Общение

Сейчас 702 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Пьеса для ребят среднего  ШКОЛЬНОГО возраста.
                                      
                                                                          
       Действующие лица;

       АЛИСА  - лет двенадцати.
СЕРЕЖКА- лет двенадцати.
ЩЕГЛОВ Глеб Александрович, следователь, в преклонном возрасте.
 
Место действия;

Дом родителей Сережи. Дверь на улицу, на кухню, окна во двор. Комнат больше, но нам понадобятся две. Родители Сережи люди состоятельные и это заметно по обстановке. Локальный свет - бра. Телевизор включен: гнусавый переводчик, звук выстрелов, полицейские сирены - идет боевик.

                                    +++++++++++

Телевизор: - Фильтруй базар, Джек... А не то... Короче, если он не заткнется я его замочу... - грохот выстрелов.
Ночь с субботы на воскресенье. Звук выстрелов и вой милицейских сирен, из-за окон сливается с фонограммой транслируемого по телевизору боевика. Грохот. Дверь  приоткрывается - захлопывается. Шум борьбы. Приглушенные голоса.
Голос Сережи: - Иди домой! Ну, куда ты... куда ты лезешь?! Вали давай
                           отсюда! Стой...
  В дверь, стараясь не пустить Алису в квартиру, протискивается Сережа. Преодолевая его сопротивление Алиса умудряется пролезть в дом. На Алисе шорты. Ребята испачканы. В руках у Алисы тяжелая грязная картонная коробка. Алиса в ступоре. 
СЕРЕЖКА; - Дурак! Тебе чего? Идиот! Ишак! Придурок! Ты чего
                    увязался?!
Телевизор: -  Это ты фильтруй базар, Смит! А не то я тебя тоже замочу... - 
                грохот выстрелов, вопли.
По улице мимо дома проносится милицейский автомобиль: отблеск «маячка» на стенах, вой сирены, свет фар...
Сережка: - Тихо!
Сережка задергивает шторы, гасит свет.    
СЕРЕЖКА;– А это зачем ты притащил это сюда?! Выкинь! Дай сюда, го-
                    во-рю... Отдай!
Телевизор: -  Нет, я тебя скорее замочу, Джек...- грохот выстрелов, вопли.
Сережка выкидывает коробку за дверь.
СЕРЕЖКА;- Вцепился! Ну, если нас увидели! Тише! Тихо, говорю! Нет.
             Показалось... Ты чего привязался?! Ты где живешь? Кто тебя
              просил цапать чужую коляску? Придурок, что ли совсем? Тихо!
Телевизор вдруг; -  Нет я тебя скорее замочу, Смит, чем ты меня... - грохот  
выстрелов, вопли.
 СЕРЕЖКА: - А, черт! - выключает телевизор и прислушивается: - 
                  Слышишь? Нет...  показалось. Ты чё молчишь? Чиканутый, что
                            ли? Или по праздникам? Ну, если нас заметили - нам крышка. 
                            Ты чего? Тебе плохо?
Алиса оседает на пол.
СЕРЕЖКА; - Ты что?!! Обалдел, что ли? Мама... Еще тут у меня...
             подохнешь. Блин! - бежит на кухню и возвращается с  
                      пластмассовой формочкой со льдом из холодильника: - На! Лед    
                      это! Ну, ладно я сам. Не цапай руками - говорю! Говорю - лед!
                      Оглох, что ли? Лед! Да лед же это. Понимаешь? Это для лица мама
                      делает. Не бойся... Сюда, на затылок. Я говорю - на затылок. Держи
                      так. Фух... Все! Сиди и не двигайся. Вот свалился на мою голову...
АЛИСА; - Зачем...
СЕРЕЖКА; - Ты вообще заткнись! Тебя вообще не спрашивают! Понятно?
             Достал меня своими примочками! Ну, если нас заметили...
             Придурок! Тише! Нет, показалось... Мама, там же и коробки и
             коляска. Если вычислят - убьют. Из-за тебя все! Кто тебя просил   
             хватать чужую коляску?! Еще драться лезет... Придурок! Эти
             стреляют, а этот вцепился.
АЛИСА; -  ... Рука...
 Мимо дома проезжает милицейский автомобиль: проблеск «маячков», вой
сирены...
СЕРЕЖКА; - Тс-с-с...
АЛИСА: - ...песочнице...
СЕРЕЖКА: - Тихо! Нет! Как будто уже тише, да? Затихает, как будто.  Да?
Шум милицейских сирен действительно затихает.
СЕРЕЖКА; - Ты сиди, а я гляну. Схожу, гляну...
АЛИСА; - Куда?!
СЕРЕЖКА; - Ты чё, совсем уже? Отпусти ногу! Отцепись, придурок! Как
              по  ночам бродить, так  это мы не боимся, а как посидеть две
               минуты,  так это мы не можем! Сиди, не рыпайся, а то... дам по
                        чайнику.
Сережка идет в соседнюю комнату. Гасит свет, чтоб было лучше видно... Смотрит в окно. Алиса на цыпочках идет к Сережке. По ее лицу стекает бурая жидкость от растаявшего на затылке, льда.
СЕРЕЖКА; - Ни фига не разберешь... в такой темноте. Но как будто тише.
             Был бы... прибор ночного видения, а так...
АЛИСА; - Ну? Что там?
СЕРЕЖКА; - Не видно ни фига... - оглядывается на Алису, -  Ма!!!
Алиса визжит.
Сережка включает свет.
СЕРЕЖКА; - «Что?» А в лоб не хочешь? Тебя просили ползать? Тебя
             вообще что просили? Тебя сидеть просили! Нет, это какой то идиот
             приблудный. Триллер. Подползает к тебе такая рожа красная и  еще
             спрашивает «что». Нервов уже никаких, а он ползает. Черт! А ну,              
             давай вали домой!
АЛИСА; -  Я...
СЕРЕЖКА: - Вали, говорю. Тебе куда?
АЛИСА: - На Пушкинскую.
СЕРЕЖКА: - Ну, вот, это здесь рядом. Всё! Чао! Хип-хоп! Чего стоишь?
АЛИСА; - Я...
СЕРЕЖКА: - Не хочешь по хорошему? Тогда по плохому!
 Сережка тащит Алису к двери, та отчаянно упирается-цепляется - хватается за все что попадется. Сережка отдирает пальцы Алисы. Алиса кусает Сережку.
 Сережка; - А-а-а! Черт! Ты чё кусаться? Вообще уже?! Больно же,
                   блин...
 Алиса; - А ты чего... пинаться?
 Сережка;- Тебя как зовут?
 АЛИСА; - Лариса. Цапушкина.
СЕРЕЖКА; - Ну так вот, Лариса... Как?!!
АЛИСА; - Ла - ри - са!
СЕРЕЖКА; - Как это...
АЛИСА; - «Здесь рядом»?! Если меня около «Орбиты» схватят я тебя
              выгораживать не буду! Если меня спросят с кем я была, думаешь я
              про тебя не скажу?! Ну, что уходить?
СЕРЕЖКА: - Как это...
АЛИСА; - Что «как это»? Как это уходить? Или, как это посреди ночи мне 
               вернуться домой в обход «Орбиты», чтоб не попасть в милицию? 
                А  ты будешь тут дрыхнуть, как фон-барон, как будто ни при чём?
                А я  там буду по дворам шарашиться? Да?
СЕРЕЖКА: - Как это... Цапушкина?
АЛИСА; - Так что для всех лучше если я до утра тут побуду. Не
               напрягайся,  мои предки на даче - искать не будут. Ванная где?
СЕРЕЖКА; - Что?
АЛИСА; - Ванная!
СЕРЕЖКА; - Какая...
АЛИСА; - Что «какая»? Или вы на речку купаться ходите?
СЕРЕЖКА; - Та - там...
АЛИСА; - Сам ты псих! 
Алиса идет в ванную.
СЕРЕЖКА; - Стой, как это Лариса? Как это...
АЛИСА из ванной; - Тебя самого обследовать надо!
СЕРЕЖКА; - Так значит я... а ты... вы... а мы... меня...
АЛИСА из ванной: - Лечить! Если уже кое-кто мальчика от девочки
              отличить не может, так это вообще клиника!
СЕРЕЖКА; - Почему? Я могу... отличить, но... это же как-то вблизи, как-то 
                днем, как-то... Бр-р-р!  Офанареть, можно! Обалдеть!
АЛИСА из ванной: - А может быть у кое- кого здесь болезнь сексуально
          ужасная? А? У кое-кого? А?
СЕРЕЖКА; - У кого это?
АЛИСА из ванной: - У кого? А ты себя не подозреваешь? А?
СЕРЕЖКА; - Я?
АЛИСА; - Ты! Ты!
СЕРЕЖКА; -  Я?
АЛИСА; - Вот, заладил...
СЕРЕЖКА; - Ты тут это... ты тут не очень-то. А то развыступалась. Еще не 
                    известно у кого тут болезнь...
АЛИСА выходит из ванной в огромном халате: - Что ты мне фыркаешь,  
              мальчик? Фыркает он еще. Где мне тут спать? Времени знаешь
               сколько?
СЕРЕЖКА: - Ты зачем взяла папин халат?
АЛИСА; - Семейная реликвия, что-ли? Я тебя спрашиваю - знаешь сколько
               времени?
СЕРЕЖКА; - Половина второго. Это халат папин!
АЛИСА; - Тебя заклинило? Я тебя не время спрашиваю - это риторический
               вопрос. Про халат я тоже не спрашиваю... Риторический -
               обозначает что спать пора. И получается что я тебя спрашиваю, 
               постельные принадлежности где? И не нужно фыркать. Сам
               заманил, а еще фыркает.
СЕРЕЖКА; - Кто заманил?! Я заманил? Да ты сама вцепилась, как...
АЛИСА; - Постельные принадлежности!
СЕРЕЖКА; - Тьфу! - ищет в шкафу, - Заманил... Надо было к себе домой
             бежать, а то...
 АЛИСА; - Принадлежности!
 СЕРЕЖКА; - Вот твои принадлежности! Ложись здесь на диване. А я там.
                   В той комнате... Заманил, главное. Ну, прикол...
Сережка уходит в другую комнату. Расстилает свою кровать.
СЕРЕЖКА: - Дурдом, какой-то...
АЛИСА: - Что ты там бормочешь?
СЕРЕЖКА: - Говорю - погода хорошая.
АЛИСА: - Тебе сделали замечание, ты должен учесть его... А не ворчать, 
               как... как какая-нибудь лошадь.
СЕРЕЖКА открывает в своей комнате окно: - Какая еще лошадь?
 Алиса ложится на диване, Сережка в другой комнате - в свою кровать.  
 Прежде чем лечь, он выключает свет в своей комнате.
АЛИСА: - Доисторическая...
СЕРЕЖКА тихо; - Сама ты... лошадь доисторическая - громко: - Хорошо
                  еще, что нас не заметили... Заманил!... а то сидели бы сейчас в
                  милиции.  Дождь что ли пошел? Точно - дождь...
АЛИСА; - Ты что... окно что ли открыл?
СЕРЕЖКА; -  Еще коробку притащила... Заманил. Делать мне нечего... вот
                 на фига ты коробку тащила?
АЛИСА; - Не знаю... Схватила и это... Эй, ты еще не спишь?
СЕРЕЖКА; - Сплю... «Не знаю» -  так и скажи - испугалась.
АЛИСА: - Можно подумать ты не испугался...
          Шум дождя за окнами.
          СЕРЕЖКА: - Допустим...
АЛИСА; - Эй, а...это обязательно чтоб окно открытое?
На улице начинается гроза. Молния, гром.
АЛИСА; - Эй... ты не спишь? Как там тебя? Вы...
СЕРЕЖКА; - Сплю...
АЛИСА; - Эй... а ты... вы не боитесь?
СЕРЕЖКА; - М-м-м...
АЛИСА; - Что? Что вы сказали? А я... понимаете я...
Раскат грома.
АЛИСА; - Мама.
СЕРЕЖКА; - Спи уже...
АЛИСА; - Да? Спи... Вам хорошо, а я...
Алиса задергивает в своей комнате шторы. Затем пробует отодвинуть от  окна диван. Тот неожиданно легко сдвигается, роняя на своем пути, мебель.
СЕРЕЖКА; - Что?! Где?! - вскакивает.
АЛИСА; - Извините... Я просто от окна. Чтоб отодвинуть. А оно поехало...
СЕРЕЖКА; - Ты совсем уже?! Ты просекаешь, какой сейчас час вообще?
             А? Чтоб мебель двигать? Дурочка, что ли совсем?
АЛИСА; - Извините... От окна, чтоб... если они в окна полезут, так что
                   это...
СЕРЕЖКА; - Чего?!
АЛИСА; - Ну, что уставился? А если я, к примеру, боюсь спать около окна
              в грозу?
СЕРЕЖКА; - Вообще дурдом. Как шляться по ночам, чужие коляски
             хапать, так это ты не боишься, а как... Может тебе водки налить?
                      Чтоб ты остекленела, до утра? Ночью спят, врубись! Во всем мире,
                      врубись... а не диваны таскают. Трудная ты какая-то!
АЛИСА; - Да, ты сам боишься! Ага! Только вид делаешь! Думаешь, я не
             знаю.
СЕРЕЖКА; - Не очень боюсь. Потому что я логический. Понятно? И при
              чем тут  вид? «Полезут». Если б засекли уже б давно залезли.
              Думаешь, я не думаю головой? 
АЛИСА; - А может они как раз по следу - а? - идут.
СЕРЕЖКА; - Следов уже нету. Следы грозой смыло. Это же логически
             понятно.
АЛИСА; - А может лучше... может вам к ноге веревочку привязать? На
             всякий...
СЕРЕЖКА; - Чего?!
АЛИСА; -  Ну, веревочку. Чтоб я знала что вы на месте. В безопасности.
                 Что никуда не это. И с вами это... Ну, чего ты на меня уставился?
                Откуда я знала, что у вас тоже стреляют?!
СЕРЕЖКА; -  Зато я знаю теперь точно у кого здесь болезнь. Кого тут
              лечить надо... Спи, давай. Придумала тоже - веревочку... Совсем
                       уже чиканулась...
АЛИСА; -  Как ты только можешь спать после всего, что случилось...
Сережка уходит в свою комнату, и ложится в кровать. Алиса замечает на полке игрушку. Нажимает на крышку. Из шкатулки выпрыгивает чертик и с хохотом хватает Алису за палец. Алиса визжит.
СЕРЕЖКА; - Не суй нос, куда тебя не просят...
АЛИСА; - Что это?
СЕРЕЖКА; - Специальный прибор для любопытных девочек. Кладешь на
            крышку нос и бац!
АЛИСА; - Ну и болваны ваши конструкторы... Ты еще не спишь?
СЕРЕЖКА; - Сплю...
АЛИСА; - Это компьютер? Да? Что? Я говорю - родители твои где? Что?
        Ты еще не спишь? Нет? Я говорю, как вы только не боитесь жить на
        первом этаже, без решеток. Что? Нет, я на шестом этаже. У нас   
        решетки, хотя немыслимо, как грабители на шестой этаж влезут. 
                 Смешно, правда? Тетка моя Маргарита, ой, она такая трусиха, еще
                 больше чем я. Хотя, конечно,  у вас окна во двор и вообще свой дом.
                 Представляешь, в украинский борщ нужно обязательно добавлять        
                 сахар. Уму непостижимо - сахар. Нет, ты скажи... Что? Что  вы 
                 говорите? Ну да, вон у вас какой забор высоченный... Эй... Ты не
                спишь? Я...   я около вас тут побуду? Ничего? Я тут тихонько...
Алиса переходит в комнату Сережки. Гроза. Гром. Молния.
АЛИСА;- Как же можно спать... Ой! Мама... Вы, наверное, нарочно
         притворяетесь? Что? Спит... Окончательно уснул. Что же... как же
          мне... Мама... Он спит, а я.. а меня... Бог. Здравствуй, Бог. Ты 
          слышишь? Это я, твоя Ветка. Может ты думаешь, что я  только,
                    когда мне страшно? Думаешь, что я к тебе  подлизываюсь? Да? Ты
                   не думай... не думай... Может и  подлизываюсь. Ой! Спасибо!
                   Пролетело  мимо. Спасибо, Бог. У тебя, конечно, другие проблемы.
                   Люди... Мама!... тонут на Гаити. В Японии землетрясение.  И еще...
                   Ну. Ты и сам знаешь. Ой! Опять мимо пролетело, сообщаю тебе, Бог.
                   Спасибо... что...  Ты не думай, я тебе этого не забуду, только...
                    только не убивай меня. Ты добрый - добрый, я знаю. А то иначе,            
                   зачем бы тебе слушать... ой! Опять... мимо. Заодно уж...  Ты
                   присматривай за папой, ладно. И где он сейчас шляется?!  Ты же
                   знаешь, как я его люблю. А он такой... ой!. неосторожный. Это меня
                   бесит прямо! Вот вечно ему больше всех надо. Так и мама говорила.
                   Привет ей... тоже. Да, чуть не забыла... Не  показывай мне больше
                   этот сон. Ну, который... который с рукой в песочнице. Что я тебе... я
                   же... Ладно? Сам - то небось, такое не смотришь... Мне же тоже
                   страшно. А ты, как думал? Ну, ладно, буду прощаться, а то в самом
                   деле, делать тебе нечего, как только меня слушать. А в остальном все  
                  у меня хорошо, чего и тебе желаю... На сегодня все. До свидания, Бог.
                  Твоя Ветка... А этот... спит все. Разве можно уснуть в такой шум? А
                  может он... Не шевелится. Мама... Эй, вы... поднимите ногу, чтоб я
                  знала, что вы еще... Почему вы не шевелитесь? А ну поднимайся, а то,
                 как тресну! Коленом по чайнику!! А  то я ...
Сережка поднимает руку.
АЛИСА; - Мама!!
СЕРЕЖКА; - Может все - таки уоки-токи? Вместо веревочки?
АЛИСА; - Так ты... ты притворялся?
СЕРЕЖКА; - Делать мне больше нечего...
АЛИСА; - Притворялся специально мертвым, чтоб я... Вот так, да?!
Алиса уходит в свою комнату. Сережка встает, закрывает окно и ищет в шкафу веревочку.
АЛИСА; - Динь - динь - динь - злая волшебница умерла.
СЕРЕЖКА; -  Делать мне больше нечего как только искать всякие дурацкие
            веревки по ночам...
Сережка бросает Алисе конец бельевой веревки.
 АЛИСА: - Что это? Зачем?
СЕРЕЖКА: - Сама же просила - «может привяжемся, если что дернем!» -
             бред!
АЛИСА: - Да? Я такое говорила?
СЕРЕЖКА: - Давай уже, привязывайся.
АЛИСА: - И правда дурость...
СЕРЕЖКА начинает собирать веревочку: - Не хочешь, не надо...
АЛИСА: - Куда?! Ладно, уговорил!
Алиса хватает конец веревки.
         СЕРЕЖКА: - «Уговорил». Больно мне нужно уговаривать... - тихонько: -
                          То пищит, то бродит, как... как я не знаю что...
АЛИСА; - Ты мне поворчи - поворчи...
Сережка обматывает свою щиколотку другим концом веревки и ложится.
АЛИСА; - Тебя как зовут?
СЕРЕЖКА; -  Сергей. Фамилия Трефилов. Все? Ну, тогда спокойной ночи.
АЛИСА; - А меня зовут... А-а, ты уже  знаешь. Ну, так вот что я тебе скажу
            Трефилов... Если бы тебя застрелили там, ты бы был самым тихим и
             спокойным и бесстрашным покойником в мире. Ты бы лежал себе 
             такой... задумчивый весь... бр-р-р, что это я говорю.
СЕРЕЖКА; - Замолчишь ты, когда нибудь, вообще?
АЛИСА; - Вот-вот,  теперь ты будешь проклинать меня всю
           оставшуюся жизнь. Она сломала мне судьбу. Из-у-ве-чи-ла. Она 
           двигала диван. Привязывалась веревкой.  И в то время когда я весь
           логический, она такая вся наоборот, хоть и замечательная в душе.     
           Вся наоборот! Только об этом я, непроницательный, не
           догадывался. Оскорблял ее грубыми выражениями, кричал на нее,
           уродовал льдом. И вот, однажды проснувшись рано поутру, я
           обнаружил ее остывший...
СЕРЕЖКА; - Труп!
АЛИСА; - Дурак! Ее остывший след и лишь неземной, божественный,
           обалденный аромат ее очень дорогих духов, потому что дешевые я
           не переношу, в минуту скорби и печали будет напоминать мне о
           ней. О!  Она исчезла, ушла, не попрощавшись, и я навсегда потерял
           замечательную возможность подружиться с этим прекрасным   
           человеком. Это был ангел. А я прошляпил... В душе моей 
           навсегда образовалась трещина! О!
СЕРЕЖКА; - В мозгах у меня образовалась трещина от тебя...
АЛИСА; - Очень смешно. Ну-ну, дальше.
СЕРЕЖКА; - Дальше? И это еще нужно посмотреть кто из нас прекрасный
            человек. Чтоб потом какой-то Ларисе локти не пришлось кусать:
            дура я дура, зачем я чужую коляску хватала...
АЛИСА; - Я так и знала! Так и знала! Коляску! Я думала что это моя. Там
             же  темно было. А потом, когда ты уже выскочил...
Алиса начинает собирать веревку.
СЕРЕЖКА; - Выскочил?! Это ты выскочила. Я ничего не врубаюсь - какой-
           то пацан тащит коляску. Я по хорошему - спросить хотел, чего ты
           чужое добро хватаешь? А он как заорет - я потею.
АЛИСА; - Это я хотела сказать - замочу. Я запуталась, я хотела сказать
        замочу, ну в смысле прибью, а забыла. Вылетело из головы. Стою
        думаю, что-то с полосканием связанно. С чем-то мокрым. Как мокрым
        подумала, так и ляпнула - потею.
СЕРЕЖКА; - Меня это разозлило - думаю, он еще и потеет. Я тут с
            веником ползал потел, а он потеет.
АЛИСА; - Да, очень жалко.
СЕРЕЖКА; - Нашла чего жалеть. Там пони каждый день катают...
АЛИСА; - Не то. Жалко, что кто родился в девяностом, тому уже семь...
СЕРЕЖКА; - И что?
АЛИСА; - Потом еще семь, еще... Мне умирать совсем не хочется. Ты
             лежишь, как дурочка в гробу, а на тебя все смотрят. Я и так
             стесняюсь когда на меня все... а тут... Вдруг у тебя в одежде что-то
             расстегнулось. Или прическа...
СЕРЕЖКА; - А ты что... эта? Беженцы с Юга?
Натянувшаяся веревка дергает Сережку за ногу и обвисает.
АЛИСА; - С Севера! Подслушивал все-таки...
СЕРЕЖКА; - Я нечаянно... Я хотел спросить, ты Ветку... ну это...
АЛИСА: - Так меня зовет папа. Все?
СЕРЕЖКА: - Чё ты... не обижайся. Я понимаю - ты наверное по родине 
                скучаешь, и это... Люди скучают по родине.
Сережка собирает веревочку.
АЛИСА; - В природе нет никакой родины. Хорошую страну родиной не
         называют. А вот там где убивают людей... так это Родина. Что ты там
          хихикаешь? Как только что-нибудь противное, или взорвется  
          что-нибудь, или война, так сразу Родина.
Натянувшаяся веревочка дергает Алису за руку.
СЕРЕЖКА; - А помнишь, какой видок у тебя был, когда лед растаял? 
АЛИСА; - Ужасный вид у меня в этих шортах. Это все Маргарита - одень
        да одень.
СЕРЕЖКА; - При чем тут штаны, когда голова...
АЛИСА; - Как голова? Что ж, я по - твоему уродина?
СЕРЕЖКА; - Почему? Может даже и это... И наоборот. Ну, это - красивая.
              Только это... тонкая только.
АЛИСА: - Чего?!
СЕРЕЖКА: - Но это ничего. У меня по парте сосед, Сашка, взял и отъелся.
                 А  то пока болел совсем дистрофаном стал.
АЛИСА; - Вот спасибочки! Значит я больная?
Алиса собирает веревку.
СЕРЕЖКА; -  Почему больная? Я просто хотел сказать... Ну, вот забыл.
АЛИСА; - Вот так всегда. Надумает мальчишка сказать девочке
       комплимент, и обязательно наговорит гадостей: больная, тощая,
       шорты не те. А потом сделает жалобное лицо и... забыл.
СЕРЕЖКА; - Какая-то путаница. Про шорты я не говорил. Это я точно
       помню. Я просто хотел сказать... тьфу, забыл! Вот вертится, а
       вспомнить не могу.
АЛИСА; - Наверное, ты просто стесняешься. Наверное, ты хотел сказать,
       что нибудь про мои глаза. Да? Какие они красивые. Поэтому давай
       дружить. Да? А потом застеснялся и сделал вид что забыл. Да?
СЕРЕЖКА; - Это я что ли хотел про глаза? Ерунда, какая-то!
АЛИСА: - Значит мои глаза тебе не нравятся. Мои глаза какая-то ерунда,
              кое для кого. Так что ли?
СЕРЕЖКА: - Почему ерунда?
АЛИСА: - Ага! Раз не ерунда, значит красивые...
СЕРЕЖКА: - Отстань...
АЛИСА; -  Чтоб не уснуть... они пороли чушь... Чушь визжала...
СЕРЕЖКА; - Трудно с тобой говорить. Совсем никакой логики.
АЛИСА; - Тогда говори сам с собой. И вообще, чего ты наезжаешь?
Натянувшаяся веревка дергает Сережку.
СЕРЕЖКА; - Нет, вообще-то ты правильно сказала, лицо у тебя красивое...
АЛИСА; - Ну, наконец-то влюбился...
СЕРЕЖКА; - Я?!
АЛИСА; - Начинается... Тут в меня, давно, еще в первом классе тоже один
            влюбился. Так я его полгода просто разглядеть не могла. Только я 
            повернусь - он - шурх- в учебник, или под парту. Только бледные
            уши сверкают...
СЕРЕЖКА; - Не я не такой... Значит так - лицо у тебя тоже красивое. Когда
            молчишь - особенно.
АЛИСА; - Трефилов!
СЕРЕЖКА; - А что? Я объективный. И нос тоже курносый. Как мне
                 нравится. И это... прическа. Да. И вообще...
АЛИСА; - Все?
СЕРЕЖКА; - Да и шорты ничего.
АЛИСА; - Все сказал?
СЕРЕЖКА; - Все.
АЛИСА; - И сразу видно, что ты, Трефилов, ничего не понимаешь в любви.
            Вначале нужно было что?
СЕРЕЖКА; - Ничего не нужно.
АЛИСА; - Как это ничего? А какие нибудь знаки подавать нужно или не
            нужно? Или хотя бы страдать, чтоб заметно окружающим было что
            человек мучается? Или там, для себя, зубами скрежетать во сне,
            подушку жевать? Грезить, наконец!
СЕРЕЖКА: - Чего?
АЛИСА: - Грезить! Ну? Грезить, понимаешь?
СЕРЕЖКА; -  Что касается зубов... Зубами скрежетать - это от нервов. Или
               от глистов. А грезить, это я не въезжаю...
АЛИСА; - Ну - у, Трефилов! Ну, ты совсем, ну ни капельки, ну ни вот
            столечко, не разбираешься в любви!
СЕРЕЖКА; - Кто не разбирается?! Я не разбираюсь?!
АЛИСА; - Ты!
СЕРЕЖКА: - Я?!
АЛИСА;- Ты! Ты!
СЕРЕЖКА: -  Да что там разбираться. Вместо того чтоб дурацкие знаки
              подавать, надо...
АЛИСА;- Ну?
Натянувшаяся веревка дергает Алису.
АЛИСА; - Ну? Что вместо знаков?
СЕРЕЖКА; - Только «давайте дружить», это тоже детский сад.
АЛИСА; - Ты смешной... но странный. Может ты коварный?
СЕРЕЖКА; - Нет... я не такой. Это на меня что-то напало. Нахальство
               какое-то.
АЛИСА; - Буря, какая поднялась...
Алиса собирает веревочку.
СЕРЕЖКА; - Буря...
АЛИСА; - Слушай... у тебя есть своя маленькая секретная сказка?
СЕРЕЖКА; - Как это?
АЛИСА; - Ну, вот так, слушай. Это было давным  давно, в тридевятом
             царстве, в тридесятом государстве, когда я еще была маленькой.
             Как-то однажды папа вернулся с первого в своей жизни
             родительского собрания. Мы вместе зашли на работу за мамой.
             Вечер. Ветер... такой... Папа кричит; - " Представляешь! У них
             классная, такая классная тетка!» А мама ему; - « Юрий! Исключай
             идиомы». А папа свое; - « А физрук? Фанат и вообще весь в
             адидасе». А мама; - « Юрий! Ребенок. Юрий! Идиомы». Так мы
             шли, а у папы плащ на ветру развевался, как крылья... Так хорошо
             было. Всё. Конец сказке.
СЕРЕЖКА; - А я помню, зимой, у дедушки. Он у нас в деревне живет. Я
              еще тогда тоже маленький был. Мы утром вышли из дома, и...
              солнце такое и чистота и снег белый до горизонта. А я плачу... как
              дурак. Не знаю почему. Как будто мне жалко этого огромного,
              блестящего этого снега...
АЛИСА:- Слушай, а почему у тебя телевизор черно-белым показывает? Это
             у вас он сломался?
СЕРЕЖКА; - Это я люблю так... Я цвет вырубаю нарочно. Я люблю черно-
              белое. И кино.
АЛИСА: - Да? Странно...
СЕРЕЖКА: - Выключишь цвет и знаешь что интересно? Вот цвет -
                 зеленый, и фиолетовый, это же разные цвета?
АЛИСА: - Разные, ну и что?
СЕРЕЖКА: - Они одинаковой серости. Одинаково серые. Вот так иногда
                кино смотрю и начинаю угадывать какого цвета капюшон у
                какой-нибудь там этой... ведьмы, или какого цвета машина у
                убийцы, или... понимаешь?
АЛИСА; - Какой же цвет у ветра...
СЕРЕЖКА: - Нет, я серьезно. Вот представь; идет человек - костюм
               красный, галстук оранжевый, перчатки синие. Как ты к такому
               человеку?
АЛИСА; - В жизни, так разве что клоун одевается...
СЕРЕЖКА: - Вот. А цвет выключишь и совсем другое дело - очень
                 серьезный человек, потому что все серое. Разной степени
                 серости.
АЛИСА; -  Лучше клоун, чем серое...
СЕРЕЖКА: - А никто и не говорит, просто... Не знаю как тебе сказать.
                Может это у меня с детства. Я когда у деда жил, мы постоянно
                смотрели хронику. Он меня прямо затравмировал хроникой, дед.
                И у меня так осталось наверное от этого, что черно-белое это как-
                то... Смеяться не будешь? Что оно честнее. Ну, и как бы это...
                больше веришь, если нет цвета. Как документальное.
               Врубаешься?  Вот  когда дома никого, я выключаю у телека цвет.
               Тогда даже фантастика по другому как-то смотрится. Как будто я
               сам уже в будущем и смотрю хронику будущего, но того будущего
               что уже для меня прошло.
АЛИСА; - Значит ты уже старичок. Старичок будущего.
СЕРЕЖКА: -  А скажи мне, внученька...
АЛИСА; - Что, сказать, дедушка?
СЕРЕЖКА: - Нет, ничего, это я так...
АЛИСА: - Слушай, тогда все что случается ночью - это правда, потому что
               ночью все черно-белое.
СЕРЕЖКА: - Как-то даже не думал...
АЛИСА: - А я не люблю когда музыка громкая. Я люблю когда музыка
             тихо, чтоб прислушиваться. У меня тогда... Я люблю
             прислушиваться.
Веревка дергает Сережку. Алиса садится в постели и вдруг неожиданно замечает исчезновение медальона. Он висел у нее на шее, на веревочке. Лариса начинает осматриваться.
АЛИСА; - Меня, между прочим, зовут не Лариса. И не Цапушкина.
СЕРЕЖКА; - Не понял.
АЛИСА; - Ну, я пошутила. Сам подумай - Ца-пуш-ки-на. Ну и фамилия.
Алиса включает телевизор, чтоб заглушить шум передвигаемых ею в поисках медальона стульев и прочих вещей.
Голос из телевизора: - ...трогательная и самая глубокая черта детства - бессознательная вера в необходимость здравого смысла...
СЕРЕЖКА: - Эй, ты зачем телек врубила?
Голос из телевизора продолжает: - Следовательно, раз в чем-то нет
           здравого смысла, надо искать, что исказило его или куда он
            затерялся.
АЛИСА: - На самом деле меня зовут Настя Соколова. А Цапушкину я
              придумала, когда хотела, чтоб меня пожалели. Чтоб не обижали. 
              Ларисонька мы тебя не обидим...
Голос из телевизора продолжает: - Детство верит, что мир разумен, а все
            неразумное - это помехи, которые можно устранить, стоит
            повернуть нужный рычаг...
Алиса  в поисках медальона уходит в ванную.
СЕРЕЖКА; - Первый раз слышу, чтоб люди так запросто придумывали
             имена. Эй, ты куда?
Голос из телевизора продолжает: - Я привел эту цитату из Фазиля
          Искандера умышленно, чтобы...
Другой голос из телевизора: - Но какое отношение это имеет к 
           инфантильным взрослым?
Алиса выходит из ванной.
АЛИСА; - Еще не то услышишь. Слушай, ты не находил тут такую
            маленькую...  железненькую такую... на веревочке...
СЕРЕЖКА: - Чего? Выруби телек!
Голос из телевизора; - Расхожее заблуждение представлять инфантильного
           взрослого этаким маменьким, знаете ли, сынком, рохлей...
АЛИСА: -  Вот ты знаешь... в чем я носила навоз, пока не подобрала на
              помойке детскую коляску?
Голос из телевизора продолжает: - Зачастую это вполне, особенно на
           первый взгляд, уверенный в себе господин. Инфантилен он лишь в
           том, что совершенно по детски воспринимает... Вот как у Фазиля
           Искандера, он верит в то что достаточно нажать какую-то кнопку,
           или подвинуть рычаг и проблема будет решена. Он верит что любое
           зло это лишь помеха которую можно легко устранить. В то время
           как мир многомерен, в нем все оттенки радуги, полутона. И этот,
           знаете ли, своеобразный дальтонизм приводит...
СЕРЕЖКА; -  В чем? Выруби телек, что он орет у тебя?
АЛИСА выключает телевизор; - В пластмассовом таком бидончике и еще в
           целлофановой сумке.
СЕРЕЖКА; - Врешь!!
Алиса отчаявшись перестает искать медальон, берет бутылку и рюмку.
АЛИСА; - И вот как то пошел дождь. Ты же понимаешь - навоз раскис.
               Тяжелый стал. Я загрузилась и в троллейбус.
Алиса маленько выпивает...
СЕРЕЖКА; - И что?
АЛИСА; - А то! Ручка у бидончика вдруг, как бац! И весь этот навоз, как
               плюх! На пол. Чистейший, но наполовину с водой. А народ во все
               стороны. И из троллейбуса на первой же остановке.
СЕРЕЖКА; - А ты?
АЛИСА; - А что я. Я стою и улыбаюсь, как дурочка.
СЕРЕЖКА; - Ну, а дальше?
АЛИСА; - Дальше? Дальше все просто замечательно...
Алиса берет карандаш  и им нажимает на крышку игрушки - хохотунчика. И таким образом клинит игрушку. Игрушка ломается и время от времени похохатывает.
АЛИСА; - Тоже мне конструктора... А дальше... дальше у меня
             целлофановая сумка поползла. По закону подлости. Я ее и так и...
             всяко, но не спасла. И сумка тоже как бряк! Брызги! А я улыбаюсь.
             Представляешь? Стою как вонючий ужас ходячий. Как навозный
             монстр.
Алиса выпивает еще маленько и ставит бутылку на пол. Сережку душит смеховая истерика. Гром и молния утихают, хотя ливень идет по прежнему.
СЕРЕЖКА; - И что? Тебя не арестовали?
АЛИСА; - Пусть бы попробовали, вонючую такую. Короче - собираю
              остатки навоза... Нет, это вспоминать нельзя. От этого может...
              может... Короче - приезжаю, а тетка Маргарита на даче. По - вез -
              ло. Я навоз на балкон, в ящик из под этих... фруктов, а сама в душ.
Сережка идет в комнату Алисы.
АЛИСА; - Слышу - люди на улице кричат. Думала митинг. Потом глядь
              вниз... Вот что ты думаешь?
СЕРЕЖКА; - Не знаю...
АЛИСА; - Такое гадство - ящик, куда я навоз... Короче в нем были вот
              такие дырки. Он  же из под фруктов! И вот навоз капает, капает,
              капает... на головы прохожим. Бр-р-р!
СЕРЕЖКА; - Замолчи ...
АЛИСА; - Молчать! Я сказала. То есть... как это... К ноге - место - сидеть!
               Ну, да, по-собачьи я еще помню... когда была собакой. У меня
               была...
Алиса швыряет подушку в Сережку.       
СЕРЕЖКА; - Ты что? Обалдела?
Алиса поет и танцует;
                 - Маленькой елочке холодно зимой!
                 - Маленькой елочке хочется домой!
                 - Мы-мы - мы... На печечке сидят!
                 - Дедушка в этих вот... и-и... и сорок пять внучат!
Алиса роняет мебель.
СЕРЕЖКА; -  Ты что... пила, что ли? Ты пила?
АЛИСА; - А ты... собственно, кто такой?
СЕРЕЖКА; - Пила! А уже подумал...
АЛИСА; - Нет, ты кто такой? Я спрашиваю! А скажи-ка мне, мальчик, что
               ты делал ночью у «Орбиты»? У-у, какие примочки!
СЕРЕЖКА; - Вот дает!
АЛИСА; - Молчать! И не смотри на меня так, будто я к тебе придираюсь...
               Да! Я к тебе придираюсь. Свили тут гнездо, понимаешь...
               Устроили его... На чем я остановилась?
СЕРЕЖКА; - На гнезде.
АЛИСА; - Ну, да... птицы... цапли питаются ма-аленькими такими
                червячочечками такими... А ты, почему такой сердитый?
Алиса роняет на пол игрушку - хохотунчика. Карандаш выпадает, игрушка разблокируется, но поврежденный механизм смеётся приступами.
Игрушка: - Ха-ха-ха!
СЕРЕЖКА; - Соколова, ты не очень тут!
АЛИСА; - Что?! Господи... как тут жарко! Жалко! Не подходи ко мне!
СЕРЕЖКА; - Что с тобой?
АЛИСА; - Все! Только все грязное - грязное - грязное и ...вонючее! И     
               страшно!
Игрушка: - Ха-ха-ха!
АЛИСА; - Да ты посмотри, какие мы позорные со своим навозом!
             Стыдные какие... жарко!
Алиса распахивает окно и забирается на подоконник.
СЕРЕЖКА; - Упадешь и свернешь шею.
АЛИСА; - Пусть! Мама... Я гадость. Почему они стреляют?! Как же мне
            плохо. Сейчас меня вырвет... А меня никто не жалеет! Не бережет!
            Ага?!
Игрушка: - Ха-ха!
Алиса, оступившись, падает на улицу.
СЕРЕЖКА; - Стой!
Сережка бросается к окну, и запнувшись за веревку, падает.
Голос АЛИСЫ: - Пусть убивают...
СЕРЕЖКА; - А-а-а, черт! Блин! Началось в колхозе утро!
Сережка отвязывает веревку от ноги и выбирается в окно.
Голос АЛИСЫ; - На меня что-то упало... Тело чье-то... А-а-а, вот и ты!
                Маленькой ёлочке холодно... в лесу... в седьмом часу...
Голос СЕРЕЖКИ: - Ты что, с ума сошла?! Тихо!
Голос АЛИСЫ; - Тебе не нравится, как я по-пою... а как я та-танцую?
Шум падающего тела.
Голос АЛИСЫ: - Организм... сы-свалился... ха-ха-ха!
Голос СЕРЕЖКИ; - А ну вставай... Вставай, говорю! Давай, держись за...
Шум падающего тела.
Голос СЕРЕЖКИ; - Ну, что мне тебя на себе тащить?
Игрушка: - Ха-ха!
Голос АЛИСЫ; - Пусть я простужусь и умру... Меня никто не жалеет...
Голос СЕРЕЖКИ; - Жалеют. Ставь сюда ногу. Да, не сюда! Блин! Если
             логически подумать - таких людей не бывает, чтоб кто нибудь да не
             жалел. Теперь заднюю ногу. Левую.
Голос АЛИСЫ; - Эту?
Голос СЕРЕЖКИ: -  Где у тебя левая?
АЛИСА; - Тогда эту...
СЕРЕЖКА: - Да цепляйся же... Давай!
Ребята кое-как забираются обратно в дом через окно.
Игрушка: - Ха-ха.
СЕРЕЖКА; - Заткнешься ты, урод?!
Сережка пинает игрушку. Та с хохотом улетает в угол и затихает там.
АЛИСА; - Это я тут чуть не убилася, прямо...
СЕРЕЖКА; - Давай ложись, я укрою...
АЛИСА; - Только не ругайся, пожалуйста... хо-холодно мне...
СЕРЕЖКА; - Может тебе чая? Или давай включу телек. Только не прыгай
             больше в окно. Ладно?
Сережка включает телевизор и убирает звук.
АЛИСА; - А знаешь... меня ведь не Соколова зовут. Если че-честно... Лиза
              Гвоздева. А то умру от простуды и меня похоронят под
              выдуманным именем чужого человека. Соколова, это для
              смелости. Со-ко-ло-ва. Да? Что-то такое смелое... ястребиное. Да?
             Не буду больше врать... и сы-стану серой как... как... как хроника...
             у-у-у...
СЕРЕЖКА; - Вот это ты врешь...
АЛИСА; - Потому что не хо-хочу сереть... Я чая не хочу. Я колыбельную
                  хочу.
СЕРЕЖКА; - Что?
АЛИСА; - Колыбельную...
СЕРЕЖКА; - Я и не знаю... и вообще я...
АЛИСА; -  Это очень страшный случай. Су-слушай, соглашайся лучше на
            колыбельную, а то я тебя сейчас поцелую.
СЕРЕЖКА: - Да не знаю я!
АЛИСА: - Да? Ну тогда сейчас су-случится страшное...
СЕРЕЖКА; -  Вот привязалась... Ну, ладно - ладно, как там... Вот, черт!
              Естедей, о май трабл, симс соу фа эвей...  Нау ит... А-а, так я и
               знал - смеешься! Фиг я еще буду петь. Нашла дурака.
АЛИСА; - Я  смеюсь? Кто сказал что я смеюсь? Да, я смеюсь... Я думала ты
              нарочно подвываешь.
СЕРЕЖКА; - У тебя научился, как ты про елочку шпарила...
АЛИСА: - Какую еще?
СЕРЕЖКА: - Маленькой елочке, холодно зимой...
АЛИСА; - Это я пела, воспитанная девочка? Кошмар... Я ведь не пила
             никогда. Думала что усну. Я наверное сошла с ума, от всех этих
             выстрелов...
СЕРЕЖКА: - Да нет, у тебя ничего получалось...
АЛИСА: - Я как-то дружила с мальчиком. Ну это еще было давно, где-то в
              четвертом классе.
СЕРЕЖКА: - Это с тем что под парту прятался?
АЛИСА: - Нет, с тем это так... А это было серьезно. Он меня из школы
               провожал. А потом нас задразнили, и он...
СЕРЕЖКА: - Испугался, что ли?
АЛИСА: - Просто шарахаться начал. Когда никого нет, он другой, а когда
               ребята рядом... Мне так противно стало, как будто я какая-то
               инвалидная. Стыдная. Что со мной рядом стыдно. Я так не думаю,
               но иногда... Как ты думаешь это  предательство?
СЕРЕЖКА целует АЛИСУ.
АЛИСА; -  Знаешь, у них внутри осколки зеркала Снежной королевы...
СЕРЕЖКА; - У кого?
АЛИСА; - Помнишь, там у «Орбиты» ты их назвал отмороженными... Я
              наверное от всех этих выстрелов сошла с ума. Мы там сидели в
              подвале...Рассказать?... У нас света не было. У меня от дня
              рождения остались такие тоненькие свечечки. Что в торт втыкают.
              Да? Рассказать? Погоди! С праздника осталось двадцать две
              штуки и один маленький зелененький огрызочек. Наверху все
              взрывалось. С нами бабушка еще сидела... Или не надо? Не
              перебивай! В подвале было окошко. Ничего все равно не видно.
              Песочницу только. Из песка рука.  Ку - кольная. Мы боялись, что в
              окно гранату. Темно. В темноте не разберут. Жгли свечки. Они
              медленно горели. Я думала - как сгорит последняя, нас сразу. Это
              мне в голову вбилось. Мама пошла за водой. Вода у нас. Нам воды
              мало...Не вернулась. Потом я в больнице. Потом я уже
              вылечилась. А у «Орбиты»...и как снова. Понимаешь? Опять... Но
              теперь уже лучше. Уже... Понимаешь?
СЕРЕЖКА: - Может он просто застеснялся... Может он стеснительный.
АЛИСА: - Кто?
СЕРЕЖКА: - Ну тот, с которым ты дружила.
АЛИСА: - Не знаю. Мне кажется я  бы так никогда не смогла своего
             друга...
СЕРЕЖКА: - Что такое вообще предательство?
АЛИСА: - Наверное не сдержать слова.
СЕРЕЖКА: - А если никто не давал никакого слова?
АЛИСА: - Тогда... обмануть.
СЕРЕЖКА: - Просто обмануть, это предательство?
АЛИСА: - Ну... наверное, только тогда предательство если тебе верят.
СЕРЕЖКА: - Значит обыкновенный честный человек нечаянно предателем
                 быть не может?
АЛИСА: - Наверное не может. Что ты мне говоришь, как это «нечаянно»?
СЕРЕЖКА: - Ну а если он наш разведчик? Они ему верят, он клянется им?
АЛИСА: -  Фигушки-фиг, нашим-то он еще раньше клялся.
СЕРЕЖКА; - Ну, так им то он не говорит, что клянется понарошку...
                 Смотри-смотри, какая смешная рожа!
Сережка включает звук телевизора. Голос Щеглова простужен.
Голос ЩЕГЛОВА; - ...у них сообщники.
Голос Журналиста: - Итак, в результате ночного налета, из офиса
                         «Кредитэкспортбанка», арендующего второй и третий этажи
                          магазина «Орбита», похищено шестьсот тысяч долларов.
                          На экстренном заседании совета директоров банка,
                          объявлено решение выплатить премию в размере
                          пятнадцати процентов от похищенного, тому кто окажет
                          реальную помощь следствию в поиске пропажи.
СЕРЕЖКА; - Это сколько же... м-м... девяносто тысяч?! 
АЛИСА; - Да.
СЕРЕЖКА; - Значит, пока эти там грабили, мы, как дураки ползали под
               пулями?
Голос Журналиста: - ...А вот мнение, Глеба Александровича Щеглова,
               известного в нашем городе криминалиста? У вас уже есть
               прикидки относительно личностей грабителей?
Голос ЩЕГЛОВА; - Работаем, работаем... Ищем.
Голос Журналиста: - Вы смотрели репортаж переданный нашим
               корреспондентом с места ограбления. Оставайтесь с нами.
Сережка выключает телевизор.
СЕРЕЖКА; - Обалдеть! Шестьсот тысяч! Вот это да!
АЛИСА; - Хоть бы эта ночь закончилась скорее.
СЕРЕЖКА; - Прикинь! Тут такими бабками люди ворочают, а мы с тобой
               навоз дачникам продаем! Нам бы эти деньги, да?
АЛИСА; - Ты, не слышал?
СЕРЕЖКА; - Хоть бы раз в жизни повезло! Один единственный раз. Ты
               представляешь что такое шестьсот тысяч? Да на эти деньги
               можно... хоть что хочешь можно!
АЛИСА; - Тише! Как будто машина остановилась...
СЕРЕЖКА; - Что?
АЛИСА: - Мне показалось что машина остановилась..
Ребята прислушиваются.
СЕРЕЖКА: - Да нет, показалось. Шестьсот тысяч... И почему так в жизни?
               Если большие деньги, так обязательно не тому, кто умеет их
               тратить. Вот увидишь, сейчас эти начнут пить водку, шмотки
               покупать, их вычислят и схватят. Или начнут делить и
               передерутся.
АЛИСА; - Да, показалось...
СЕРЕЖКА; - Как будто нельзя с большими деньгами нормальным
               оставаться человеком. А то в кино; только людям деньги - они тут
               же убивать друг друга. Вот я думаю это ерунда. Если вот так
               логически подойти...
АЛИСА; - Сережа, ты входную дверь закрывал?
СЕРЕЖКА; - Что?
АЛИСА; - Ты, когда коробку выкидывал, что я принесла, входную дверь
              закрывал?
СЕРЕЖКА; - Не помню...  Погоди, сейчас гляну.
Сережка идет к двери. Дверь открывается. На пороге промокший, Щеглов Глеб Александрович. Он крайне простужен, со всеми вытекающими отсюда подробностями, как то кашель, насморк и прочее.
АЛИСА; - Мама...
ЩЕГЛОВ; -  Спокойно. Всем оставаться на своих местах.
СЕРЕЖКА; - Что вам...
ЩЕГЛОВ; - У вас тут не заперто...
СЕРЕЖКА: - Вы кто?
ЩЕГЛОВ: - Милиция.
Щеглов предъявляет удостоверение.
СЕРЕЖКА читает: - Старший следователь... управления внутренних...
             Щеглов Глеб Александрович.
АЛИСА; - Вас по телевизору показывали, - Сережке; - Это его по телеку
             показывали.
ЩЕГЛОВ; - Раструбили уже...  Взрослые дома? Ну, там, папа, мама,
              бабушка? Черт,  ну и погода... - чихает, сморкается.
СЕРЕЖКА; - Никого нет, кроме вот нас...
ЩЕГЛОВ; - Одни? Не дело... а почему дверь не заперта?
СЕРЕЖКА; - Они в командировке. Они в следующее воскресенье вернутся.
             Они за вещами, ну «челноки», а что?
АЛИСА; - Может... может вам чая?
ЩЕГЛОВ; - Следовательно одни. Скверно...
АЛИСА; - Или кофе может?
ЩЕГЛОВ; - Что?
АЛИСА; - Или может вам...
ЩЕГЛОВ; - Будешь говорить, когда я тебя спрошу. Не иначе. Понятно?
АЛИСА; - Да.
ЩЕГЛОВ; - Фамилия. Адрес.
АЛИСА; - Половинкина Наташа. Садовая девятнадцать. Квартира сорок
             четыре. Помогаю Юре делать уроки.
ЩЕГЛОВ; - Уроки... А тебя, следовательно зовут Сергей? Ты Трефилов?
                     Так?
СЕРЕЖКА; - Откуда вы знаете?
АЛИСА; - Юра, здесь живет такой Сергей Трефилов?
ЩЕГЛОВ; - Черт побери! Я тебя просил молчать! И заруби себе на носу -
             вопросы здесь задаю я!
АЛИСА; - Молчать, так молчать. Я просто хотела... оказать содействие. А
               если кому-то не нужно помощи...
ЩЕГЛОВ; - Три часа назад был ограблен банк. Улавливаешь, Трефилов?
             Так вот очень хотелось бы мне знать, что ты делал в это время, где
             и с кем. Постарайся врать убедительнее. Это твое алиби.
СЕРЕЖКА; - Вы думаете... это я ограбил банк?!
АЛИСА; - Он спал...
ЩЕГЛОВ; - Пороть вас надо, вот что я думаю. Чтоб не шлялись по ночам.
              Как сидоровых коз. Вот, что я думаю. Уроки они делали. Вот я
              своих порол и ничего, людьми выросли. Спал он. В таком случае,
              что это?
Щеглов предъявляет Сережке, его записную книжку.
АЛИСА; - Вот это? А действительно...
ЩЕГЛОВ; -  А с тобой разговор у меня будет отдельный, гражданка, как
               там тебя... Серединкина...
АЛИСА; - Почему?
ЩЕГЛОВ: - Потому! Итак, повторяю вопрос - что это такое? Молчим.
               Хорошо. В таком случае я помогу тебе вспомнить.  Открываем
             это дело и на первой странице и что же мы видим? А видим мы вот
             что: Трефилов Сергей. Ну, тут немного намокло... А вот здесь,
             прошу обратить внимание - адрес. А тут вот дальше самое
             интересное.  Начиная с января месяца, каждую субботу и
             воскресенье с 00.15. по 00.45 ты бывал у магазина «Орбита».
            Похвальная пунктуальность. Похвальная. Вот только на этот раз
            она сыграла с тобой злую шутку. Вот запись с этой пятницы на 
            субботу. Или хочешь графологическую экспертизу? Подумай. Итак, 
            исходя из вышеперечисленного я могу смело, с большей долей
            вероятности, предположить, что и сегодня в момент ограбления
            банка, ты находился у магазина. Где я и подобрал эту записную
            книжку. Она лежала рядом с опрокинутой детской коляской. На
            коробках с навозом. Вот такое невероятное фантастическое
             совпадение. Кстати, есть еще одна улика, но о ней позже...
СЕРЕЖКА; - Да. Это мой блокнот.
ЩЕГЛОВ; - Ну вот, это другое дело. Сразу видно, что ты умеешь делать
            логические выводы. А то - чай, кофе... А? Серединкина? То-то, же...
 АЛИСА: - Просто, вы мне напомнили Коломбо...
ЩЕГЛОВ: - Итак, по порядку - что ты делал ночью у «Орбиты»?
СЕРЕЖКА; - Там пони... ну, лошади по выходным детей катают. Собирал
            навоз.
 ЩЕГЛОВ: - Зачем тебе навоз?
 СЕРЕЖКА: - Так удобрения дачникам на продажу.
 ЩЕГЛОВ: - Дальше!
 СЕРЕЖКА: - Складывал в коробки, и на коляске, я ее нашел на помойке,
              домой. Тут фасовал в сарае... Это же не запрещено.
 АЛИСА; - Теперь вы его... арестуете?
ЩЕГЛОВ; - Нет, я тебе рот заклею!
АЛИСА; - А что я? Я ничего...
ЩЕГЛОВ; - Коробки где брал? Ну, эти, под навоз.
СЕРЕЖКА; - Да там за магазином их знаете сколько валяется? Они
             распакуют аппаратуру и выкинут.
ЩЕГЛОВ; - Дальше.
СЕРЕЖКА; - Началась стрельба.
ЩЕГЛОВ; - А ты?
СЕРЕЖКА; - Убежал.
АЛИСА; - Пластырем, что ли?
ЩЕГЛОВ; - Что?
АЛИСА; - Ну, рот заклеите...
ЩЕГЛОВ; - Еще одно слово и мы будем заканчивать нашу беседу в камере
            предварительного заключения ближайшего отделения милиции!
            Все понятно?
АЛИСА; - Да.
ЩЕГЛОВ; - Продолжим... Итак, ты убежал и все бросил?
СЕРЕЖКА; - Все.
ЩЕГЛОВ; - Подумай. Я тебя не тороплю, это очень важно. Быть может у
            тебя было что-то в руках?
СЕРЕЖКА; - Да, точно. Одну коробку я схватил.
ЩЕГЛОВ; - Зачем?
СЕРЕЖКА; - Не знаю... Испугался.
ЩЕГЛОВ; - Хорошо. Куда потом ты ее дел?
СЕРЕЖКА; - Не помню... А! Тут валяется, во дворе. А в чем собственно
                   дело?
ЩЕГЛОВ; -  Что ж, подведем черту. Вы там были вдвоем. Это я точно
                  знаю...
АЛИСА; - Откуда вы знаете, что вдвоем?
ЩЕГЛОВ; - Потом объясню откуда я знаю это. Итак, вы вдвоем, около
            «Орбиты» собирали свой навоз. Перед налетом преступники
              подобрали, там же где и вы, на свалке, пустую коробку. А может и
               с собой принесли, это не суть важно, так как внешне их
              коробка ничем не отличалась от ваших. Грабители сложили в нее
              украденные деньги. А когда началась пальба, они, ее впопыхах
              обронили. Лишь фантастическим стечением обстоятельств, 
              можно объяснить тот невероятный факт, что вас нечаянно не
              подстрелили. Более того, вам удалось незамеченными скрыться с
              места происшествия, прихватив шестьсот тысяч долларов,
              наличными. Ну, преступников мы взяли... Таким образом надеюсь
              вам объяснять не нужно, что с вами произойдет, если сообщники
              преступников вас отыщут и явятся за деньгами?
СЕРЕЖКА; - Чего шестьсот?
ЩЕГЛОВ; - Долларов, Трефилов. Долларов.
АЛИСА; - Это те самые, что по телевизору?
СЕРЕЖКА; - Тех самых?!
АЛИСА; - Так это что, это та самая коробка которую я... Это в той самой
               коробке что я... шестьсот тысяч?!
ЩЕГЛОВ; - Ну, герой, давай тащи сюда свою коробку. Где там она у тебя?
СЕРЕЖКА; - Шестьсот тысяч! Обалдеть можно!
ЩЕГЛОВ; - Ну, давай-давай тащи, потом обалдеешь...
Сережка выходит.
ЩЕГЛОВ; - Да не вздумай бежать! Слышишь? Обалдеет он... Эх, не был я
                в этом районе, сколько же это? ну да, лет пять и ты погляди,
                каких особняков понастроили. А, Серединкина? Да, в мое время
                мы навоз ночами не подбирали. И не страшно, шарашиться? А?
АЛИСА; - Страшно...
ЩЕГЛОВ: - Охота пуще неволи...
Сережка возвращается с коробкой.
СЕРЕЖКА; - Вот, та самая.
ЩЕГЛОВ; - Так, говоришь не открывали?
СЕРЕЖКА; - Нет.
ЩЕГЛОВ; - Ну, вот и все, пацаны. Вот и все. Как- то я по другому
            представлял свое последнее дело. Это ведь последнее у меня дело.
            Теперь на пенсию, пропалывать грядки...
Щеглов наклоняется к коробке на полу...
ЩЕГЛОВ; - Елки...
АЛИСА; - Что с вами?
ЩЕГЛОВ; - Вот... этого... я и боялся... Радикулит, пацаны...
СЕРЕЖКА; - Что?
АЛИСА; - Вам плохо?
ЩЕГЛОВ; - Ну да, смешно... знаю... куда бы... мне... здесь... прислониться,
               что ли.
АЛИСА; -  Может, нам... Может, позвонить в милицию? Вашим, чтоб
              приехали?
СЕРЕЖКА; -Я сейчас!
ЩЕГЛОВ; - Стой, куда?! Брось телефон! Брось, я сказал. Нельзя! Ты что?
                Нельзя... Позор... Поехал на задержание... и радикулит... Нельзя... 
                Мне бы...
СЕРЕЖКА; - Может вам таблеток каких?
ЩЕГЛОВ; - Прилечь бы мне. На пять минут. Немножко...А?
АЛИСА; -  Правильно... Вот сюда. Плащ давайте...
СЕРЕЖКА; - Осторожнее... Так вот. Подушку.
Сережка и Алиса укладывают Щеглова.
ЩЕГЛОВ; - Не то скверно, что будут смеяться... это я привык... а то, что
              повод дам, чтоб на пенсию...
СЕРЕЖКА; - Вы же сами говорили, что это ваше последнее дело...
         АЛИСА; - Давайте ваши ботинки снимем.
ЩЕГЛОВ; - Мало ли, что я говорил... Ты, что же думаешь... пенсия это
             курорт? Может еще уговорю оставить, а узнают что я тут как...
АЛИСА; - Аптечка в этом доме есть?
СЕРЕЖКА; - Не знаю...
АЛИСА: - Должны же быть лекарства! Ну, тебя лечили от чего небудь?
ЩЕГЛОВ; - Ничего не надо! Сейчас я. Отлежусь пяток минут...
АЛИСА; - Ну, хоть какие нибудь таблетки в доме есть?
СЕРЕЖКА; - А! Вспомнил! Сейчас...
Сережка убегает за аптечкой.
ЩЕГЛОВ; - Не надо. Отлежусь... немного и нормально. И домой.
              Дурацкая, какая-то ситуация... Вот же, черт, угораздило в самом
              деле.
АЛИСА; - Вы взрослый человек, а ведете себя, как ребенок. Ну, куда вы в
               таком состоянии? Как вы домой дойдете? Вам надо полежать.
               Знаете, я вам скажу, раз уж так вышло, у нашей соседки тоже так
               было. Точно так же. Так вот ее в таком состоянии согнутом, взяли
               с лавочки, где она сидела, тоже выслеживала всех. О, вы ее не
               знаете. Такая вредная и нудная, но все равно ее унесли. Хоть и
               пришлось нанимать грузчиков. Но не специально, конечно, а так
              как в соседний подъезд кто-то въезжал и они вещи вносили, и вот
              их и  наняли... Представляете?
ЩЕГЛОВ; - Ну и балаболка ты, Серединкина...
АЛИСА; - Ага. Это на меня находит. Но может вам от меня легче. Может
             это вас отвлекает. Вот меня отвлекает. Меня даже и на прививки
             когда, так мнем вот просто хочется чтоб кто-нибудь трепался,
              чтоб... Понимаете?
ЩЕГЛОВ: - Слушай... ты в Бога веришь?
АЛИСА: - Что, больно очень, да? Я верю... только он у меня свой. Личный.
              А что?
ЩЕГЛОВ: - А я нет...
АЛИСА: - А чему вы улыбаетесь? Понимаете, я так его не понимаю, когда
               он... ну, общий, что-ли. Ну, всехний.  
ЩЕГЛОВ: - Смешно... Даже Бог личный.
Сережка возвращается  с аптечкой.
СЕРЕЖКА; - Вот она! Аптечка! Помню же, видел где-то... оказалось в
                комоде,  почему-то.
АЛИСА; - Так, сейчас посмотри...  что тут у нас? Хорошо бы вам банки 
             поставить... Я как раз недавно освоила технологию. Во! Градусник!
ЩЕГЛОВ; - Какие еще к черту, банки? Какой градусник? Прекратите эти
               дочки - матери!
АЛИСА: - Градусник всегда ставят. Зачем вы отбиваетесь...
СЕРЕЖКА; - Вам двигаться нельзя, а вы ругаетесь. Банок точно нет. Я
              когда простужался, мама у соседки брала.
Ставят Щеглову градусник.
ЩЕГЛОВ; - Слушай, Сережа... открой ящик. Посмотреть хочу.
АЛИСА: - Там в красной упаковке должно быть анальгин... Только
                  написано по английски.
Сережка открывает ящик. Там деньги.
ЩЕГЛОВ; - Ну да - ну да... все верно... Они.
СЕРЕЖКА; - Никогда не видел столько денег сразу...
АЛИСА; - О! Это все доллары?
СЕРЕЖКА: - Еще бы! Даже как-то... бр-р-р!
ЩЕГЛОВ; - Делаешь из меня инвалида... Серединкина. Все таки гадость
                эти лекарства. Еще неизвестно от чего людей больше померло.
               От болезней или от микстур... Тьфу! Что это за... Тьфу!
АЛИСА; - ...Ворчит и ворчит... Ешьте! Стойте! Я же вам сказала из
               красной упаковки, а вы из синей! Выплюньте! Это я вообще не
               знаю что... То ли, ба-рал-гин какой-то, то ли вообще гадость
               какая-то...
СЕРЕЖКА: - Отравишь человека...
ЩЕГЛОВ: - Тьфу! А то я...Тьфу! Чувствую! Бр-р! Горькое! Вообще-то я
              дальтоник.
АЛИСА; - А это как?
СЕРЕЖКА: - Ну это когда цветов не различают, да? Елки, да они тут все в
              стодолларовых купюрах...
 АЛИСА; - Может действительно вам домой позвонить? Предупредить
                жену? Какой у вас номер телефона?
ЩЕГЛОВ; - Звонить не надо. Испугается. Сам дойду. Оклемаюсь немного
                и дойду. А то и так уже... чувствую себя в каком-то этом... 
                спектакле. В Шекспире.
АЛИСА; -  Разве можно было вам в насквозь простуженном состоянии!
                Вон ливень какой был, а вы блокнот искали.  Да у вас
                температура!
ЩЕГЛОВ; - Зря я машину отпустил. Который час?
СЕРЕЖКА; - Начало шестого.
ЩЕГЛОВ; - Что, Серединкина смотришь так? Да, старым быть противно.
                И скучно.
АЛИСА; - Может все таки позвонить вашей жене? Мы ей вежливо
                 объясним.
ЩЕГЛОВ; - В общем-то вот какое дело... Жены у меня нет. Так что
               звонить некому. Будь другом, Серега - у меня сигареты там, в 
               кармане плаща...
АЛИСА; - Вы же говорили, что есть жена.
ЩЕГЛОВ; - Мало ли что я говорил. Ну, была... А потом, в моем возрасте 
             не иметь жены - это уже как-то... неловко что ли. Неудобно как-то.
СЕРЕЖКА; - Да они размокли совсем.
ЩЕГЛОВ; - Жалко... Дело вот в чем, пацаны... Дело в том, что...                  
                 Постарайтесь меня понять потому что это очень важно. У тебя    
                 папа не курит?
СЕРЕЖКА; - Нет. Я их выкину?
ЩЕГЛОВ; - Да. Выбрось. На чем я остановился... Да. Все изменилось,
                 пацаны. Мир переменился. Я не успеваю. Перестаю понимать
                 логику, причинно - следственные связи поступков. Для моей
                 профессии это смерть. Все равно, что безрукий пианист. Двое
                 подонков избили женщину. И не ограбили. Не понимаю! Не
                 наркоманы. Просто так били. Некоторые гордятся, что берут
                 взятки. Не понимаю. Вот прозвище мне дали... Железный
                 Феликс, за то что взяток не беру. И на пенсию...
СЕРЕЖКА; - И отдыхайте себе...
АЛИСА; - Кто это Феликс?
ЩЕГЛОВ; - Был такой... чекист.
АЛИСА: - А чекист это кто?
СЕРЕЖКА: - Ну что ты привязалась к человеку?
ЩЕГЛОВ: - Были такие... очень серьезные люди... На чем это я? Так вот -
                 набрали, понимаешь, с юрфака пацанят  - им кажется,
                 что молодые лучше смогут. Вот и пришлось за ними ползать
                 там, у банка, подчищать... Поэтому о блокноте твоем никто не
                 знает. Нет его в протоколе. Хотелось соплякам нос утереть
                 напоследок. Красиво уйти хотелось. Пижонство, конечно... И
                 сторожем в тот же банк. А тут... Не курит, говоришь, папаша
                 твой?
СЕРЕЖКА; - Раньше курил, а потом бросил...
АЛИСА; - В вашем возрасте курить очень вредно.
ЩЕГЛОВ; - В моем возрасте, Серединкина, жить очень вредно. Лежу тут,
                  как... слизняк.  Вот смеху будет на все управление - если узнают.
СЕРЕЖКА; - Не узнают.
АЛИСА; - Мы не скажем.
ЩЕГЛОВ; - Да дело ведь не в этом - сам то я знаю. От себя не спрячешь.
               Ничего не попишешь - старость... И так получилось что ничего не
               скопил. Все работа, работа, будь она... Все думалось, ну вот еще 
               одно дело, еще одно, последнее, а потом буду
               жить. Да, нет, вру... не думал я так. Может я и работал, чтоб не
               думать.  И удавалось, пока здоровье было, пока помоложе... 
               И вот... время подводить итоги. Пенсия - гроши. Курить, вот
               хотел бросить, и то не получилось. Не женился тоже больше...
                Ребятишек? Тоже как-то... Все казалось, что это никогда не
                поздно... Не знаю как и сказать... За сорок лет службы я гроша
                ломаного не взял и  все это знают. Все! И подсмеиваются...
                Поэтому мне поверят. Другому не поверили бы, а мне поверят.
                Если скажу, что деньги не нашел. Что пошел по ложному следу. 
               Ведь развалить дело - раз плюнуть, без этого блокнота. Этого не
               знает разве что только дилетант. Эх, если б все дела доводились
               до конца... Ладно, не о том речь сейчас. Ну, посмеются разве что в
               управлении... скажут, что зря под дождем ползал, ну и спустят
               дело на тормозах. И вот я... хочу у вас попросить разрешения...
               Серега, может там хоть одна сухая? А? Куда ты пачку выкинул?
               Дай-ка...
Сережка возвращает сигареты Щеглову.
ЩЕГЛОВ; - А ты говоришь все размокли! А это что? Вот же... если бы еще
             спиртика сто грамм. А?
Щеглов закуривает...
АЛИСА: - Как я сразу не догадалась! Правильно! Это надо прогреть
             изнутри!
СЕРЕЖКА: - А что... без проблем.
Сережка берет из бара алкоголь, рюмку.
ЩЕГЛОВ: - Вот это лекарство!
АЛИСА: - Только не много!
СЕРЕЖКА: - Тебе виднее...
Щеглов выпивает и оставляет бутылку у себя.
АЛИСА: - Все меня воспитывают! Дома воспитывают, еще и здесь!
ЩЕГЛОВ; - Вот, совсем другое дело. Не шуми, Серединкина... На чем я?
                 Да. Я хочу у вас попросить разрешения... короче говоря, короче
                  чтобы... чтобы... Фух.
Щеглов наливает, выпивает.
  ЩЕГЛОВ:-  В общем так! Предлагаю разделить эти шестьсот тысяч на
              три равные части - по двести тысяч на нос. Разделить, и никто об
               этом  никогда не узнает.
СЕРЕЖКА; - Это вы... шутите?
АЛИСА; - Как же разделить, когда... они же...
ЩЕГЛОВ; - Я это почему говорю? Для того, чтоб вы меня понимали и не
          наделали глупостей. Ясно? Когда ты сорок лет честно тянешь лямку,
          то предложить такое... такое не то что не просто, а вообще...
           Поэтому мне нужно ваше разрешение. В свои годы я уже не могу
           быть нечестным человеком. Я уже привык к себе честному. Понятно
           я говорю? Я привык к тому, что вор должен сидеть в тюрьме. Мне
           уже осталось коптить небо, от силы, лет двенадцать...
АЛИСА; - Ну, что вы такое говорите?
ЩЕГЛОВ; - Брось, Серединкина, свои эти... ужимки. Мне осталось лет
        двенадцать, а вам всего лет по двенадцать. Вам жить. Вам
        устанавливать свои законы, свои порядки. Так вот, если по вашему...
        если в вашем современном мире, в вашем будущем мире, то, что я вам
         предложил разделить эти деньги, это по совести, это честно... то
         делим и баста. Ну, а если вы скажете мне, что в вашем мире, взять эти
         деньги так же бесчестно, как и раньше, если скажете, что ничего не
         изменилось, что я правильно поступал, когда не брал взяток...
         Понимаете? Если то, что раньше было честным, осталось и теперь
         честным - запротоколируем деньги  и завтра я их сдам в управление
         под расписку. И без последствий...
СЕРЕЖКА; - Вы это серьезно?
АЛИСА; - Это от температуры, я знаю.
ЩЕГЛОВ; - К черту температуру. Я, что, сложно объясняю? Вот вы
          вырастите и будете вспоминать этот случай. И что будете говорить?
          Если б не тот старый дурак... да-да! Так и будете говорить, я
          знаю... старый выживший из ума дурак! Если б не тот старый дурак,
         у нас бы уйма денег была. А мне обидно... Может я действительно
         всю жизнь был дураком? И вся жизнь моя... коту под хвост? Вот я и 
         хочу чтоб вы сами приняли решение. Сами. Но сразу не отвечайте. 
          Подумайте. Я хочу чтоб вы приняли взвешенное решение.
СЕРЕЖКА; -  Вы серьезно?
ЩЕГЛОВ; -  Заладил... Кухня там? А вы тут думайте. Вы дилетанты. Вам
         нужно тщательно все взвесить. Чтоб не ошибиться. Я бутылочку
         возьму, вы не против? Погреюсь...
Щеглов уходит на кухню.
АЛИСА; - Ты... его удостоверение хорошо смотрел?
СЕРЕЖКА; - Да ты что?! Стал бы бандит с тобой! Ура. Я все равно, все
          равно я знал, что, что-нибудь такое со мной случиться. Вот ты не
          поверишь, а я знал! Ура! Но, чтоб сразу столько денег! Вау!
АЛИСА; - Нет. Так не бывает.
СЕРЕЖКА; - А ты бы на его месте?! Знаешь какие сейчас пенсии? А на эти
          деньги купит себе дом, тачку и все честно! Тут же никакого обмана.
          Деньги уже украдены, и мы тут ни при чем. Он же эти деньги
          заработал за всю жизнь, так ведь? А банк? Да знаешь сколько у него
          этих бабок? У меня папа брал кредит, так рассказывал, как они дерут
          проценты!
АЛИСА; - У меня в голове как то... перемешалось.
СЕРЕЖКА; - А у меня думаешь не перемешалось?! Это обалдеть! Ура. Ты
         представляешь?! Нет, ты представляешь, сколько денег! Я сейчас
         загнусь от какого нибудь психического заболевания!
АЛИСА; - Какие зелененькие... Это настоящие доллары?
СЕРЕЖКА; - Еще бы! Нет, как все получилось здорово, а? Как в кино!
АЛИСА; - Это квартиру можно купить. А то мы у Маргариты с папой
        живем уже третий год. С тех пор как там у нас все разбомбилось.
СЕРЕЖКА; - Что квартиру! Да на эти деньги! Да, что хочешь! Хочешь яхту
        можешь купить! Все можно купить! Понимаешь, все!
АЛИСА; - Представляешь, лежим мы на палубе... Нет, но я не верю, как то.
        Ну, не верю! Он сейчас скажет, что передумал. Или скажет, что мы,
         что-то не так поняли.
СЕРЕЖКА; -  Если он так скажет... Нет, не может же так быть, чтоб такая
         несправедливость. Чтоб тебе один раз в жизни так повезло и так все
         кончилось! Нет! Если даже логически подойти - он же сам сказал! Ты
         же слышала!
Из кухни выходит Щеглов. В руках изрядно опустевшая бутылка.
ЩЕГЛОВ; - Так, где мой плащ? Время? Время созрело. Трамваи уже
           пошли. И еще одна маленькая формальность, так на всякий случай -
            это никому из вас не знакомо?
Щеглов достает из кармана солдатский медальон.
СЕРЕЖКА; - Что это?
АЛИСА тихо: - Мама...
ЩЕГЛОВ; -  Медальон солдатский. Бойца убьют - по нему легко опознать.
                  Видишь, здесь номер войсковой части... Ну, так как? Что вы
                  решили?
СЕРЕЖКА; - Решили делить.
АЛИСА; - А где вы его взяли?
ЩЕГЛОВ; -  Что? При осмотре места преступления подобрал. Значит, вы
                решили делить. Ну что ж - человек ты пунктуальный,
                осторожный. Деньги останутся пока у тебя. Днем позвоню и мы
                обсудим детали.
АЛИСА; - А зачем вам?  
ЩЕГЛОВ; -  Вот именно - зачем мне...
АЛИСА; - Медальон вам зачем?
ЩЕГЛОВ; - Медальон? Ложный след. Пока этот след отработают. Пока
                владелец медальона докажет свое алиби. Значит делить... 
АЛИСА; - А если нет алиби?
ЩЕГЛОВ; - Я пойду?
СЕРЕЖКА; - Ты чего пристала к человеку? Ну нет, так промурыжат и
         отпустят. Не найдут денег и отпустят. Может это прохожий какой.
         Что теперь всех хватать, да?
ЩЕГЛОВ; - Что? Если у вас всё, я пойду?
СЕРЕЖКА; - Может он два дня назад там проходил. Ты даешь. Какой то
        левый человек там гулял, а она уже ему алиби. Это если так всех
        подозревать, так никакой милиции не хватит.
ЩЕГЛОВ; - Так я пойду?
Щеглов уходит.
СЕРЕЖКА; - Из за этого прохожего такой шанс упускать? Вот ты сама
          подумай.
АЛИСА; - Это же мой медальон!
СЕРЕЖКА; - Как твой?
АЛИСА; -   Моего папы! Он мне его отдал. Как талисман, отдал,
             понимаешь? Он у меня на шее висел. Как же я его обронила? Что
             теперь будет? Сначала я даже не заметила, а потом когда
             заметила... я испугалась. Я так и подумала, что там посеяла! А
             потом  стала думать что дома. Что ж теперь делать?
СЕРЕЖКА; - Слушай, а твой папа не может сказать, что потерял. А он что, 
             дома сейчас?
АЛИСА; -  Не дома.
СЕРЕЖКА; - А! Тогда у него железное алиби. Он у тебя кто? Пограничник?
АЛИСА; - Да. Главное, я его всегда на веревочке ношу... Как я не заметила
                сразу? Вот дура!
СЕРЕЖКА; - Сама подумай, не мог же твой папа одновременно находиться
        у магазина и на заставе. Это же тысячи километров.
АЛИСА; - На какой еще заставе, он сейчас не в командировке!
СЕРЕЖКА; - А где?
АЛИСА; - Не знаю. Ты что на меня уставился? Он говорит, что идет на
       рыбалку. Он берет свои дурацкие удочки, берет своих дурацких
       червяков, и уходит.
СЕРЕЖКА; - Тогда алиби у него нет. Тогда я не знаю, что делать.
АЛИСА; - Да он врет мне все! Есть тут одна такая, Валентина Андреевна.
       Это меня прямо бесит, что он маму так...
СЕРЕЖКА; - Ты точно знаешь?
АЛИСА; - Кажется. Он мне не говорит об этом. Но догадывается, что я
       догадываюсь... Она вцепилась в него. Наверное замуж хочется. Никто
       ее не берет, а тут...
СЕРЕЖКА; - Надо, чтоб было все определенно. Что значит кажется? Он
       догадывается, ты догадываешься... Ерунда какая то.
АЛИСА; - Ну, я не знаю, что мне делать!
СЕРЕЖКА; - Спать. Бери свою веревочку.
Сережка подвигает к телевизору кресло. Включает телевизор и подсоединяет наушники. На экране телевизора - нечто, но звук слышен только в наушниках.  Сережка задвигает ящик с деньгами под стол.
     АЛИСА; - А если он не врет?! А если он в самом деле, на рыбалке?
СЕРЕЖКА; - Какая разница на рыбалке или где он? Если логически
              подумать... Ну, вызовут его в милицию. Денег у него нет. Ничего
             не  знает. Ничего не слышал. Ты же ему все объяснишь. Он еще
             тебе спасибо скажет.
АЛИСА; - Как это какая разница? Одно дело на рыбалке, а другое... Это
              большая разница. Это вот такая разница. Это...
СЕРЕЖКА; - В упор не вижу.
АЛИСА; - А я вижу. Просто вижу, как они приезжают в масках на дом к
            этой...  Валентине Андреевне, как... может она после этого оставит
            папу? А?  Как ты думаешь? Подумает что он бандит...
СЕРЕЖКА: - Вот как раз Валентина Андреевна и подтвердит его алиби.
АЛИСА: - А и пусть подергается. Я за ней следила - она такая... в очках
              вся. И ручки так... И вот так.  Вот пусть подергается,
              гадина и тогда может быть...
СЕРЕЖКА: - ...бросит твоего папу?
АЛИСА; - Ты себе не представляешь какая она выпендрежная. Я за ней
           следила...
СЕРЕЖКА: - Поэтому ты и промолчала про медальон?
АЛИСА: - Это мое дело, почему. Только я как подумаю что он променял
             нашу маму, на какую-то... я его тогда ненавижу. Одно меня только
              напрягает, что если он все-таки на рыбалке, и у него тогда не будет
              никакого алиби.
СЕРЕЖКА: - Одной улики мало. Подумают логически, выяснят и
                выпустят.
АЛИСА; - Достал ты со своей логикой!  «Выпустят»! А если бить будут?
              Конечно, не твой же папа, пусть бьют, да?
СЕРЕЖКА: - Мой бы сейчас стал считать плюсы-минусы, и уже поступал
               бы из трезвого расчета. А из трезвого расчета, выходит что где бы
              сейчас твой папа не был его все равно отпустят. У вас будут
               деньги. Тогда он бросит службу. И ты будешь меньше психовать.
               Вот и все.
АЛИСА; - Рыба.
СЕРЕЖКА: - Что?
АЛИСА: - Я вообще таких людей впервые вижу. Тебя ничем
         не проймешь. Все у тебя логически. Нылая жужжа...
СЕРЕЖКА; - Ага, я логический. Своих предков, я уже достал. Они у меня      
                 тоже неорганизованные. Вот твоя веревочка, держи... Таким уж
                 я уродился.
Сережка приматывает один конец веревки к своей щиколотке, а другой отдает Алисе. Одевает на Алису наушники.
СЕРЕЖКА; - Не хочешь спать - смотри телек. Если что - дергай за
           веревочку, Красная Шапочка... и дверка откроется.
Сережка берет плеер, уходит в свою комнату и ложится в постель.
Алиса привязывает свой конец веревки к радиатору.
АЛИСА; - Он же мне не простит, если узнает, что я специально не сказала
            про медальон...
Сережка одевает наушники плеера и включает его.
АЛИСА;- Как ты думаешь, это предательство? Как-то противно на душе...
СЕРЕЖКА; - Мне тоже последнее время такой сон снится... Вот как будто
            я в большой комнате. Или в каком нибудь зале...
Сережка собирает веревку.
АЛИСА; - Просто чтоб точно знать, хоть даже и через милицию, все таки
             он у этой своей Валентины Андреевны или нет?  Дурочка я, да? А
              если мне за маму обидно...
СЕРЕЖКА; - ...И я как будто туда случайно попал, а там какое то собрание
           этих... из общества слепых. Приколись, все такие, в зеленых очках.
           И всё так гулко. Эхо такое. Они тросточками по полу щелкают... 
           Триллер, да?
АЛИСА; - Мне все время казалось, что я бы все отдала лишь бы точно
           узнать на рыбалке он или у этой. Ты не представляешь, я за ним 
           иногда слежу до самой электрички.
Сережка натягивает веревку.
СЕРЕЖКА; - ... И в общем такие безобидные и ничего в них страшного
           нет. И даже легко, потому что они же не видят тебя. Понимаешь?
           Делай что хочешь, хоть голым ходи - не стыдно, они же слепые... А
           потом почему то страшно так делается, что просыпаюсь...
АЛИСА; - Зачем нам еще кто то... третий. Правда? Что?!
СЕРЕЖКА; - Прямо какие то коты Базилио сплошные...
АЛИСА; - Как?!
СЕРЕЖКА; - Только я не такой идиот, как Буратино. Если тебе уже шанс
         какой-то привалил, так я не такой дурак, чтоб его потерять. Да это в
         кино только. Вот найдут деньги
Алиса вскакивает.
АЛИСА; - Что ж это?! Мама...
Алиса срывает наушники.
СЕРЕЖКА; - Да это в кино только. Не успеют найти деньги, так сразу - бац
          и пристрелят кого нибудь...
АЛИСА; - Кино?! Какое...
СЕРЕЖКА; - Начинают выяснять - честно - нечестно, кому больше, кому
         меньше...
АЛИСА; - Мама...
Алиса убегает. Мимо Сережки.
СЕРЕЖКА; - Эй! Ты куда?
Сережка вскакивает, бросается к двери, но веревка, которой он привязан к радиатору, опрокидывает его.
СЕРЕЖКА; - Гадство, колено... Да что случилось? Ничего не понимаю...
Сережка идет к телевизору и выдергивает наушники.
Голосом ДИКТОРА: - ... вторяем экстренное сообщение. Как только, что
         сообщил в нашу редакцию,  заслуживающий доверия источник, из
         аппарата МВД, Щеглов Глеб Александрович найден неподалеку от
         трамвайной остановки «Клубная». По пока еще не подтвержденным
         данным, Глеб Александрович застрелился. Следственная бригада
         выехала на место происшествия, и мы надеемся еще к концу этого
         выпуска « Дневника происшествий» сообщить вам подробности...
СЕРЕЖКА; – Почему?!
                       
                    За окном тревожно воет милицейская сирена.

                               занавес

Папченко Александр Иванович  Тел. 62 - 51 – 07 

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования