Общение

Сейчас 622 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Школьный театр, кажется, совсем недавно - лет 10-15 тому назад - был не очень заметен в жизни любительского искусства. Тогда лидировали народные театры и «подвальные» студии. Сегодня театры, где играют дети, удивляют, радуют, а порой и озадачивают, вызывая нешуточные споры в среде специалистов и в зрительном зале.
Традиционный IV фестиваль школьных театров «Русская драма», что проходил в Московском театре русской драмы «Камерная сцена» под руководством М.Г. Щепенко, наглядно и ярко отразил «лица необщее выражение» наших театров.
Для меня в данном случае интересен не столько результат, то есть художественный уровень спектаклей, кстати очень разный, не само наличие классического репертуара, а тот процесс, подводные течения, те мысли и чувства, которыми жил коллектив, работая над выбранным произведением. Настойчивое желание школьников найти ответы на сложные религиозные, философские и нравственные вопросы или, напротив, уйти от проблем, поставленных писателем, так или иначе отражалось в спектакле.
На фестивале сложилась атмосфера тепла и доверительности. Неофициальные диалоги зрителей с юными артистами и их режиссерами сразу после спектакля, театральная гостиная в Международном детском центре «Ясенево», где жили ребята, творческая лаборатория руководителей театров, выпуск специальной газеты - все это давало возможность для широкого общения.
Что же ставили театры, где играют дети? И какие они, сегодняшние школьники? Начнем с села Кулешовка Ростовской области. Театр "Городок" Реабилитационного центра (руководитель Н.Ю. Жеребило) поставил «Несколько историй из жизни города Глупова» по Салтыкову-Щедрину. «История одного города» - одно из самых сложных и страшных произведений русской литературы XIX века: ведь здесь писатель обрушивается на все сословия, он впервые не пощадил даже «русского мужика». Дело не в том, что градоначальники – «глуповцы». Всякие были в России градоначальники, и очень даже умные: мы же помним - сам Щедрин служил вице-губернатором в Твери и Рязани. Страшно то, что вся Россия в этом произведении сатирика – «глуповцы». Почему же Кулешовцы выбрали эту вещь? Да и не очень-то выбирали – «История одного города» в школьной программе. Правда, в учебнике «Русская литература XIX в.» за 2000 год написано об этом произведении не совсем внятно. И, что меня особенно удивило, так это утверждение: "Книга Щедрина в глубине своей оптимистична". Я не поверила. А дети поверили. И разыграли фольклорное театральное представление с песнями, танцами и с куклами в придачу (куклы, конечно, градоначальники). Сама Надежда Юрьевна тоже пела и играла с ребятами. И два сына ее - Иван и Егор - тут же, на сцене. При этом кулешовцы выглядели совсем не «глуповцами», а весьма сметливыми и смышлеными.
Отзвучали песни, утихли аплодисменты, актеры сошли со сцены - и начался непринужденный разговор со зрителями. В театре всего 120 мест, так что в зале все "свои". Всем понравились симпатичные исполнители в русских народных костюмах, общительные и веселые. Потом режиссер поспешила на второй этаж - на творческую лабораторию. Там уже сидели ее коллеги и члены жюри во главе с М.Г. Щепенко. О спектакле, конечно, говорили, но и о жизни тоже. Надежда Юрьевна, прекрасный представитель народа казацкого, музыкант по образованию, совсем не ощущала границы между «ученым» жюри и собой, «ученицей». Искренне и просто вели себя и ее ребята, с которыми мы встретились после спектакля. Мы узнали, что «село Кулешовка небольшое, никаких особенных достопримечательностей нет, разве что клуб, где постоянно проводятся дискотеки и развлекается молодежь с "допингами"». Все участники - православные. В селе есть только одна церковь (православная), и туда ходят и русские, и татары, и даже корейцы. Вот так и живут наши артисты. Есть у них батюшка-священник, о котором они говорят с любовью, и «вторая мама», главное
действующее лицо в нашем коллективе, как пояснили ребята. И так ли уж им страшна сатира Салтыкова- Щедрина, тем более что взяли они оттуда небольшой отрывок.
Театр для них - это и творчество, и дружба, и образ жизни. Здесь все самое хорошее. Роман Сухов поделился: «Учусь в Свято-Тихоновском Богословском институте, уже помогаю в церковной службе, мечтаю стать дьяконом. Но это не значит, что я брошу театр. У меня тут друзья».
Театр-студия «Перемена» из Соликамска (руководитель Е.Г. Пыльская) привез спектакль по рассказу Чехова «Каштанка». Лауреаты прошлого фестиваля, восьмиклассники предстали в роли цирковых артистов да еще играли на народных инструментах. При чем тут цирк? А как же - Каштанку ведь подобрал цирковой артист, у него дома она еще встретила гуся, кота и свинью. Встретить-то встретила. Да Каштанка и ее собачьи сны мало интересовали «Перемену». Главное – балаган, цирк. Каштанка (замечательная Надя Лумпова) одиноко бегала по сцене, изредка поскуливая, пугаясь и гуся, и цирковых эффектов. Но, может быть, это спектакль об одиночестве, о заброшенности живого существа? Нет. А о чем? Почему в центре оказался цирковой артист? Евстолия Григорьевна призналась зрителям, что ставила спектакль... о себе. Ах, вот оно что! Судьба артиста оказывается. А подростки? Им все в радость, а цирк тем более. Они покорили всех мастерством, сплоченностью, заразительностью и пением. Пели (в спектакле и после него по просьбе зрителей) соликамцы дивно.
Артисты из «Перемены» тоже очень охотно и искренне рассказывали о себе:
« - Мы живем там, где кончается железная дорога.
- А фильмы вы предпочитаете какие смотреть? (Спрашивает студентка-журналист Оля Голышева, корреспондент газеты «Школьный театр»).
- Русские. Но только те, которые мы понимаем: где нет ни красных, ни белых. Мы не понимаем, чем плохи те и другие.
(Вот вам, взрослые, плоды нашего «плюралистического подхода к отечественной истории»!)
- А песни любите зарубежные или наши?
- И те, и другие. Но зарубежные больше любим, потому что не понимаем, о чем они поют. А когда поют наши эстрадные звезды, нам часто не нравится текст».
Ну что ж, вполне понятно, тем более, что воспитаны они на русских народных песнях. И русскую литературу ребята любят, хотя читают маловато.
Впервые на фестивале «Русская драма» - Достоевский. Театр-студия «Новая сцена» из г. Переславль- Залесский (руководитель Н.В. Пантелеева) назвал свой спектакль «Люди и судьбы», драматические сцены по роману Достоевского «Униженные и оскорбленные». Инсценировка включала малый отрезок из романа: рассказ Нелли о своем детстве с матерью в доме мещанки Бубновой, обрывалась эта история со смертью матери и деда. Такая инсценировка неизбежно повела к потере целостного восприятия романа и, к тому же, не дала возможности раскрыть сложный характер подростка. Но инсценировки - беда многих школьных театров.
В спектакле играли школьники, учителя, родители. Как они поняли Достоевского? Пошли вслед за гениальным писателем или нет?
М.М. Дунаев, автор книг «Православие и русская литература XVII - XX вв.», пишет: «Вне православия Достоевский постигнут быть не может. Всякая попытка объяснить его с позиции не вполне внятных человеческих ценностей малоосмысленна». В спектакле ярославцев религиозное осмысление присутствует, но оно значительно переосмыслено, точнее было бы сказать, искажено.
Как известно, в романе семья Смит (дед, его дочь и внучка Нелли) страдает гордыней, и потому все они не могут прощать. Отсюда многие страдания и беды. Даже Нелли умирает с местью в душе. Она говорит перед смертью Ивану Петровичу: «...Скажи ему (отцу), что я Евангелие недавно читала. Там сказано: прощайте всем врагам своим. Ну, так я это читала, а его все-таки не простила, потому что когда мамаша умирала и еще могла говорить, то последнее, что она сказала, было: "Проклинаю его". Ну так и я его проклинаю.» В спектакле Нелли вдруг бросается к деду и призывает его любить и прощать, ссылаясь на Евангелие. Текст этот придуман. В других сценах мы видим три фигуры в белом: то стоят, обнявшись, Нелли, ее мать и дед. Очевидно, что это мечты девочки или уже загробная жизнь. Но в романе нет никаких оснований для этого.
Зачем же театру потребовалось так переосмыслять произведение? Тут важно для нас не критиковать, а понять. Наверное, русская душа не выдержала такой трагической концовки, и режиссер высветлила спектакль, оставила нам надежду. Достоевский когда- то писал: «Оценивать человека нужно не по совершаемым им грехам, а по идеалу, к которому он стремился». Если считать, что грех идти против замысла писателя, то ведь нельзя не учитывать «ради чего»? К чему стремились создатели спектакля - к наказанию своих героев или к прощению? к свету или к тьме? Очевидно, что к свету. К тому же, это единственная на фестивале попытка психологической драмы.
Можно было бы не затевать этот разговор и не приводить суждения, которые многим могут показаться спорными. Но такой подход «вопреки» классике или собственному замыслу встречается не однажды. Вообще, не так все просто в школьном театре.
Руководитель театра «Ведогонь» г. Зеленограда Л.В. Берендюхина инсценировала рассказы Тэффи и предложила спектакль «Кто живет под потолком?». Жизнь русской эмиграции оказалась чуждой старшеклассникам, совсем не знающим ни той жизни, ни тех радостей и бед. Режиссер пыталась с помощью сценографии, костюмов и отдельных приемов создать атмосферу тех лет. Но жанровая эклектика, неточность нравственных оценок привели к досадному сбою и непониманию сути происходящего.
В финале появились две «слепые» девочки и стали говорить. Зал затих. Девочки смотрели «незрячими» глазами куда-то вдаль и видели голубое небо, желтое солнце и зеленые листья. «Слышишь ангела?» - вопрошала одна другую... Отошли на задний план цилиндры, шляпы, флирты, словно всего этого и не было в спектакле. Остались только эти девочки в белых платьицах с мечтами о рае.
В диалоге со зрителями Лилия Валентиновна сказала, что, впервые прочитав Тэффи, была потрясена сострадательностью писательницы к своим героям, соединением комического и драматического, и, что самое главное, обращенностью Тэффи к Богу. Что она, режиссер, хотела отразить это в спектакле. И я поняла, что спектакль выстрадан, и что, наверное, режиссер тоже ставила больше для себя, о своем личном. Но что характерно, актеры все-таки поняли серьезность задачи. Об этом свидетельствует последний эпизод.
Поиски собственного мировоззрения, погруженность в философско-религиозные проблемы отличают театр «Иная возможность» из г. Советска (руководители И.С. Салаева и А.А. Мацюра). Их драматическая поэтория по поэме Блока «Двенадцать» вызвала бурные обсуждения. Что же показал театр?
В обобщенно-символической форме были показаны революционные события 1918г. Помимо двенадцати красногвардейцев и знакомых персонажей, - «буржуй, писатель, старушки» и т.д., в спектакле была явлена православная Россия в образах Послушницы, монахинь, Веры, Надежды, Любови, крестьянских баб. Текст поэмы звучал в различных интонациях - в зависимости от того, кто его произносил: от разгульно-победоносного до тихого плача. В финале стихия хаоса и насилия отступала, появлялись молодые люди в белых одеждах со свечами, впереди шел юноша с иконой. Со словами «Христос воскресе!» они передавали свечи зрителям.
На обсуждении выявилось два мнения. Первые считали, что поэма Блока носит явную антихристианскую направленность, и что поэтому православное прочтение противоречит Блоку. Другие не отвергали творческого поиска в этом направлении. Очень много говорилось о творчестве Блока и его поэзии, о финале поэмы. Гораздо меньше внимания уделяли самому спектаклю.
Возможна ли вообще адекватная интерпретация литературного произведения? Если обратиться к словарям, то выяснится, что невозможна.
М.М.Дунаев посмотрел спектакль, отметил профессионализм постановщиков и актеров, но категорически отклонил попытку ставить поэму Блока "Двенадцать" в свете православия, ибо это насилие над поэмой, носящей антихристианскую направленность.
Мнение Дунаева и его книги для нас бесценный дар. Но где могли приобрести его труды молодые люди из Советска или другого малого города? Очевидно, они могли исходить из того, что имели. Например, учебника или пособия по литературе. Откроем один из них и прочитаем:
«Христос в поэме Блока "Двенадцать"» - показатель пути, пройденного людьми в процессе преодоления собственных страстей, т.е. очеловечивания самих себя... Появление Христа подготовлено всем предыдущим содержанием поэмы. В разное время не случайно упоминается: «Господи, помилуй!», «Упокой, Господи, душу рабы твоея...», «Ох, пурга какая, Спасе...». Сознание двенадцати, таким образом, оказывается религиозно ориентировано: они постоянно опасаются врага (дьявола) и постоянно поминают Господа. Поэтому стоит решительно отмести все попытки истолковать финал поэмы как религиозное кощунство.» (В.В. Мусатов. История русской литературы первой половины ХХв. М., 2001).
Как видим, пособие дает право на такое толкование, то есть в русле исканий театра из г. Советска. Остается вопрос: какова мера художественности постановки? Члены жюри (при одном голосе «против») проголосовали за то, чтобы театру «Иная возможность» присвоить звание лауреата.
Но чем же все-таки вызвано отклонение от первоисточника наших школьных театров? Желанием переосмыслить и дополнить произведение классика или неумением глубоко и верно понять его? В большинстве случаев все-таки второе. И на то есть серьезные причины. В школьной практике до сих пор есть тенденция искать в произведении лишь социальные проблемы. Недавно одна московская учительница призывала своих учеников писать сочинения только "по Белинскому", а если кто-то думает иначе, получит "двойку". Что же говорить о нашем философско-религиозном образовании? Нет даже знаний основ православно-христианской культуры.
В этом отношении исключительно полезна и благотворна была встреча участников фестиваля с Михаилом Григорьевичем Щепенко, который приехал к ним в «Ясенево». Еще вчера они видели Щепенко в роли Царя Федора (спектакль «Царь Федор Иоаннович»), а сегодня перед ними сидел «Царь Федор в жизни», актер, режиссер, педагог, православный человек. Тема определилась сразу – «Театр и православие». Михаил Григорьевич рассказывал о своем театре, о себе, об актерах, о том, как труден путь к православному театру. В актовом зале едва хватило места всем, сидели даже на подоконниках, пришли и старшие, и подростки. Потребность получить ответы на главные, вечные вопросы оказалась очень сильной. Православие для многих - понятие отвлеченное. Истинно православный человек встречается редко и, бывает, скромен и закрыт для общения. Митрополит Сурожский писал: «Никто не может отойти от мира и обратиться к вечности, если не увидит в глазах или лице хоть одного человека сияние вечной жизни». И далее: «Надо передавать детям Живого Бога - не устав, не какие-то формальные знания, а тот огонь, который Христос принес на землю, для того, чтобы вся земля, или, во всяком случае, каждый верующий стал купиной неопалимой, горел бы, был бы светом, теплом, откровением для других».
Вернемся к нашим молодым людям из Советска. Какие они в жизни? И руководители, и артисты, благодаря общительности, одаренности, игровому началу, стали душой фестиваля. Уже в первый день приезда 16-17-летние артисты предстали в клоунских костюмах и, играя на различных инструментах, вовлекали всех в веселое необычное действо. Они проводили мастер-классы, обучая желающих импровизационному танцу, с удовольствием участвовали во всех театральных гостиных, писали отзывы о спектаклях в газету, затевали экспресс-дискуссии в кулуарах. Театр показал вне конкурса два спектакля: хореографически-пластические этюды на историческую тему и «Чайку» по Чехову. В «Чайку» они пригласили играть 12-летнюю Машу Ткачеву из Калининграда, и она прекрасно справилась с ролью Птицы-чайки. За 16 лет руководители театра «Иная возможность» воспитали не одно поколение артистов. Они создали особый театр «Эликсир», куда вошли те, кому исполнился 21 год. После этого возраста, как это ни печально, нельзя играть в театре при Центре развития творчества детей и юношества. Только вот где репетировать? Нет помещения. Играть молодые люди могут везде - в лесу, на площади, в замке и даже в катакомбах, которые они предварительно расчистили. Но это летом, а зимой? Так что забот у артистов много. Может быть, им поможет очередное признание на нашем фестивале?
А теперь о Маше Ткачевой. Маша - это событие фестиваля. Таким же событием стал на 1-ом Всероссийском фестивале Антон Колесников из Москвы. Маша ходила в садик с эстетическим уклоном. А потом попала в театр-студию «Дар» городского дворца творчества детей и юношества (г. Калининград) к Александру Дмитриевичу Иванову и Татьяне Григорьевне Зайцевой. Александр Дмитриевич - профессиональный театральный художник, а Татьяна Григорьевна - профессиональная актриса. Ушли они из театра и стали работать с детьми. На фестиваль они привезли моноспектакль по «Сказке о Медведихе» Пушкина. Моноспектакль в детском театре - редкость. В течение двадцати минут Маша держала зал в полной тишине, ей внимали все - и маленькие, и большие. Театр «Дар» и Маша стали лауреатами фестиваля.
Какая Маша в жизни? Очень скромная, тихая, неразговорчивая. А когда Маша, выходит на сцену, такая одухотворенность, такой "второй план", что диву даешься.
На фестивале показали еще две сказки: «Кот в сапогах» С.Я. Маршака /театр «Этюд» школы № 32 г. Энгельса Саратовской области, режиссер В.В. Бондаренко/ и «Кот в сапогах» В.А. Жуковского /театр- студия «Атриум» г. Петрозаводска, режиссер О.А. Арифметикова. Сказать свое мнение по поводу этих спектаклей я попросила члена жюри В.В. Голкина: «Спектакль театра «Атриум» сделан этюдным методом, именно он вывел коллектив на раскованность и свободу актерской игры, импровизационность обыгрывания той или иной ситуации. Не часто встречаются режиссеры школьных театров, которые могут работать этюдом. Вариант Жуковского тоже не случайность: нужен был более нейтральный материал для актерской импровизации. Интересовало ли коллектив содержание сказки? А кому не известно содержание «Кота в сапогах»? Они сосредоточили свое внимание на способе актерского существования, на игре самой по себе. И это было сделано умело, интересно, увлекательно, живо. И все-таки расчет на то, что сама форма игры станет содержанием, не вполне оправдался. Всем хотелось крупным планом разглядеть «Кота в сапогах», который как-то потерялся в импровизациях массовки. Сознательная установка на несерьезность отношения к содержанию сказки, вышучивание всей этой истории привели к «разжижению» драматического элемента спектакля - замене его условным представлением - обозначением без акцентировки на «события». Отказ от простраивания «событийного ряда» привел к тому, что фабула сказки с трудом «считывалась...». Теперь о второй сказке. Почему мы из десятка коллективов выбрали именно этот «Кошкин дом»? Да потому, что в спектакле есть «наив», простодушие, искренность, которые так важны, когда дело касается сказки как жанра.
И, если по части художественной выразительности театрального действия в спектакле были просчеты, то владение детей речью приятно удивляло. А ведь это результат театрально-педагогической работы
В.В. Бондаренко».
... Фестиваль окончен. Ребята уже едут в поезде, а мы верстаем последний номер газеты.
До новых встреч!

2000 г.

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования