Общение

Сейчас 646 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Сценография не выражает какие-то или чьи-то концепции. Сценография организует пространство. Все элементы театрального процесса - материал для сценографа - будь то драматургия, режиссерский замысел или актерская психофизика. Все эти компоненты могут так и остаться всего лишь материалом в традиционном понимании этого слова (т.е. средством), пока художник не осознает их пластическую содержательность. Именно тогда драматургия перестанет быть текстом, сценическая коробка станет мирозданием для актера и режиссера. Перефразируя Пушкина, можно сказать, что цель сценографии - сама сценография, она конечна и самодостаточна. Можно было бы удовлетвориться этой почти божественной миссией, если бы не осознание того, что сценография в свою очередь тоже является материалом, например, зрительского восприятия.
В спектакле по пьесе Д. Киносито (в Чехии) я использовал разного рода зеркальные поверхности. Металлизированная пленка разной толщины, из которой они были сделаны, колыхалась, вибрировала, жила какой-то своей органикой, многократно отражая актеров. И вдруг ее прозрачность исчезала. В черном пространстве оставалась только графика японских ширм и скульптурная предметность персонажей.
Над сценой парила конструкция - мобиль: двенадцать секций из зеркально полированного металла. Мобиль принудительно вращался только несколько секунд, а весь спектакль двигался, казалось бы, совершенно независимо, на самом же деле чутко реагируя на любое движение актеров, колыхание воздуха, дыхание зрителей. С колосников медленно падал «снег» из той же металлизированной пленки. К финалу снежинки увеличивались до размеров журавлиных перьев, повторяя форму секций мобиля, и засыпали всю сцену. От дороги цветов я отказался. Достаточно было того, что в зеркальных поверхностях отражались зрители, а яркие цветные блики мобиля расплывались по всему залу.
Кстати, пространственная взаимосвязь сцены и зрительного зала - всегда одна из главных задач сценографии. В «Вишневом саде» (Сызранский драматический театр им. А. Н. Толстого) сцена и зал разделены суперзанавесом из прозрачного полиэтилена. Зритель видит монтировку декораций и их перемену, но видит это через страницы старого издания Чехова, листы которого наклеены на полиэтилен. Можно прочитать ремарки автора и сравнить с тем, что натворил на сцене художник. Не важно, в чью пользу будет это сравнение. Важно вызвать у зрителя чувство удивления от несовпадения, а может, и несовместимости жизни реальной и сценической. Чеховские ремарки загадочны как лик Джоконды. Пространство Чехова живет по своим законам, и стремление воссоздать «реальные» вязы на берегу «настоящего» озера встретило ироничное чеховское «Да, мокро...» Полиэтилен развивается в сценографии «Вишневого сада» в разных качествах и с разным пластическим содержанием. Полог, нависающий над всей сценой, расписан с обеих сторон. С одной - это черная графика веток и стволов, с другой - белая живопись вишневых цветов. Трансформируясь в каждой картине, полог всегда раскрывается зрителям белой цветущей стороной и только в финале, когда от ударов топора он падает на шкаф, в котором закрыт Фирс, только тогда полиэтилен превращается в черное месиво вишневых стволов. Делая эскизы к этому спектаклю, я как бы расписывал полиэтилен, там очень активно работают черная тушь и темперные белила.
Вот еще одна интересная тема для размышлений: влияют ли драматургический материал и режиссерская концепция на материал и пластическое содержание эскиза. Вспоминая работы Юрия Кононенко, хочется категорически ответить: «Нет, не влияют!». Его произведения настолько «вещи в себе», настолько замкнуты в своем живописном мире, что их и эскизами к чему-то и для кого- то назвать неловко.
Значит, цель живописи в - самой живописи? Да, конечно. И все-таки. И все-таки мне кажется, что чем глубже погружаешься в материал того же Чехова, чем больше осознаешь его содержательность, тем свободнее и самодостаточнее работаешь в эскизе. Космичность материала Чехова просто провоцирует на совершенно неожиданные пространственные решения. Тогда-то и может возникнуть сценическое мироздание, воспринимая которое, будешь мучиться - в чем загадка?
В чем загадка Джоконды? Кому она улыбается? Да, конечно же, автору. Художнику Леонардо.
Кому же еще.

Валерий Ковалев

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования