Общение

Сейчас 454 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

АКТУАЛЬНО!

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

пьеса по мотивам русских народных сказок
в двух действиях, одиннадцати картинах

 
Действующие лица:
МОРОЗКО - роста немного выше среднего, розовощек, борода белая, не очень длинная, лицо совсем молодое. Одет в белый блестящий балахон, из-под которого видна нежно-розовая косоворотка. Ходит бесшумно, величественно. На ногах носит белые мягкие сапоги.
    На лице постоянно чередуются то улыбчивое, то хмурое выражение. Он по виду - человек, но не надо забывать, что все же он - существо сказочное.
ЛЮБУША - падчерица. Миловидная девушка, тоненькая, невысокая. Черты лица правильные, «северные» - без скуластости. Глаза голубые. Русая коса чуть-чуть не достигает талии. Носит простой крестьянский сарафан, на голове - выцветший платочек, на ногах - лапоточки. Она застенчива, скована, но не производит впечатление забитой, благодаря своей внутренней душевной силе.
ПАВА - родная дочь. Алчная, хитрая, мелкая, толстая почти до уродства. Безвкусно разряжена.
БУСЛАЙ - жених Любуши. Славный парень. Волосы темные, стрижены «под горшок». Искренний, порывистый. Все время стремится по-мужски взять все трудности на себя.
ПТИЦА ЧУР - сказочная птица.
ПЕРЕПЛУТ - лесной человек. Одет в темно-коричневое, напоминающее древесный ствол трико. На голове - небольшой венок из листьев. Существо веселое, насмешливое, плутоватое и доброе.
СИЛА - медведь. С виду - страшный и суровый. Но душа у него отзывчивая. Очень падок на ласку.

Действие первое.
Картина первая.
Деревенская улица. Дом на вид среднего достатка. Невысокое тесовое крылечко. Резные наличники. Рядом с домом - лавочка без спинки и вкопанный в землю стол. Возле крыльца - березка, ее тонкие свисающие кружевным плетением ветки покрыты мелкой весенней листвой. На улице недалеко от дома колодец - «журавль» с крепким деревянным срубом. У нижнего венца пробивается из-под земли молоденькая весенняя травка. От березы к дому протянута пеньковая веревка. На весеннем ветру сохнет выстиранное белье.
Из колодца показывается голова МОРОЗКИ. Потом плечи. МОРОЗКО оглядывается, вылезает на сруб и спрыгивает на землю.
МОРОЗКО (ходит по сцене, оглядывает все придирчиво, заглядывает на крыльцо, под стол и под лавочку).
    Ну вот и все. Все прибрано.
    Все чисто на земле.
    Отправлены возы со льдом и снегом.
    Завиты инеи в клубки.
    Морозный скрип уложен в короба.
    Все это надо мне сберечь в моих амбарах,
    Пока придет Зима.
    Зима-то уж далеко -
    Катит себе в своей коляске белой,
    И белый конь ее несется, словно птица.
    А я, Морозко, - хлопочи, да прибирай.
    Здесь, в студенце, я холод
        бережно храню.
    Ведь этот студенец
    Показывает на колодец.
    Проходом под землю связан
    С надежным теремком моим.
    Там у меня уют, холодный свет, прохлада.
    Там в одиночестве живу я.
    Ух, растеплело как!
    Не дышится совсем.
    Прощай, земля. Прощай до листопада.
    Пока я заморозок первый
    С собою принесу.
(Скрывается в колодце).
Несколько мгновений сцена пуста. Только ветер раскачивает на веревке белье да перебирает березовые ветки. Из дома выходит ЛЮБУША. Пробует белье. Находит, что оно высохло. Снимает его с веревки, навивает каждую вещь на скалку, прокатывает на столе рубелем и аккуратно складывает в стопку.
ЛЮБУША. Ветер теплый какой! Солнышко точно золотые ниточки прядет, теплые узоры вывязывает! (Вздыхает). Ждать мне от весны вроде нечего. Жизнь моя, что полынь-трава, горечь. Мачеха у меня лютая. Сестрица Пава - шипучая змея. А сердце все равно почему-то замирает. (ЛЮБУША кончает складывать белье, уносит в дом, мгновенно возвращается, берет метлу, метет двор. Подметает и поет).
    Как во поле липонька зацветала,
    Белый цвет на землю роняла.
    - Что ты, липа, цвет на землю роняешь,
    Радость на кручину меняешь?
    - Как же белу цвету не вянуть?
    Может вихрь полночный нагрянуть,
    Станет ветки знобить, станет гнуть их.
    Переломит липку, как прутик.
(ЛЮБУША ставит метлу в угол. Продолжая напевать только мотив песни, колет дрова, укладывает их в поленницу). Знаю я, отчего сердце мое точно на качелях катается, У-ух - словно обрывается и катится с кручи вниз. Буслаюшка, светик, Буслай Замятович, все о тебе думаю. Подойдешь, за руку возьмешь, скажешь - «Любуша». А ему и не гадается и не снится... Да зря и я эти сны вижу. Кому я нужна? Отец-то его - кузнец, в селе видный человек? А я? (ЛЮБУША хватает два деревянных ведра, подбегает к колодцу, быстро достает воды колодезным ведром, наполняет свои и опять застывает в раздумье). До чего ж воздух легкий, не надышишься...
Из-за кулис появляется ПАВА.
ПАВА. Любуша! Стоишь, да? Воздухом дышишь? Будет маменьке доложено.
ЛЮБУША. Да сестрица Павушка, уж сколько я дел переделала.
ПАВА. А пирогов напекла?
ЛЮБУША, Напекла, сестрица, с курятиной напекла.
ПАВА. А тебе маменька с чем приказывала?
ЛЮБУША. Весна еще только, сестрица, грибов-то в бору - ни масленочка, ни опеночка. Как же я с грибами напеку?
ПАВА. Будет маменьке доложено. Лень тебе было в лес сходить. Правильно говорит маменька, лентяйка ты, хлебоежа нам досталась.
ЛЮБУША. За что ж ты меня, сестрица, обижаешь?
ПАВА. Обидно тебе? Вот и ладно. Если я тебя не обижу - себя на потешу. А мне себя потешить надо, я у себя одна-единственная. Где пироги-то?
ЛЮБУША. На загнётке, платком накрыты.
ПАВА. Пойти пирожком освежиться. Плохие небось... (Уходит в дом).
ЛЮБУША. Вот и радости как не бывало. (Смотрит в небо). Эх, птички перелетные: что вы все счастье-то мимо проносите? Когда же мой-то час? Тятенька с матушкой Любушей меня назвали. Да не долго любили меня. Сперва матушка померла, после тятенька. Вот и живу я с мачехой-то, не любая никому.
ЛЮБУША плачет, спрятав лицо в ладонях, не замечает, как к ней подходит БУСЛАЙ.
БУСЛАЙ. Любуша?
ЛЮБУША. Ой, Буслаюшка!
БУСЛАЙ. Кто обидеть тебя посмел? Плачешь?
ЛЮБУША. Нет, не плачу я.
БУСЛАЙ. Вижу ведь.
ЛЮБУША. Это я так, слезами умываюсь, чтоб воду зря не лить.
БУСЛАЙ. Не плачь, Любуша, я что сказать-то хотел...
ЛЮБУША. Мне?
БУСЛАЙ. Выходи вечером за околицу. Станем с девушками да парнями в горелки играть.
ЛЮБУША. Буслаюшка, я сробею.
БУСЛАЙ. Чего тебе робеть, когда ты красивей всех.
ПАВА, жуя пирог, появляется на крыльце. Увидев Буслая с Любушей, остается за чуть приоткрытой дверью и подслушивает.
ЛЮБУША. Сарафана нарядного у меня для гулянья нет.
БУСЛАЙ. Дай срок, все у тебя будет. Я тебя в горелки изловлю. Да к отцу своему поведу...
ЛЮБУША. Ах, это-то уж зачем...
БУСЛАЙ. Пусть поглядит на тебя да сватов посылает.
ЛЮБУША. Ой, Буслаюшка, правда ли?
БУСЛАЙ. Да, Любуша.
ЛЮБУША (погасшим голосом). Что это я? Батюшка твой разве когда согласится? Мачеха за мной ведь ни лоскуточка не даст.
БУСЛАЙ. И не надо ничего, я сам для тебя на все заработаю. Руками лес стану валить, терем построю. Ты мне только скажи, люб ли я-то тебе?
ЛЮБУША. Уж как люб, уж как люб! Ах, вот оно счастье мое!
БУСЛАЙ и ЛЮБУША глядят друг другу в глаза, держась за руки.
Что-то и не верится. Отец-то твой бесприданницу не позволит взять.
БУСЛАЙ. Пойду с отцом наперед поговорю. При вечерней зорьке все тебе и скажу, каков его ответ да совет. Прощай пока.
БУСЛАЙ убегает, ЛЮБУША глядит ему вслед, не замечает, что на крыльцо вышла ПАВА.
ПАВА. Уж и сговорились! Все будет маменьке доложено. (Громко, ЛЮБУШЕ). Опять прохладой дышишь?
ЛЮБУША (вздрагивает). Что?
ПАВА. Чего это ты там увидела?
ЛЮБУША. Ничего, сестрица, это я птицу увидела. Думаю, неужто жаворонки прилетели?
ПАВА. Хорошо напомнила. У нас муки в ларе и на донышке нет. Быстро тащи зерно на мельницу, жаворонков печь пора, весну встречать.
ЛЮБУША. Сестрица, там муки на жаворонков хватит, хоть на всю деревню напечем.
ПАВА. Перечить научилась? Будет маменьке доложено!
ЛЮБУША. Да есть же мука в амбаре!
ПАВА. Коль я говорю нет, так и нет ее. А ну быстро на мельницу! Ты чего как врытая стоишь?
ЛЮБУША медленно уходит в дом.
Или я не умница? Вот свиданьице-то ваше и тю-тю. А там и еще чего удумаем. Нам, может, и самим Буслай-то Замятович по нраву. Мы и сами, может, недурны. (Напевает и неуклюже приплясывает).
    Уж как я во чистом поле былинка,
    Я пруточек-стебелечек, лозинка...
Из дому, сгибаясь под тяжестью огромного мешка, выходит ЛЮБУША.
ЛЮБУША. Сестрица, помогла бы мне, уж больно мешок тяжел. Я и до утра с ним до мельницы не дойду.
ПАВА. Не дойдешь до утра, доплетешься завтра к вечеру. Я себя тяжестью утруждать не собираюсь. Я у себя одна-единственная.
ЛЮБУША уходит.
Что-то маменьки из гостей долго нет. Она-то бы лучше меня измыслила, как эту любовь расстроить да мою свадьбу состроить. (Думает). И то дело! Бесприданницу-то брать кузнец Замята Буслайке не позволит. Ну-ка я приданое-то свое на веревки развешу. Вроде проветрить. Он увидит, сколь я богата, вот и позарится. (Скрывается в доме, потом появляется на крыльце, пыхтя выволакивает огромный кованый сундук. С трудом стаскивает его с крыльца и начинает вынимать из него разную одежду и развешивать на веревках . Прикидывает к себе сарафан). Ну, не красавица ли я в расшитом сарафанчике буду? А вот душегреечка. Мех соболий, не какая-нибудь лиса. (Пытается примерить, душегрейка не налезает, трещит по швам). Попышнела я, душегреечка не налезает. Ладно, расставим слегка. А полушалочек - измирский, а камемирчик-то индийский...
Вбегает БУСЛАЙ.
БУСЛАЙ. Пава, Любуша дома ли?
ПАВА. Нету замарахи твоей лапотной. А это все - мое. Богато, а? И верха, и меха - все дорогое. Нравится?
БУСЛАЙ. Да погоди ты. Где Любуша, говори?
ПАВА. Ты чего очумелый какой?
БУСЛАЙ. Некогда мне. Батюшка на ярмарку посылает, кочергами-ухватами торговать. Мне заработки нужны.
ПАВА. А коль нужны, так поезжай.
БУСЛАЙ. Да ехать-то сей же час надобно, мне Любушу предупредить бы.
ПАВА. Об чем это?
Из-за кулис слышен голос? «Буслай, где пропастишься, ехать пора»!
БУСЛАЙ. Пава, скажи Любуше, что я нынче за околицу не приду. Как отторгую, тут же явлюсь. Скажет, что ль?
ПАВА. Мне что, скажу.
БУСЛАЙ, махнув рукой, убегает.
Вот и на руку. Пойду по такому случаю себя чайком побалую.
ПАВА уходит в дом. Появляется ЛЮБУША. Сбрасывает со спины тяжелый мешок с мукой.
ЛЮБУША. Ой, как спешила! Даже мешок этот трехпудовый словно пушинку несла. Еще успею за околицу. Счастливая я. Счастливей меня никого на свете нет! Березонька, слышишь? Счастливая я!
Из дому выходит ПАВА.
ПАВА. Ты чего, или зерно назад с полдороги принесла?
ЛЮБУША. Нет, сестрица. Смолото зерно. В мешке - мука.
ПАВА. Лётом, что ли, летела? Мельница - не ближний свет.
ЛЮБУША. Не лётом, сестрица. Просто, быстро шла.
ПАВА. Спешишь куда?
ЛЮБУША (опустив голову). Куда мне спешить. (Желая перевести разговор). А что это ты свое приданое проветриваешь?
ПАВА. Замуж выхожу. К свадьбе готовлю.
ЛЮБУША. Ой, Павушка, радость какая! Уж как я за тебя радуюсь, хорошо-то как! За кого, Павушка?
ПАВА. За Буслая.
ЛЮБУША. Какого Буслая?
ПАВА. Кузнеца Замяты сынка.
ЛЮБУША. Как же это?
ПАВА (ехидно). А чем плох жених? И пригож, и ловок, и умом деловит.
ЛЮБУША. Бытъ не может. Когда же он посватался?
ПАВА. А вот теперь. Пришел, говорит, отец велел невесту с приданым искать. И посватался.
ЛЮБУША. За приданое?
ПАВА. И за красоту.
ЛЮБУША. Нет, нет, быть не может.
ПАВА. Говорит, я своими руками терем для тебя построю.
ЛЮБУША (почти терял сознание от горя). Построю...
ПАВА. В терему, говорит, поселю тебя, не с твоей же сестрой-замарахой нам жить. Заболталась я с тобой. Пойду простыни да наволоки вышивкой метить. (Уходит в дом).
ЛЮБУША. Нет! Нет! Нет! Березонька, нет! Солнышко ясное, нет! Не снести мне, не вытерпеть! Сердце заходится. Голова кружится. Нет, нет, не жить мне после этого, сокол, сокол, Буслай Замятович! Терпела я мачехину кривду. Терпела сестрицыну злость. (Мечется по двору, подбегает к колодцу). А твоей неправды не стерплю, сил не достанет. Березонька! Прощай! Прощай, ясный день! Пропала Любуша! (Кидается в колодец).
День меркнет. Поднимается ветер. На крыльцо выходит ПАВА.
ПАВА. Любуша! Любуша, замараха! Долго ли звать тебя? Погоди, будет маменьке доложено!
Картина вторая.
Горенка в Морозкином тереме. Высокие стрельчатые окна разукрашены изнутри затейливым морозным узором. Просторная высокая кровать. Белоснежные простыни, покрывала, большие подушки - все это раскидано по кровати в беспорядке. На круглом столе - скатерть съехала набок. На полу сбит белый пушистый ковер. МОРОЗКО молча расхаживает по горенке. Слышно, как тикают висящие на стене ходики, раскачивается большой, блестящий маятник. На левой стене от потолка до пола что-то завешено белым сверкающим, переливающимся занавесом.
МОРОЗКО (раздумчиво).
    Как будто ладно все:
    Надежно льды укрыты.
    Все в целости снега,
    Набор осенних зорь студеных
    И переливчатых сосулек звон...
    Да, вот что!
    Пойти еще речные льды проверить,
    Тогда и теремком своим займусь.
    Сказать по правде,
    Домашнее - все это дело немужское -
    Мне так не по сердцу!
МОРОЗКО уходит, по дороге подкидывая ногой на полу какую-то оброненную вещь. Сцена пуста. Внезапно раздается громкое шипение, окошко на часах, из которого обычно выскакивает кукушка, распахивается, оттуда вылетает белая сова. Она шесть раз кричит по-совиному и скрывается. Вместе с последним ее криком дверь в горенку робко открывается, осторожно входит ЛЮБУША.
ЛЮБУША. Есть тут хозяин? Никого. Молчит. И не опомнюсь, жива я или умерла? Сначала все в глазах у меня помутилось. А потом в каком-то я проходе оказалась подземельном. Тут холодно. Чей это терем?
МОРОЗКО (входя).
    Морозкин терем.
    И тебя
    Немедля заморожу я.
    Такой уж у меня характер.
    Непрошеных гостей морозить,
ЛЮБУША. Что же заморозь. Только гляди, как у тебя неприбрано. Один ты, что ли, бобылем живешь, Морозушко? Дай приберу сперва.
МОРОЗКО.     Что ж. Прибирай.
    А я морозить стану.
    Да погляжу сколь долго выдержишь.
ЛЮБУША ловкими, привычными для нее движениями начинает приводить горенку в порядок.
    Прилетайте ветры
    С белого моря,
    Налетай, пороша,
    Из-за гор льдяных,
    Злые холодища,
    Ледените душу.
    Ну что, замерзла, девицы?
ЛЮБУША. Нет, Морозушко. Я до дела добралась, мне и не холодно.
ЛЮБУША продолжает работать, МОРОЗКО морозит.
МОРОЗКО.     Повеяли ветры из-за черных камней,
    Мглы налетели из-за синих гор,
    Вьюги завыли из-под злых корней,
    Лютая стужа змеей ползет.
    Ну что, зашлась от холода?
ЛЮБУША. Нет, мне тепло, Морозушко. Гляди-ка, сколь горенка твоя стала нарядна!
Под умелыми руками Любуши все преобразилось.
МОРОЗКО.     Да, расторопна ты.
    Ну ладно.
    Не стану больше я тебя морозить.
    Умаялась, я вижу.
    Я, Морозко, и пожалеть могу.
    Такой уж у меня характер.
    Приляг вот тут.
    Усни.
ЛОБУША. И правда, Морозко. Тело мое ломит, точно били меня цепами. И душа моя в черноте. (Ложится на застланную белым мехом лавку и тут же засыпает).
МОРОЗКО.     Уснула.
    Девица как хороша собой!
    Не боязлива.
    И в делах проворна.
    Откуда бы взялась и кто такая?
    Признаться, я расспрашивать не мастер.
    А люди часом, ой как неправдивы!
(Подходит к ЛЮБУШЕ).
    Сначала сон ее пусть станет крепким.
(Взмахивает руками у нее над головой).
    Дрема да сон, сон,
    Наведите покой да сонь.
    Не шевелится, не колышется,
    Ничего не слышится,
    Не помнится, не снится,
    Спится, спится, спится...
    Теперь надежен будет сон.
(Подходит к стене со сверкающим белым занавесом).
    Здесь спрятана моя большая тайна.
    Кудесником полуночной страны
    Подарено мне зеркало одно,
    Такое белое и ледяное с виду.
    Коль я о чем задумаю узнать -
    Отобразится сразу.
    Всю правду в нем я тотчас узнаю!
    Однако заколдовано оно:
    Тем зеркалом
    Обязан я владеть единолично.
    Иначе, коль кому доверю тайну,
    То зеркало всю силу правды потеряет,
    И мудрено ее назад вернуть.
    Вот с зеркала сейчас
    Я совлеку завесу
    И все узнаю о пришелице своей.
Занавес медленно начинает сходиться. В оставшемся незакрытом пространстве видно, как МОРОЗКО протягивает руку к сверкающему занавесу.
Картина третья.
Та же декорация. Морозкина горенка чисто прибрана, ЛЮБУША сидит на низенькой табуреточке. Перед ней - расписная прялка. На прялке - белоснежная шерсть. ЛЮБУША прядет шерсть и тихонечко напевает.
ЛЮБУША.     Не шуми, березонька,
    На ветру, на ветру,
    Вы не пойте, пташечки,
    Во бору, во бору,
    Мил уехал за три моря
    Да за гору.
    Может, мил ко мне вернется,
    Да не скоро...
(Задумывается, затуманивается). Хорошо мне у Морозки жить. Вот уж должно неделя прошла. Морозко своими снегами да льдинками занимается, проверяет, начищает, бережет. А я дома - по хозяйству. Чудной он, Морозко. То добрый да ласковый, а то - разозлится. Как глянет - лес вянет. Чудится мне, знает он что-то, да сказывать не хочет. Как стану я о доме вспоминать, так он сразу же - уста на замок. Молчит. Супится. Точно боится, что я назад запрошусь. (Встает, занимается домашними делами). Надо бы занавеску эту белу вытрясти, да не велел Морозко. Говорит: «Если только дотронешься, страшной карой покараю». А что там? Может, не бояться, взглянуть?
Подходит к белому занавесу, протягивает руку. В этот момент входит МОРОЗКО. ЛЮБУША отскакивает к столу.
МОРОЗКО.     Чем занималась,
    Рукодельница моя?
ЛЮБУША. Пряжу пряла, Морозушко. Видишь, кудель белоснежная какая.
МОРОЗКО.     Я рад, что белый цвет тебе приятен.
    Спокойный и морозный зимний цвет.
ЛЮБУША. Оно конечно, Морозушко. Да только, знаешь, видела я во сне сегодня березку нашу всю в листочках зеленых. И будто Буслай не сватал вовсе Паву, а ждет меня у тонкого ствола.
МОРОЗКО. Молчи. Я не охотник бредни слушать.
ЛЮБУША. Ну что ж, молчу.
МОРОЗКО (раздраженно).
    Тебе я что хочу сказать...
    Я говорить любитель напрямую.
    Такой уж у меня характер.
    Ответь мне только: плохо ли тебе
    В подземном тереме моем живется?
ЛЮБУША. Да что ты. Хорошо.
МОРОЗКО.     Так вот. Тут оставайся навсегда.
    Покой тут вечен.
    Тут нет волнений,
    Что несет с собой весна.
    Порядок тут. Простор.
    Ни от кого обиды ты не встретишь.
    Так будь же здесь хозяйкою отныне.
ЛЮБУША. Спасибо. Мне выбирать-то не из чего, Морозушко.
МОРОЗКО.     А коли так - и ладно,
    Здесь у меня на славу заживешь,
    Одно лишь помни - до этой занавески
    Не то что пальцем,
    Взглядом дотронуться не смей.
ЛЮБУША. Попомню.
МОРОЗКО.     Прощай пока,
    Займись домашним делом,
    А я спустя часок вернусь к тебе,
МОРОЗКО уходит.
ЛЮБУША. Неплохо здесь, а страшно все-таки на веки вечные остаться в холодном белом царстве. Теплого солнышка не видать. Частому дождичку лица не подставить... (Продолжает прерванные приходом Морозки дела, напевает).
    Не кукушечка во сыром бору горевала,
    Красна девица по молодцу тосковала,
    «Что ты, молодец, сердце-то вынул,
    Горячо любил, да скоро покинул...»
А все же, что бы тут быть могло за занавесом этим? Взглянуть? Ох нет, ведь заказал Морозко. (Продолжает работать. Останавливается). Вот бы посмотреть на свадьбу Буслая-соколика с сестрицей. Тут сердце-то мое бы и разорвалось... Да видно, век мне вековать в холодном тереме Морозкином. Хозяйкой он меня назвал. А коли я хозяйка, так как же мне не знать, что в доме моем находится?
ЛЮШУША подходит к белому занавесу, раздергивает его. Раздается грохот, свет гаснет.
Картина четвертая.
Свет ярко вспыхивают, ЛЮБУША - на авансцене, перед раздернутым сверкающим занавесом. На сцене - декорация первой картины. ПАВА на столе месит в корчаге тесто.
ПАВА. Подумать только, что мне без замарахи хуже стало жить. Я думала, пироги-то сами пекутся. Дрова-то сами колются. Маменька жадничает, никого в услужение нанимать не хочет. Вот мне и приходится себя утруждать. Жалко меня, травиночку, я у себя одна-единственная.
Прилетает и кружится возле Павиного лица пчела.
Кыш, пошла, пчела окаянная. Еще ужалишь. Еще нос распухнет.
Пчела не отвязывается, ПАВА отгоняет ее руками, перепачканными тестом, сажает на нос нашлепку из теста, воюет с пчелой.
Пошла, пошла. Тьфу, пропасть. Да, жаль, что замараха потерялась. Какие лешие ее уволили? Какие волки съели? Мне, бедненькой, и покуражиться-то не над кем!
Вбегает БУСЛАЙ.
БУСЛАЙ. Любуша! А вот и я.
ПАВА поворачивает к нему перепачканную физиономию, БУСЛАЙ столбенеет.
ПАВА. Чего так голосишь? Меня не Любушей, а Павой называют.
БУСЛАЙ. Я обознался. Я до этих пор тебя за работой не видывал. А Любуша-то где?
ПАВА. Стала б я с тестом возиться, когда б она была.
БУСЛАЙ. Где ж быть-то ей?
ПАВА. Вот в том и дело, что пропала.
БУСЛАЙ. Ты что, в своем уме? Ты ей сказал ли, что я на ярмарку уехал? Предупредила, как просил?
ПАВА. А что мне в просьбе-то твоей?
БУСЛАЙ. Да замолчи! Скажи, где Любуша моя?
ПАВА. Была твоя. А нынче чья - неведомо. Пропала. В тот самый день, как ты на ярмарку уехал... В тот самый вечер.
БУСЛАЙ. Любуша, росиночка моя!
ЛЮБУША. Буслай! Я здесь, живая я!
БУСЛАЙ ее не может слышать.
БУСЛАЙ. В каком же царстве подземельном искать тебя?
ЛЮБУША. В холодном студенце!
МОРОЗКО (неожиданно появляясь рядом с Любушей).
    Так вот оно, Морозке послушанье!
Раздается гром, треск, свет гаснет. Когда он зажигается, МОРОЗКО и ЛЮБУША оказываются в морозкином теремке перед раздернутыми занавесками и погасшим зеркалом.
ЛЮБУША. Морозко, выслушай! Морозко, отпусти меня!
МОРОЗКО.     Нет, девица,
    Кудесника полночных стран
    Нарушено заклятье.
    И сила правды
    Из зеркала ушла.
    Теперь ступай и правду ту добудь.
    Она заключена в словах чудесных,
    В каких - тебе и надлежит узнать.
    Коли узнаешь, так награжу тебя
    Щедрее, чем по-царски.
    Коль не узнаешь -
    Морозом страшным заморожу.
    Собирайся в путь.
ЛЮБУША. Ну вот, теперь-то уж погибла я, наверно. Как умирать не хочется. Ведь Буслай меня не обманул. (Плачет). Куда же мне идти, Морозко? И где найти для зеркала заветные слова?
МОРОЗКО.     Пойдешь ты далеко,
    За три дремучих леса.
    Там средь болот погибельных,
    Песков зыбучих
    Отыщешь то, что надо,
    В серебряном ларце.
    Ступай. Я ослушанья не терплю.
    Такой уж у меня характер.
ЛЮБУША. Прощай. Прости, если можешь. (Уходит).
МОРОЗКО.     Вот так оно случилось.
    Хоть жаль мне девицу,
    Хоть много опасного и страшного
        грозит ей,
    Но надо выполнить заклятие кудесника.
    А ей - наука.
    Все, люди, делаете не подумав, сгоряча.
    Нет чтобы холодно все разумом,
        проверить!
    А впрочем, сам я тоже виноват,
    Ведь в зеркале я видел,
    Что молодец ее не обманул,
    Да не сказал ей правды,
    Чтоб у меня она осталась.
    И вот теперь пойдет с ней рядом
    Ее погибель.
    Неведомо как дело обернется.
    Печально как!
Конец первого действия.
Действие второе.
Картина пятая.
Первый дремучий лес. Диковинные деревья покрыты серебристой листвой, которая, колышась, издает странный звон. Кустарник цветет крупными, странными цветами. Посреди сцены огромное дерево, ветви которого словно большая плоская крыша под самым небом. В его кроне - гнездо какой-то большой птицы. ЛЮБУША лежит ничком, без движения. Постепенно приходит в себя.
ЛЮБУША. Где это я? Что со мной? Ох, видела во сне, что дома я и что Буслай со мной. И говорит он мне: «Не бойся ничего, росинка моя!» Во сне я и забыла про все горести мои. Как в дремучем лесу страшно! Наплуталась я. Солнце-то на этот лес не светит. Ни одна дорожка не пролегла. Какой звон заунывный. Ни зверя, ни птицы. Чу! Кто-то вроде плачет? Иль только кажется? Тс-с-с. Вот, вот он - голосок.
Слышится тощенький, жалобный голос:
    Матушка, помоги!
    Ножки болят,
    Встать не велят,
    Не взмахнуть крылышком,
    Не шелохнуть перышком,
    Мамушка, горюшко...
Из-за ствола большого дерева, выпархивает ПТИЦА ЧУР. Пока не замечает Любушу.
ПТИЦА ЧУР (в голосе тревога). Ой, лихо, детеныш, где ты?
ГОЛОС ПТЕНЦА. Вот здесь, под кустиком.
ПТИЦА ЧУР. Да что же ты наделал - из гнезда выпал! Я же тебе не велела выглядывать из гнезда, приказывала строго-настрого!
ГОЛОС ПТЕНЦА. Мамушка, лапки болят, тельце знобит.
ПТИЦА ЧУР. Горе мне! Горе! Хоть и сильна я, Птица Чур хоть за три леса вижу, а все - птица. Птицы своих детей в гнездо вернуть не умеют. Сгинешь ты под кустом. Мы же одни-одинешеньки в дремучем лесу.
ЛЮБУША, которая видела все это, бросается на помощь.
ЛЮБУША. Где птенчик-то, неведомая птица? Дай я его подниму!
ПТИЦА ЧУР (так поражены, что на мгновенье забывает о птенце). Кто ты? Откуда ты?
ЛЮБУША. Все скажу. (Увидела птенчика за кустами, кинулась, взяла на руки. Птенец - кукла). Да ты маленький, миленький. (Гладит птенца, дует на головку). Расшибся, дурачок?
ПТИЦА ЧУР. Не обидь его.
ЛЮБУША. Не обижу, лапка у него перебита. Вот от юбки клочок оторвем да лапку перевяжем. Юбке урон невелик, а лапка подживет.
ПТЕНЕЦ. Мамушка, меньше болит.
ЛЮБУША. Вот тебе, неведомая птица, твой птенец. Забирай.
ПТИЦА ЧУР. Разве ты, добрал девица, не знаешь: птицы своих птенцов носить не могут.
ЛЮБУША. А ведь так и есть! Прошлым летом аистенок из гнезда выпал, я с ним аж на крышу лазала. А твое гнездо где?
ПТИЦА ЧУР. Вон - на дереве высоком, на суку самом крепком. Доберешься ли?
ЛЮБУША. Доберусь.
ЛЮБУША лезет на дерево, бережно несет Птенца, осторожно кладет его в гнездо.
ПТЕНЕЦ. Мамушка, я уж дома!
ПТИЦА ЧУР. Как мне тебя благодарить - и не знаю. Даже как звать тебя, и то неизвестно мне.
ЛЮБУША. Любушей звать.
ПТИЦА ЧУР. А меня - Птица Чур зовут.
ЛЮБУША. Как странно-то. Птица Чур!
ПТИЦА ЧУР. Как, девица, могла ты в этом дремучем лесу оказаться?
ЛЮБУША. Ах, Птица Чур, и не спрашивай.
ПТИЦА ЧУР. А все же скажи.
ЛЮБУША. Иду я за три леса заветные слова для зеркала волшебного искать.
ПТИЦА ЧУР. Ой, бедное дитятко. Во втором-то лесу страшнее, чем в первом, - там болота непроходимые, злые туманы над ними стоймя стоят.
ЛЮБУША. Все равно пойду. Или погибну погибелью, или добуду заветные слова, чтоб зеркалу правду вернуть. Без того мне к Буслаю до смерти не возвратиться.
ПТИЦА ЧУР. Чем же помочь тебе, Любуша?
ЛЮБУША. Чем же поможешь? Я - тут, в дремучем лесу, Буслай - далеко-далеко... Птица Чур, а можешь ты ко мне домой слетать?
ПТИЦА ЧУР. Страшно мне птенчика оставлять. Да для тебя сделаю.
ЛЮБУША. Лети в родимое село, Птица. Разыщи Буслая. Да скажи ему - жива Любуша. Только, мол, может, погибнет за тремя лесами, да не воротится. Пусть помнит Любушу. Пусть знает, что она его любит.
ПТИЦА ЧУР. Лечу! Да! Погоди! Коли потом, когда во мне нужда будет, ты позови меня.
ЛЮБУША. А как позвать, ты разве услышишь?
ПТИЦА ЧУР. Услышу, коли такими словами позовешь:
    Выйду я к синю морю,
    Увижу над морем зорю.
    Белая заря,
    Алая заря
    Да заря-зареница,
    Кликните Чур-Птицу.
Тут я к тебе и прилечу.
ЛЮБУША. Спасибо, Птица. Лети! А я пошла либо счастье, либо погибель свою искать.
Картина шестая.
Второй дремучий лес. Деревья в этом месте растут гуще. Бороды серого мха свисают с веток. На переднем плане - сухой пень. За ним - колючие кусты. Ровное, холодноватое, бессолнечное освещение. Перед кустами ходит взад-вперед ПЕРЕПЛУТ, чередуя шаг с подскоками.
ПЕРЕПЛУТ (приставляя руку к глазам и вглядываясь в чашу леса). Никого. Как есть никого.  (Шагает, подпрыгивает). Один я - Переплут. И все. Всех разговоров только с эхом и заведешь. Эге-ге-гей, добрый день, невидимка!
Переплуту отвечает эхо.
Ох, бестолочь. Само-то никогда ничегошеньки не скажет. (Шагает, подпрыгивает). Дремучий-то лес все дремлет-дремлет, и не разбудишь. (Нюхает воздух). Болота холодом дышат. Эй, пади, туман, на землю!
Спускается туман.
Поднимись, туман, в небеса!
Туман рассеивается.
Всколыхнитесь, пески зыбучие! Шевельнитесь, кусты колючие!
Кусты начинают двигаться.
Остановитесь, пески! И без вас не снесть тоски!
Кусты останавливаются.
Эх, душу бы мне сюда живую заманить, я бы ее постращал! По гибельной дорожке в болота послал. А потом, может, и вызволил бы. Потому - веселый. А вдруг и правда кто в мой дремучий лес забредет? Сделаю-ка я из этого мха хорошенькую ловушечку. Вот тут - щель. А в щели - палочка. Кто заденет - палочка выскочит. Пень его и прищемит. Вот испугается? (Делает). Готово. Чем бы это еще себя развлечь? Побегать? Попрыгать? (Бегает, подпрыгивает, хватается за ветки деревьев, раскачивается на них, спрыгивает, повторяет то же в более быстром темпе). И-йх! Вот как мы можем! (Снова повисает на ветке, раскачивается, забывает о расщелине, сам попадает туда ногой, повисает вниз головой и начинает: вопить страшным голосом). О-о-о-й! Больно. Дурак! Сам в свою ловушку попал! Ногу не вытащу! Помогите кто-нибудь! Ой, да тут ведь нету никого!
Вбегает ЛЮБУША. Она сначала не может сообразить что происходит и невольно пугается. ПЕРЕПЛУТ вообще такой странный, да еще и висит вверх ногами. Одно мгновенье она медлит. Потом понимает, что требуется помощь, кидается к дереву, страшным усилием и не сразу отдирает от дерева толстую Щепу и освобождает ногу Переплута. Тот падает вниз и тоже не сразу соображает что произошло. Потом смекает, что перед ним чужой человек, там, где сроду никого не бывало. Вскакивает, издает вопль, потому что нога все еще болит, поджимает ногу, потом опускает ее, но твердо стоять на двух ногах не может. Пока он, вытаращившись, глядит на Любушу, та первая находится, и здоровается с ним.
ЛЮБУША. Здравствуй!
ПЕРЕПЛУТ. Стой! Сперва вокруг себя обернись.
ЛЮБУША, недоумевая, исполняет все, что он ей велит.
Теперь шаг назад ступи. Теперь вбок. Еще раз обернись. Стой тихо. (Приговаривает).
    Тропки-невидимки,
    Лесные паутинки,
    Калина да ольха,
    Белопенна таволга,
    Спутано, связано,
    Дорога заказана,
Все! Теперь здравствуй! И говори кто ты есть. И куда путь держишь.
ЛЮБУША. Любушей зовут. Почто ты меня заговаривал так чудно, лесной человек?
ПЕРЕПЛУТ. Чтоб правильной дороги найти не могла. Я тебе не человек, я Переплутом называюсь.
ЛЮБУША. А мне-то как раз дорогу найти надо. Я за три леса иду искать заветные слова.
ПЕРЕПЛУТ. За три леса! Мой лес страшный: дороги знать не будешь - в болото угодишь, затянет, затащит, туманом прикроет, век не выберешься. А уж третий-то - и того хуже.
ЛЮБУША. Как же мне быть-то, ведь надо мне, Переплут, миленький, очень надо для зеркала заветные слова отыскать! Погибну я без них!
ПЕРЕПРУТ. Ну, так иди вот этой тропкой.
ЛЮБУША уходит.
Попугаю я ее, а? Потому что веселый. Сейчас в погибельное место заведу. (Приговаривает).
    Тонкая калина
    Белый цвет ронила
    В кручу,
    В пучину,
    На беду-кручину.
    Так-то вот! Весело!
(Подпрыгивает, но ушибленная нога у него еще болит). Ой! Больно! Кабы не добрая-то Любуша, вовсе бы я вниз головой висел. А для чего и я ее в кручу послал? Доброту такую? Вот дурак! (Передразнивают сам себя). «Потому что веселый». (Приговаривает).
    Круча, отдай добычу,
    Круча, отдай добычу,
ЛЮБУША появляется перед Переплутом.
ЛЮБУША. Ой, страх-то какой! В крутую крутизну оборвалась, сердце у меня остановилось, а после темное облако на меня налетело да кверху поволокло! Страшно!
ПЕРЕПЛУТ. Ну-ну, не страшись. Больше пугать не буду. Вот тут дорога есть - она одна-единственная из лесу выводит. Иди, не опасайся.
ПЕРЕПЛУТ машет рукой, кустарник раздвигается. ЛЮБУША хочет идти.
Стой! Погоди. Вот еще чего. Коли нужда во мне будет - позови.
ЛЮБУША. Как же мне тебя позвать?
ПЕРЕПЛУТ. А вот как:
    Плетеница-плетка
    Переплуту тетка,
    Солнышко,
    Тень,
    Заплетенный плетень,
    Верный друг Переплут
    Появится тут!
Я тотчас и появлюсь. Поняла?
ЛЮБУША (с сомнением). Поняла.
ПЕРЕПЛУТ. Не сомневайся. Иди. В этот раз верную дорогу указал.
ЛЮБУША. Спасибо тебе, Переплут. Ногу-то побереги. (Уходит).
ПЕРЕПЛУТ движением руки возвращает раздвинувшиеся кусты на место.
ПЕРЕПЛУТ. Хорошая девица. Добрая. Умница. А я - веселый! (Перемахивает через кустарниковую изгородь и скрывается в чаще).
Картина седьмая.
Третий дремучий лес. Он еще гуще. Еще таинственней. Деревья растут тесно. Между ними навалены бревна. Стволы раскачивает ветер. Они надрывны скрипят. Одно высокое дерево обрушивается с треском. Вдруг одно-два бревна начинают сами собой шевелиться, куча бревен раскатывается, появляется МЕДВЕДЬ СИЛА.
МЕДВЕДЬ СИЛА (оглядывается, прислушивается, принюхивается). Померещилось. Показалось. Провиделось. Послышалось. Вроде кто-то лесом пробирается. Нет - никого. (Напевает).
    Как у бедного медведушки
    Нет ни кума, ни соседушки...
Кто тут пойдет, когда лес этот не-про-хо-ди-мый. Пройти, стало быть, нельзя. И болотины непроходимые. И дороги - бревнами завалены. Которые лежа лежат. Которые стоймя стоят. Да... Жизнь плохая у меня. Кудесник полночных стран жить меня в этом лесу заставил. Третий это из трех дремучих лесов, уж самый дремучий! Говорит: «Ты, Медведь, тебе в чащобе и положено жить». Обколдовал - и сюда. В пень обещал обратить, если лес этот стеречь не стану. А того не хотел понять, что компанейский у меня характер. Я людей люблю, хоть я и медведь.
Доносится тоненький, далекий голос: «Помогите, помогите».
Зовет кто? А? Чудится? Или не чудится?
Зов повторяется.
Это кто-то в болоте тонет. Прекратиться мне в пень, если не так! Вроде мне спасать не положено. Но - не утерплю!
МЕДВЕДЬ СИЛА бросается в чащу, расшвыривая бревна, и выносит оттуда почти бесчувственную ЛЮБУШУ. ЛЮБУША, придя в чувства и увидев себя в медвежьих лапах, вскрикивает.
ЛЮБУША. Ой! Медведь! Задерет! Съест!
МЕДВЕДЬ СИЛА (ставя ее на землю). Стой! А то и вправду съем! Я тут сторож! Растерзаю!
ЛЮБУША. Медведушка, миленький!
МЕДВЕДЬ СИЛА. Приятно, когда миленьким называют.
ЛЮБУША. Ты меня от смерти в болоте спас, не станешь ты меня терзать. Ты вот какой сильный! На руках - это на лапах - меня вынес. А сильный злой не бывает.
МЕДВЕДЬ. Сильный-то я сильный. Меня и зовут - Силой. Кого - Петром, кого - Иваном, а меня - Силой. (В сторону). За силу-то меня и кудесник выбрал.
ЛЮБУША. Вот имя-то хорошее. А меня Любушей зовут.
МЕДВЕДЬ. Как же ты, Любуша, в эти гиблые места забрела?
ЛЮБУША. Медведушка, иду я за три дремучих леса заветные слова искать, а коль не найду, погибель меня ждет.
МЕДВЕДЬ (начинает плакать). Бедненькая!
ЛЮБУША. Да что ж ты плачешь?
МЕДВЕДЬ СИЛА. Молчи, жалко мне тебя. Я людей люблю, хоть и медведь. Жалко! Ведь так и так, погибель тебя ждет!
ЛЮБУША. Почему, скажи, Силушка!
МЕДВЕДЬ. За этим-то лесом самые гиблые места и есть! Болота злые, туманы серые, пески зыбучие, леса дремучие.
ЛЮБУША. А где же там светлые слова искать? Науч, миленький.
МЕДВЕДЬ СИЛА. Ах ты, ласковая. Не говорить бы тебе может, и не пошла бы ты туда!
ЛЮБУША. Пошла бы, Медведушка, все равно бы пошла!
МЕДВЕДЬ. За ласку не могу ни в чем отказать. Жалко мне тебя, а скажу. (Всхлипывает, утирает морду лапой).
ЛЮБУША. Говори, говори.
МЕДВЕДЬ. За болотами, за туманами, за песками зыбучими в чащобе есть сосна семиобхватная, на сосне сундук семипудовый, в сундуке серебряный ларец, а в ларце - свиток семиаршинный. А уж на свитке те самые заветные слова написаны.
ЛЮБУША. Правда ли, Силушка?
МЕДВЕДЬ. Превратиться мне в пень, если вру!
ЛЮБУША. Спасибо! Какой дорогой мне идти?
МЕДВЕДЬ. А вот этой иди. Да не забудь, приговаривай: «Болото, болото, закрой ворота». А не то снова оно тебя засасывать станет.
ЛЮБУША (гладит Медведя по носу). Прощай, Силушка!
МЕДВЕДЬ. Стой, погоди, ласковая. Коль тебе моя сила вдруг будет нужна, ты меня покличь.
ЛЮБУША. Как же тебя кликать, Медведушка?
МЕДВЕДЬ. Вот как:
    Медведь Сила,
    Соберись с силой,
    Выдь из берлоги,
    Пройди по дороге,
    Встань на пороге!
Тут я перед тобой и явлюсь.
ЛЮБУША. Спасибо тебе за твою доброту, Силушка.
МЕДВЕДЬ СИЛА. А тебе - за ласку. Никто со мной сроду так не разговаривал, честное слово. Превратиться мне в пень, если вру!
ЛЮБУША уходит.
МЕДВЕДЬ (глядит ей вслед. Потом напевает веселым голосом).
    «Как у бедного медведушки
    Нет ни кума, ни соседушки...»
    Ан есть!
Картина восьмая.
Обстановка первой картины. На лавочке сидит мрачный БУСЛАЙ.
БУСЛАЙ. Куда теперь идти? Где искать? Все деревни обошел. Все леса окрест обшарил. Во все овраги спустился. На все пригорки поднялся. Нет моей Любуши, как в воду канула. Думать бы - утонула, да реки поблизости нет. Росинка моя... Все-то меня на эти место тянет. Кажется, вот-вот выйдет на крыльцо.
Отворяется дверь, потихоньку высовывается голова ПАВЫ.
ПАВА (стоя в дверях). Буслай Замятович, пожалуйте к нам чай кушать.
БУСЛАЙ. Скройся, чтоб я тебя не видал и голосу не слыхал!
ПАВА исчезает, неплотно прикрывая за собой дверь.
Эти змеи, мачеха с Павой, хоть бы день погоревали. Нет ее, да и все. Тужат только, что самим по хозяйству приходится. (Встает, подходит к колодцу). При ней-то бадеечка чистая была, умытая, а эти - залапали.
Из колодца выпархивает ПТИЦА ЧУР так стремительно и внезапно, что БУСЛАЙ испуганно отскакивает.
БУСЛАЙ. Что за диковина?
ПТИЦА ЧУР. Ты ли Буслай Замятович, кузнеца сын?
БУСЛАЙ. Чары колдовские, птица огромная человечьим голосом заговорила! Ну я, Буслай.
ПТИЦА ЧУР. Так вот узнай, что любовь твоя жива-цела и любит тебя по-прежнему... Да только погибель ей грозит, если...
БУСЛАЙ. Где она? Где моя Любуша?
ПТИЦА ЧУР. Тут, в студенце.
Дверь на крыльце приоткрывается.
БУСЛАЙ. Что ты говоришь?
ПТИЦА ЧУР. Внизу, там, под водой, Морозкино царство, а дальше-то три дремучих леса...
БУСЛАЙ. Так что ты время-то проводишь, скорей, скорей Любуше на помощь. (Не слушая дальнейших объяснений, кидается в колодец).
ПТИЦА ЧУР. Гляди-ка ты, какой бесстрашный. И не успела рассказать ему, что коли Любуша слова заветные найдет, Морозно наградит ее по-царски. Ох, молодой, горячий. Ведь все равно он без меня пути-дороги не найдет. Ну, полечу вдогонку. Жива ль Любуша еще, не сгинула ль в болотах?
ПАВА (выходит на крыльцо. Она слышала весь разговор). По-царски наградит? Ну, Павушка, ну, умница - лезь и ты в колодец, да найди слова заветных вперед замарахи, награда-то тебе достанется. (Бежит к колодцу).
Картина девятая.
За тремя дремучими лесами. На краю болота стоит семиобхватная сосна. Высоко в ее кроне к ветке толстой цепью прикован сундук. Низко над землей двинутся туманы. Загораются и исчезают блуждающие огни. Завывают ветры. Пятясь входит ЛЮБУША.
ЛЮБУША. Болото, болото, закрой ворота. Болото, болото, закрой ворота. (Ударяется о сосну и останавливается). Ой! Сколько страху! Ух и сил больше нет. Далеко ли мне идти еще? (Оглядывается). Какое дерево огромное! Цепь свисает. Сундук прикован цепью. Сундук! Сундук! В нем, видно, серебряный ларец с заветным свитком спрятан! Дошла! Нашла! (Трясет сосну, но та даже и не шелохнется. Она пытается влезть на дерево, но толстый ствол гладок. Добраться до сундука нет никакой возможности). Нет, не с моими силами достать его. Видно, все равно мне погибать. Прощай, Буслаюшка, сокол мой. (Ложится под сосной). Долетела ль до него Птица Чур? Донесла ли весточку? И не узнаешь. (Поднимает голову). Сказала птица, что кликнуть можно ее, коль в чем нужда. А вдруг - и правда? (Встает, произносит слова заклинания).
    Выйду я к синю морю,
    Увижу над морем зорю.
    Белая заря,
    Алая заря
    Да заря-зареница,
    Кликните Чур-Птицу!
С последними словами впархивает ПТИЦА ЧУР.
ПТИЦА ЧУР. Ты звала, Любуша?
ЛЮБУША. Ох, Птица Чур! Скажи, нашла ли ты Буслая?
ПТИЦА ЧУР. Нашла, милая, как не найти,
ЛЮБУША. Скажи скорее, жив ли он?
ПТИЦА ЧУР. Жив, жив. Да больно прыток. А уж бесстрашен! Ему успела сказать только, ты в студенце, а он уж прыгнул. Насилу догнала да через лес дремучий перевела. А над вторым да третьим лесом я-то могу сама незаметно проскользнуть, а провести - власти моей нет. Где он там в болотах плутает да как через бревна стоячие пробирается, не ведаю.
ЛЮБУША. Ох, Птица, помочь надо ему!
ПТИЦА ЧУР (грустно). Я не смогу, и рада бы.
ЛЮБУША. А Переплут? А Сила? Я кликну их.
    Плетеница-плетка
    Переплуту тетка,
    Солнышко, тень,
    Заплетенный плетень,
    Верный друг Переплут
    Появится тут!
ПЕРЕПЛУТ (появляясь). Кому без меня, веселого, скучно стало?
ЛЮБУША.     Медведь Сила,
    Соберись с силой,
    Выдь из берлоги,
    Пройди по дороге,
    Стань на пороге.
МЕДВЕДЬ. Превратиться мне в пень, если ты меня не зовешь, ласковая.
ЛЮБУША (кидаясь к ним обоим). Переплут, Силушка, помогите, выручите!
ПЕРЕПЛУТ, МЕДВЕДЬ. Говори, сделаем!
ЛЮБУША. Отыщите Буслая, проведите через ваши дремучие леса, приведите его ко мне.
ПЕРЕПЛУТ. И оглянуться не успеешь.
МЕДВЕДЬ. Это-то проще простого, ласковая.
Исчезают.
ЛЮБУША. Птица Чур, уж как боязно мне, не погиб бы он!
ПТИЦА ЧУР. Знать нельзя наперед, девица, как узнаешь?
Появляются ПЕРЕПЛУТ, МЕДВЕДЬ СИЛА, БУСЛАЙ.
БУСЛАЙ. Любуша!
ЛЮБУША. Буслаюшка!
БУСЛАЙ. Ты жива ли, цела ли, росинка ясная?
ЛЮБУША. И сама не знаю, Буслаюшка, сокол мой!
ПТИЦА ЧУР (оказываясь на вершине сосны). Сундук! Он самый!
ПЕРЕПЛУТ. Кидай на землю!
ПТИЦА ЧУР. Не кинешь, тяжел больно!
БУСЛАЙ. Я к тебе сейчас влезу, Птица Чур!
БУСЛАЙ пытается влезть на дерево, но это ему не удается. МЕДВЕДЬ хочет ему помочь, подсаживает.
ПЕРЕПЛУТ. Стойте вы! С деревьями-то кто говорить мастер? Или я не Переплут, не лесной человек?
МЕДВЕДЬ. Перепрут ты, а как же, Переплут.
ПЕРЕПЛУТ. То-то.
    Сухо дерево
    Назад не пятится,
    Не сторонится,
    Мне поклонится.
Сосна наклоняет ветки, сундук падает к их ногам.
БУСЛАЙ (пытается открыть крышку). Запертый он и ключа нет.
ЛЮБУША. Как же быть нам?
ПТИЦА ЧУР. Постойте-погодите. Клювом открыть попробую.
МЕДВЕДЬ. А не разбить ли мне попробовать сундук этот?
ПТИЦА ЧУР. Постой, постой, сейчас открою. Вот. Вот. Нет. Не поддается.
ПЕРЕПЛУТ. Сундук - дерево неживое. Переплута не слушает.
МЕДВЕДЬ. Да отойдите, я так сломаю,
ЛЮБУША. Попробуй, Силушка. Может, и разломаешь?
МЕДВЕДЬ ударяет лапой по сундуку, он разлетается в щепки. Серебряный ларец вылетает из сундука и оказывается за кустами. Все начинают его искать. ПЕРЕПЛУТ находит.
ПЕРЕПЛУТ. Вот, вот ларец, нашел!
Все сбегаются к нему.
ЛЮБУША. Ой, наконец-то мы отмучаемся!
ПТИЦА ЧУР. Покажи-ка, Переплут, дай взглянуть!
МЕДВЕДЬ СИЛА. Молодцы мы, превратиться мне в пень, если вру!
БУСЛАЙ. Вот он - заветный свиток!
ЛЮБУША. Морозко слов заветных дождется. Зеркало снова правдой засветится. Вот счастье-то!
Картина десятая.
Перед домом Морозки. Высокие сугробы. Причудливый кустарник в инее. Чуть вдалеке виднеется фасад белого затейливого теремка. Входит ПАВА. Озирается.
ПАВА. Это что ж это такое? Зима посреди весны. Холодище. Кто ж это в этом паршивом месте меня по-царски одарить может? И где тут замараха какие-то заветные слова ищет? Ох, Павушка, умница, давай соображай как быть да узлы распутывать.
Слышны приближающиеся голоса.
Чу! Никак кто-то идет! Спрячусь тут за сугробом да погляжу кто да что.
Входят ЛЮБУША, БУСЛАЙ, ПТИЦА ЧУР, ПЕРЕПЛУТ и МЕДВЕДЬ СИЛА.
ЛЮБУША. Вот почти и дошли. Во-он он, морозкин белый теремок.
ПТИЦА ЧУР. Тут и расстанемся. Птенчик мой заждался меня, не дождется никак.
ЛЮБУША. Уж как мне и вас благодарить, друзья дорогие, и не придумаю.
Ставит ларчик со свитком прямо на снег возле сугроба, где прячется Пава. Подходят к Медведю, гладит его.
Силушка, спасибо тебе, добрый медведь.
МЕДВЕДЬ. Да чего уж там. Я хоть и медведь, а людей люблю. А тебя, умница, полюбил, как родную дочь.
ЛЮБУША. Переплут, и ты прощай, и за помощь твою спасибо тебе.
ПЕРЕПЛУТ. Вовсе и ничего не стоит. С тобой говорить - радость одна, а я радоваться люблю, я веселый.
ЛЮБУША. Прощай, Птица Чур, птенчику привет передай.
ПТИЦА ЧУР. Прощай, девица! Прощай, добрая душа! И ты, молодец - отважное сердце. Да не потеряйте ларчик с заветным свитком, спешите к Морозке с радостью.
МЕДВЕДЬ, ПЕРЕПЛУТ и ПТИЦА ЧУР уходят.
ЛЮБУША и БУСЛАЙ, взявшись за руки, идут их проводить, машут им вслед. Не замеченная ими ПАВА высовывается из-за сугроба.
ПАВА. Дурацкая эта птица сказала - здесь свиток. (Вынимает свиток из ларчика и исчезает за сугробом).
ЛЮБУША и БУСЛАЙ возвращаются.
БУСЛАЙ. Любуша, уж не сон ли мне снится?
ЛЮБУША. Буслаюшка, свет мой, сокол ясный, бесстрашная головушка!
БУСЛАЙ. Для тебя, росинки моя, никого не убоюсь!
ЛЮБУША. Надежда ты моя!
БУСЛАЙ. Домой вернемся, свадьбу сыграем, никогда не расстанемся.
ЛЮБУША. Никогда.
БУСЛАЙ. Бери ларчик, пойдем к Морозке, теперь-то он, верно, доволен будет.
ЛЮБУША берет с земли ларчик.
ЛЮБУША. Буслай, что-то ларчик вроде как-то легче стал!
БУСЛАЙ. Да что ты! С чего б ему?
ЛЮБУША. Правда. Погляди. (Протягивает ларчик Буслаю). Видишь?
БУСЛАЙ торопливо открывает крышку.
БУСЛАЙ. Пустой он! Украден свиток!
ЛЮБУША. Как так пустой? Да где же он? Наверно, выкатился. Давай поищем, Буслаюшка, куда ж он делся?
БУСЛАЙ. Украли свиток. Да только кто сумел? Чья злая воля?..
Картина одиннадцатая.
Морозкина горенка. МОРОЗКО мрачный ходит взад-вперед. Сверкающие шторы раздвинуты. Между ними видно погасшее ледяное зеркало. Из часов вылетает белая сова, начинает ухать. МОРОЗКО загоняет ее обратно. Часы останавливаются.
МОРОЗКО.     Без слов волшебных
    Зеркало мертво.
    И как же быть теперь?
    Хотя бы как узнать, ушло ли лето,
    Пора ли с заморозком первым
    Идти на землю?
    Да, плохо, горько, что оно погибло.
    А если Любуша сама погибнет?
    С ее душою нежной,
    И кротостью,
    И дружелюбным сердцем?
    Как стыдно мне,
    Что правду о Буслае
    Я от нее хотел укрыть.
    Эх, друг Морозко!
    Как мог хотеть ты,
    Чтобы она осталась здесь,
    В твоем холодном царстве?
    Ты позабыл, зачем по осени идешь
        на землю,
    И поле кутаешь лебяжьим одеялом,
    И колыбельные метельные поешь?
    Зачем укладываешь спать зверье,
    Чтоб меньше рыскали да землю
        не будили?
    Что птиц за море гонишь,
    Чтоб меньше щебетали,
    Чтоб спала земля,
    Чтоб отдыхала,
    Чтоб набиралась сил
    К весне.
(Вздыхает).
    А у людей весна бывает в сердце,
    Тогда оно, согретое лучами,
    Любить стремится.
    Тогда душа у человека - как цветок.
    А ты хотел держать в морозе вечном
    Цветок расцветший -
    Горячее и нежное девичье сердце!
    А что сделаешь теперь?
    Там, за тремя дремучими лесами,
    Владенье не мое!
    Чу! Слышутся шаги!
(Подбегает к двери, распахивает настежь).
    Вернулась, Любуша! Входи!
Входит ПАВА.
    Ты кто такая?
    Зачем непрошеной явилась?
    Тебя я насмерть заморожу!
ПАВА. Фу ты! Не очень-то задавайся! Я не люблю, когда на меня кричат. Я у себя - одна-единственная.
МОРОЗКО.     Да замолчи!
    И отвечай толково -
    Зачем явилась?
ПАВА. Ты прежде золото давай мне! И царские наряды. И денег мешок! А после начинай кричать.
МОРОЗКО.     Узнаешь ты сейчас,
    Каков я в гневе!
ПАВА. Сейчас ты у меня гнев на милость сменишь. Ты это видал? (Показывает свиток, который держала за спиной).
МОРОЗКО.     Что это?
ПАВА. Свиток со словами, которые тебе нужны.
МОРОЗКО.     Дай сюда!
ПАВА (прячет свиток за спину). Нет уж! Я про твои тайны прознала. Я жизни своей не пожалела, через все болота и зыбучие пески прошла, через серые туманы. Ты меня сперва озолоти.
МОРОЗКО. Где Любуша?
ПАВА. А кто такая?
МОРОЗКО (в сторону).
    Не верю этой печке толстой
    Ни слову, ни единому,
    Но свиток - верный.
    Ну ладно. Притворюсь.
    Что ж, девица,
    Пойди вот в эту кладовую,
    Там золота и серебра,
    И самоцветов дивных
    Себе в карманы наложи,
    Да с вешалок сними
    И платье царское.
    А мне пожалуй свиток.
ПАВА. А не обманешь?
МОРОЗКО (открывая дверь в кладовую).
    Гляди!
Из двери вырывается голубоватое сияние. ПАВА устремляется в дверь. МОРОЗКО берет свиток у нее из рук, разворачивает его, читает.
    «Я, повелитель ночи вечной,
    Правитель звезд,
    Ветров хозяин,
    Велю держащему
    Перстами это свиток
    Сказать слова заветные,
    Мне одному лишь ведомые, так:
    «Дивное диво,
    Зеркало правдиво,
    Ко мне оборотись,
    Правдой осветись!»
Льдина как бы освещается изнутри. Видно, как возле сугроба стоят над пустым ларцом ЛЮБУША и БУСЛАЙ.
БУСЛАЙ. Нет его нигде. Теперь уж ясно, что украден свиток.
ЛЮБУША. Украден. А это значит, что заморозит меня Морозко, страшной карой покарает.
БУСЛАЙ. Нет, не отдам тебя. Сумею защитить.
ЛЮБУША. Буслаюшка, сама я Морозке виновата. Да только не жалею. Потому что правду о тебе узнала. А с правдой и умереть не страшно. Прощай, мой сокол, любезный мой. Пойду к Морозке за расплатой.
БУСЛАЙ. Нет, я с тобой.
МОРОЗКО задергивает сверкающий занавес.
МОРОЗКО.     Так значит, Любуша нашла заветный свиток!
    Опасности презрев,
    Прошла все три дремучих леса
    И добротой своей
    В друзей надежных обратила
    Лесные существа.
    Ну вот!
    Морозко снова весел!
    Входите! Дверь не заперта!
Входят ЛЮБУША и БУСЛАЙ.
БУСЛАЙ. Меня морозь, Морозко, карай как хочешь, а Любушу не трогай.
МОРОЗКО.     За что ж карать!
    Вот свиток -
    Заветные слова начертаны на нем.
БУСЛАЙ. Он попал к тебе?
МОРОЗКО.     Добыли вы,
    Добыла храбрость,
    И верные сердца,
    И дружба.
    А подлость,
    Жадность хитрая - украла,
(Распахивает дверь кладовой).
    Иди. И в новом облике
    Всем покажись,
Из двери медленно выходит похожая на Паву снежная баба. Все ахают.
ЛЮБУША. Сестрица Пава?
МОРОЗКО.     За алчность и предательство
    Девица эта
    Пусть сохранит обличье снежной бабы.
    Весной пусть тает,
    А зимою
    Пусть многократно ее повторят дети,
    И забавляются,
    И потешаются над ней.
    Тебя же, Любуша, как обещал,
    Я награжу по-царски.
МОРОЗКО взмахивает руками, загораживая Любушу. Когда он от нее отходит, она преображена - платье ее сверкает, на голове - роскошный убор.
    Теперь прощайте все.
    Ты, баба снежная, - обратно в кладовую.
    А вас...
(ЛЮБУШЕ и БУСЛАЮ).
    ...я вмиг верну на землю.
На мгновенье свет гаснет. Когда он зажигается МОРОЗКО одни. Он раздергивает сверкающий занавес. Загорается зеркало. В нем - БУСЛАЙ и ЛЮБУША на зеленеющей, расцветающей весенней земле.
БУСЛАЙ, ЛЮБУША. Прощай, Морозко, до зимы!
Конец.
129075, Москва, а/я № 2, тел. (095) 216 5995
Агентство напоминает: постановка пьесы возможна
только с письменного согласия автора
 

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования