиня? Хочешь, чтобы я из тебя остатки ваты выдернул?
ГЛАША. Нет, нет! Не хочу! Я вас буду слушаться! (Забивается в угол.)
ГОРНОСТАЙ (самовару). Ну, а ты жестянка, хочешь целым остаться? Будешь слушаться?
САМОВАР. Нет, не буду! Что ты мне можешь сделать? Исцарапать? Так я и так уже весь исцарапанный и старый. Царапиной больше, или меньше, уже не имеет значения.
ГОРНОСТАЙ. Здесь на чердаке валяется молоток, хочешь я твою крышку прибью тебе к спине?
САМОВАР (испуганно, кротко). Нет, пожалуйста не делайте этого. Это такой позор, я этого не переживу… Я буду слушаться…
ГОРНОСТАЙ. Хорошо. Ну, а ты, Фонарь, что-нибудь хочешь возразить мне?
ФОНАРЬ. Нет. Не хочу. Вы плохой, опасный, я вас боюсь… Я слишком хрупкий, мне не устоять против вас…
ГОРНОСТАЙ. Значит, договорились!

                  В дверь стучит Авдотья. Все испуганно замерли на месте.

АВДОТЬЯ. Эй, открывайте! Чего вы заперлись?
ГОРНОСТАЙ. Всем молчать!
АВДОТЬЯ (тарабанит в дверь). Эй! Откройте! Что с вами случилось?! Вы же никогда не запирали дверь! Откройте, вам говорят!
ГОРНОСТАЙ (сквозь зубы). Тихо, молчите!
АВДОТЬЯ (помолчав, вновь начинает лупить в дверь ещё сильнее). Откройте! А то дверь вышибу!
ГОРНОСТАЙ. Нет, отсидеться не получится… (Подходит к двери. Говорит громко, нагло.) Мадам Авдотья! Вы здесь больше не живёте! Теперь здесь распоряжаюсь я, Лунный принц! Катитесь отсюда подальше и больше не появляйтесь!
АВДОТЬЯ. Кто, кто?! Какой принц?
ГОРНОСТАЙ. Лунный!
АВДОТЬЯ. Слушай ты, принц! Ты там живёшь,  и живи, я тебе мешать не буду. Ты только продукты мои отдай и я уйду!
ГОРНОСТАЙ. Твоих продуктов больше нет! Я их съел! Спасибо, всё было очень вкусно! А теперь пошла вон!
АВДОТЬЯ (потрясена). Мои продукты… Сокровища мои!  (Орёт.) Ах ты, бандит! Грабитель! А ну дверь открой, я посмотрю, что ты за принц!
ГОРНОСТАЙ. Нашла дурака! Бейся об эту дверь головой, но я её всё равно не открою!
АВДОТЬЯ (бьёт всем телом в дверь). Открой! По-хорошему открой! А не то я тебе покажу!
ГОРНОСТАЙ. Бейся, бейся, дверь прочная, не выломаешь!
АВДОТЬЯ (кричит). Друзья мои, Самовар, Глаша, Дама, Фонарь! Откройте мне дверь! Я вас очень прошу! Помогите мне!
САМОВАР. Мы не можем! Мы принца боимся!
ГЛАША. Он из меня вату выдернул!
ДАМА. Он нас всех запугал!
ФОНАРЬ. У него страшные клыки и когти!
АВДОТЬЯ. Клыки и когти? Это кто же такой к вам залез? Что за страшилище?
ГОРНОСТАЙ. Да, я страшен! Я всех разорву! И тебя, Авдотья! Катись отсюда!
АВДОТЬЯ (подумав). Ну, ладно, я уйду… (Уходит.)
ГОРНОСТАЙ. Струсила! (Смеётся.) Ну, теперь можно и закусить. Глаша, а ну-ка принеси мне рыбку и сухариков. Да поживее!
ГЛАША. Сейчас принесу!
ГОРНОСТАЙ. А ты, Самовар, сделай мне стол из связки журналов.
САМОВАР. Сейчас…
ГОРНОСТАЙ. Фонарь, свети ярче, а ты, Дама, будешь для меня танцевать арабские танцы.
ДАМА. Но я не умею танцевать арабские танцы!
ГОРНОСТАЙ. Оторвать от тебя ещё кусок?
ДАМА. Нет, не надо! Я вспомнила один танец! Может быть он арабский…
ГОРНОСТАЙ. Начинай!

                 Звучит музыка. Фонарь мигает. Дама танцует.
                  Горностай смеясь, хрустит сухариком. По бокам
                     от него стоят Глаша и Самовар. Ждут указаний.

ГОРНОСТАЙ (жуя). Дама из картины! Вы пляшете совсем не то. Это не похоже на арабский танец. Это вообще ни на что не похоже. Ну, ладно, я закусил… Душно тут… Пойду-ка я в лес, прогуляюсь. А вы тут  ведите себя тихо, а не то, знаете, что с вами будет! (Щёлкает зубами и выпрыгивает в окно.)
САМОВАР. Давайте откроем дверь и позовём Авдотью.
ДАМА. С ума сошёл? Она же колдунья!
ГЛАША. Страшно с ней связываться!
ФОНАРЬ. Ребята, вы что? Вы же Авдотью давно знаете, что плохого она вам сделала?
ДАМА. Ничего! Но тогда мы ещё не знали, что она колдунья!
ФОНАРЬ. Она не колдунья! Хватит верить вранью Горностая!
ГЛАША. Не знаю, не знаю… Давайте лучше без неё обойдёмся.
САМОВАР. Вообще-то помощь нам не помешает…
ФОНАРЬ. Но как мы откроем дверь? Я видел,  как Горностай вынул из двери ключ и бросил его в Самовар.
САМОВАР. Что? (Прыгает и все слышат,  как в нём гремит ключ.) И правда! И как теперь его из меня достать?
ДАМА. Давайте перевернём Самовар вверх ногами и ключ из него вывалится.
САМОВАР. Давайте!

            Все вместе переворачивают Самовар вверх ногами. Из него
            вываливается ключ, зеркальце и маленький водяной пистолетик.
            Самовар ставят на ноги.

САМОВАР. Чего это из меня вывалилось?
ДАМА. Вот это зеркальце, я знаю. (Смотрится в него.)
ФОНАРЬ. Это ключ.
ГЛАША (поднимает пистолетик). А это что?
САМОВАР (хватается за голову). А! Я вспомнил! О, гадкий Петька! Это его водяной пистолетик! Он его прятал от бабушки во мне! Он всех на даче достал! Все ходили мокрые! И обещали ему надрать уши! Вот он испугался и бросил пистолетик в меня! И потом забыл! Воду кипятили вместе с пистолетом и жаловались, что чай имеет пластмассовый вкус! За это меня и  забросили на чердак! Думали,  я виноват! А я не виноват! Я первоклассный Самовар! Я это ещё докажу!
ДАМА. А зеркало в тебе откуда?
САМОВАР. Это я не знаю… Случайно попало, когда я уже здесь оказался.
ДАМА. Ты, кажется,  сказал, что от меня пахнет как из помойного ведра!  А на самом деле,  помойным ведром был ты! В тебя бросали всё, что не нужно!
САМОВАР (кричит). Я проткну тебя!
ФОНАРЬ. Погодите! Что вы делаете! Нам нельзя ссориться! Иначе мы погибнем!
САМОВАР. Ладно… Забудем!
ДАМА (смеясь). Забудем. Так ты покажи, что с этим пистолетом можно сделать?  Как он может нам помочь?
САМОВАР. В пистолетик наливается вода и этой водой можно стрелять!
ГЛАША. Но у нас нет воды!
ФОНАРЬ. Нам могла бы помочь Авдотья! У неё всегда вода есть!
ГЛАША. Я, всё-таки сомневаюсь, что нам её нужно звать…
ФОНАРЬ. А я не сомневаюсь, что нужно!

               Все оборачиваются на шорох газет и видят, как из-под них
               вылезает Авдотья. Авдотья быстро вскакивает на ноги, злобно
               озирается и  оскаливает зубы.

АВДОТЬЯ. Ну, где этот паршивый принц?! Где этот вор?! Я разорву его на части!
ДАМА. Он ушёл! А как ты сюда попала?
АВДОТЬЯ. Очень просто, прогрызла дырку и попала! Объясните мне, что это за принц? Откуда он взялся?
ФОНАРЬ. Дорогая Авдотья, успокойтесь! Это никакой не принц, это лесной Горностай. Он нас обманул, представился принцем, мы и поверили…
САМОВАР (перебивает). Думали, что он нам поможет, а он нам всем навредил! Видишь, как он меня исцарапал!
ГЛАША. А из меня вату вытащил!
АВДОТЬЯ. Я  уже слышала эту печальную историю! Знаю, что он вас запугал! Я пришла с ним разобраться! Где он?
ДАМА. С ним не так-то легко разобраться, он опасный. У него клыки как гвозди. Ты с ним тоже можешь не справиться, ты уже не молода…
АВДОТЬЯ. Ну, это мы ещё посмотрим… Конечно, не хотелось бы с ним сражаться… Свою шкурку жалко. Но можно и хитростью победить. Надо только придумать как!
ФОНАРЬ. Смотри, Авдотья, что мы нашли! Вот водяной пистолетик! Но в нём нет воды. А если бы была, то мы могли бы выстрелить в Горностая. Может он испугается и убежит.
АВДОТЬЯ. Воды он не испугается. А вот если в пистолетик уксуса налить или скипидара, то это произведёт эффект! Он бросится бежать во все лопатки! Представляете, вдруг тебе в нос влетает едкая струя уксуса! Этого никто не сможет выдержать! Давайте пистолетик, я схожу на кухню и налью в него уксуса и ещё перца подмешаю!
САМОВАР. Здорово! А что можно сделать ещё?
АВДОТЬЯ. Я уже кое-что придумала! Вот! (Вытаскивает из кармана жевательные резинки и пачку табака.) Это жвачка. Горностай есть захочет, а вы ему эту жвачку дайте, скажете, конфетка! Он её разжуёт и у него зубы склеятся. Я один раз пожевала, потом пол дня эту жвачку отскребала от зубов.
ГЛАША. А табак зачем?
АВДОТЬЯ. Табак, если его в нос дунуть, такое чихание производит, что ничего другого делать нельзя. Стой и чихай, пока не пройдёт. А это может быть целый день.
ДАМА. Это дай мне! Я ему в нос дуну, за то, что у меня кусок платья оторвал!
АВДОТЬЯ. Вы пока этим вооружитесь, а я, когда пистолет заправлю,  к вам вернусь. Мы этого паршивца выгоним в два счёта! (Хочет уйти.)
САМОВАР. Хорошо. Но ты побыстрее возвращайся!
АВДОТЬЯ. Я мигом!
ГЛАША. Погоди, Авдотья! А может ты Горностая заколдуешь?
АВДОТЬЯ. Чего я сделаю?
ГЛАША. Ну, заколдуешь… Ты же колдунья.
АВДОТЬЯ. Кто это вам такую ерунду сказал?
ДАМА. Горностай.
ГЛАША. Он ещё сказал, что ты хочешь нас съесть!
САМОВАР. А меня обменять на картошку.
АВДОТЬЯ. Эх вы, дурачки легковерные! В прошлую зиму я голодала, чуть выжила, а вас-то не съела. И не обменяла ни на что. Газетами пыльными травилась, а вас не тронула. Ну, ладно, что с вами говорить, дело надо делать! (Уходит.)
ФОНАРЬ. Я же говорил, что это обман!
ГЛАША. И хорошо, что это оказалось неправда, а то мне страшно было засыпать. Усну, и снится Авдотья, как она меня жуёт. Зубы только щёлкают, вот так: щёлк, щёлк! (Показывает руками.)

              Появляется Горностай. С подозрением осматривает
              своих «придворных». Они сбились в кучку и странно
              смотрят на него. Горностай нюхает воздух.

ГОРНОСТАЙ. Тут крысой пахнет… Большой, старой крысой… (Проверяет дверь.) Дверь закрыта. Как она сюда попала?
ГЛАША. Но ты же сам говорил, что она колдунья! Она из воздуха появилась!
ГОРНОСТАЙ. Ненавижу лгунов! Сам лгун, но лгунов ненавижу! (Хватает за горло Глашу и трясёт её.) Говори, как она сюда попала, а то разорву на части!
ДАМА. Разорви и съешь! А это тебе как приправа! ( Швыряет ему горсть табака в морду.)

                     Горностай взвизгивает, выпускает Глашу и хватается
                     за морду, трёт глаза, чихает, кашляет и скулит.

ГОРНОСТАЙ. Что это?! Что ты сделала со мной! (Чихает и вертится волчком.) Как от этого избавиться?!
ДАМА. Никак! Это колдовство! Это тебе за то, что ты у меня кусок платья оторвал.
ГОРНОСТАЙ. Если бы я знал, что  ты  со мной  сделаешь, я бы тебе голову оторвал!
ДАМА. Поздно! И имей ввиду, что это будет с тобой всякий раз, как только ты к нам приблизишься!
ГОРНОСТАЙ. Ладно, ладно, я вас не трону. Давайте попробуем как-то вместе жить и не ссориться. Мне уходить некуда. А вам со мной ссориться нельзя. Уйдёт Луна, вы замрёте,  и тогда я сделаю с вами всё, что захочу!
САМОВАР. Да уж, это точно, не пожалеешь…
ГЛАША. Тебе верить нельзя! Мы хотим, чтобы ты ушёл и больше никогда к нам не возвращался!
ГОРНОСТАЙ (приходит в себя). Так, мне лучше, я вас вижу… Ну что же,  сейчас к вам подходить опасно. Я  дождусь,  когда лунный свет отсюда уйдёт и тогда решу все свои проблемы…
ФОНАРЬ. Пожалуйста, дорогой Горностай, не мучай нас! Не хочешь ли ты конфетку? (Протягивает ему жвачку.)
ГОРНОСТАЙ (торжествующе). А! Струсили! Подлизываетесь! Правильно! Давай сюда твою конфетку! (Засовывает в рот жвачку и начинает её жевать. Челюсти его мгновенно слипаются. Горностай мычит и пытается лапами вытащить жвачку изо рта. Потом начинает кататься по полу. Ревёт.)
ДАМА. Опять колдовство! Теперь так и будешь жить со слипшейся пастью!
ГЛАША. А питаться будешь лунным светом, как мы!

           Горностай отрицательно мотает головой и пытается жестами
           объяснить, что он не может питаться лунным светом.

ФОНАРЬ. Кажется, ему это не подходит…
САМОВАР. Напрасно ты с нами связался, Горностай! Ещё до того, как лунный свет уйдёт, мы тебя отсюда выселим.
ГОРНОСТАЙ (разлепляет пасть, но говорит неразборчиво.) Я м-не… не ум-м-м.. уйду! Я вас… М-м-м…
САМОВАР. И это не действует! Не хочет по-хорошему уходить! Что же делать?!

            Из-под вороха газет появляется Авдотья, наряженная «колдуньей».
            Из старых тряпок, носок, ленточек, бусинок и прочей рухляди,
            Авдотья сделала себе смешной  костюм, должный по её мнению
            напугать Горностая. В лапе у Авдотьи пистолетик.

АВДОТЬЯ. Я колдунья! Я всех заколдую! Превращу в лягушек и комаров!
ГОРНОСТАЙ. Не ври, ты простая крыса! Причём старая и больная!
АВДОТЬЯ. Я вру?! А вот это ты  нюхал?! (Выстреливает из пистолетика  Горностаю в нос вонючей, ядовитой жидкостью.)

                  Горностай, взвыв,  вертится на месте и  ласточкой
                  вылетает в окно. Слышно как он кричит, ругается.
                  Постепенно крики стихают. Ясно, что Горностай убежал в лес.
                  Все хлопают в ладоши и радостно смеются.

АВДОТЬЯ. Я вру… Я никогда не вру! ( Дунув в ствол пистолета, прячет его в карман.)
САМОВАР. Авдотья, какая же ты  умная!
ГЛАША. Какая ты смелая!
ДАМА. Ты нам очень помогла!
ФОНАРЬ. Не помогла, а спасла нас!
АВДОТЬЯ. Ну, ладно вам! Я про себя всё знаю! Я крутая! Теперь скажите мне, из моих запасов что-нибудь сохранилось? Или этот прохвост всё слопал?
ГЛАША. Он не успел всё съесть! Много ещё осталось!
АВДОТЬЯ. Ох, как хорошо на сердце сразу стало! А то я уж приготовилась всю зиму грызть паркет… Надеюсь, Горностай больше не вернётся.
САМОВАР. Отдай мне пистолет, я встану у окна и буду наш дом охранять!
АВДОТЬЯ (отдаёт пистолет). Забирай!
ДАМА. Мы все по очереди будем охранять!
ГЛАША. Хорошо бы мне вату мою вернуть, а то я совсем слабая стала…
ФОНАРЬ. Давайте друг друга починим!
САМОВАР. Хорошая идея! Давайте!

                  Звучит весёлая музыка и пританцовывая, вещи быстро
                  приводят друг друга в порядок: Глашу набивают ватой,
                  Даме приклеивают кусок оторванного платья, Самовар
                  надевает свою крышку и его чистят. Фонарю прилепляют
                  вместо газеты кусок  красной  бумаги.

САМОВАР. Ты смотри, мы теперь как новенькие!
ДАМА. Я опять прекрасна!
ГЛАША. Да! И я теперь нормальная!
ФОНАРЬ. Видите, я тоже теперь красивый!
АВДОТЬЯ. Если вы больше никогда не будете ссориться, вы всегда будете красивыми, весёлыми и у вас всегда будет хорошее настроение! (Обращается к детям в зале.) И к вам, дети, это тоже относится!!!

                                  КОНЕЦ.
                                                    Титова Лариса Дмитриевна
                                                    Староторжский Александр Владимирович
                                                  Москва т. 371-84- 59  моб. 8 915 297 99 80.

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования