Общение

Сейчас 645 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

3. Органичность и импровизационность поведения актера в заданной партитуре действий

Студенты начинают овладевать грамотностью в построении этюда. Они определяют событие, вокруг которого сочиняют этюд, раскрывая это событие в поступках участников. Учатся отделять главное событие, давать ему простор во времени и пространстве, подчиняя ему второстепенные для мысли этюда подробности, сжимая их, отодвигая на второй план. Но выделение главного не должно приводить к схематизму поведения, который убивает жизнь, веру, правду на сцене. Умение сочетать заданную режиссером партитуру действий с органичностью, импровизационностью поведения — качество очень цепное в актере.
Но свобода импровизации приходит к актеру вместе с высоким профессионализмом, высокий профессионализм актера предполагает его колоссальную внутреннюю подвижность, когда логика поведения образа легко становится логикой поведения актера, характер мышления «примеряет на себя», а свойственная образу природа чувств заражает нервный аппарат актера и становится его собственной. Пока нет еще этого высокого профессионализма, свобода импровизации возникает от знания темы, то есть лишь в очень близких, знакомых актеру-студенту обстоятельствах, когда фантазия его питается хорошо знакомой действительностью. Поэтому этюд очень хорошее начало для воспитания верного сценического самочувствия. Этюд на близком жизненном материале раскрепощает природу актера, помогает импровизационности. Этюд «Чабаны» сделан был двумя студентами — хакасом и киргизом. Тема этюда был взята из хорошо им знакомой жизни скотоводов.
Действенная партитура этюда была такова.
Нерадивый чабан заснул на работе. Верхом подъезжает его сменщик, видит спящего, проверяет, починил ли тот изгородь загона,— нет, не починил. Обнаруживает пустую бутылку из-под водки. Овцы в загоне блеют и беспокоятся. Он направляется туда водворить порядок. В это время проснулся нерадивый чабан, видит узелок приехавшего, его лошадь, привязанную в нескольких шагах, понимает, что заснул не вовремя, и тоже бросается к овцам. Овцы успокоены. Оба чабана возвращаются. Приехавший обвиняет и уличает сдающего смену в том, что тот спал, пил водку на работе, не починил изгородь вовремя: «Теперь, если что случится, отвечать буду я за твою беспечность». Но тот не желает слушать нравоучений. Возникает ссора. Сдающий смену чабан бросает приехавшему обвинение в том, что тот вечно лезет вперед, в ударники, беспокоится об очередной премии. Приехавший оскорблен и швыряет уезжающему его разбросанные вещи: «Убирайся отсюда, лентяй!» Тот, отругиваясь, нахлестывает воображаемую лошадь (стол за первой кулисой), вымещая на ней злобу, вскакивает на нее и уезжает. Оставшийся чабан раскладывает вещи — халат, котелок — и все еще ворчит на уехавшего, отшвыривает подальше пустую бутылку, пытается крепить изгородь. И вдруг горизонт темнеет, начинает свистеть ветер — идет песчаная буря. Чабан из последних сил сдерживает под ветром изгородь. Овцы блеют и мечутся в страхе внутри загона. И вдруг слышится топот лошадиных копыт. Совесть зазрила уехавшего, и он вернулся помогать спасать стадо от возможного бедствия, так как изгородь не починена вовремя по его вине. Соскочив с лошади, преодолевая песок и ветер, он упорно продвигается вперед и, достигнув товарища, всем своим телом наваливается на падающую изгородь, и вдвоем им удается удержать ее.
Буря прошла так же быстро, как и возникла. Оба чабана отряхиваются от засыпавшего их песка, сплевывают песок, отирают пот, умываются из жбана, поливая друг другу воду на руки. Во время умывания они иногда взглядывают друг на друга. Вот один плеснул на другого из кружки, оба рассмеялись. Очевидно, теперь они вместе починят изгородь.
Точное знание быта чабанов, деталей в их поведении, знание на своем опыте, что такое самум, помогло студентам создать очень интересный и убедительный этюд. До-статочно было видеть, как они вскакивают или соскакивают с коня (стол и на нем стул за первой кулисой), чтобы быть уверенным в существовании там лошади. Именно подлинное понимание всем существом изображаемой ими жизни рождало неожиданные импровизации в поведении. Взбешенный справедливыми упреками чабан, собираясь ускакать, отвязывает свою лошадь, чтобы затем вскочить на нее. И вдруг поводья натянулись — воображаемая лошадь, взволнованная скандалом, взметнулась на дыбы, и студент отлично сыграл сцену борьбы с лошадью, усмирения ее, в запале спора с партнером вымещая на ней злобу на товарища.
Или достаточно было видеть изогнутое тело студента, пробивающегося боком сквозь воображаемый самум, его руки, защищающие лицо, сощуренные глаза, скользящие назад ступни, чтобы поверить в зыбкий песок под ногами, песок и ветер вокруг него. Его тело физически «помнило», что это такое — самум. Знание давало свободу, необходимую для интересной, выразительной импровизации поведения.
Я говорю об этом не для того, чтобы похвалить этюд, а чтобы на конкретном примере показать, какова сила точного знания, ощущения, какую убедительность приносит оно в этюд, в отрывок, в пьесу в противовес отвлеченному, приблизительному представлению «вообще» о том или ином явлении. Знание того, как это бывает в жизни, дает свободу актеру, расковывает его способность к импровизации, он уверен, что не ошибается, импровизируя.
Студенты должны учиться выхватывать из жизни точные, верные, типичные для данных предлагаемых обстоятельств черты в поведении, в мышлении человека и орга-нично переносить их на сцену. Тогда и зритель будет откликаться на них: «До чего верно: именно так это и бывает в жизни». Зритель будет узнавать людей, явления, события, верить в них, и открывать, и отмечать для себя все новые стороны как будто бы уже и известных ему явлений, но показанных театром с новой для него глубиной проникновения в их сущность либо повернутых театром в новом для него ракурсе.
Не будем забывать, что главное все же не просто в жизненной точности выхваченных деталей, а в том, какие детали отобрал из жизни художник для создания убедительной, впечатляющей сценической картины. Вот этот отбор и есть искусство.

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования