Общение

Сейчас 836 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Сказочное представление в трех действиях,
                                 девяти картинах, а также со вступлением
                                        и несколькими интермедиями,
                              когда действие происходит перед занавесом                           
                                 
                                  Действующие  лица:

З о л у ш к а — девочка одиннадцати-двенадцати лет.
П р и н ц  Э д о а р д о  П у а н т о г е н н е т  — наследник  престола в королевстве  Верхняя Унутрия, одногодок Золушки.
Э д о а р д о   П я т ь д е с я т   Ч е т в е р т ы й — король Верхней Унутрии.
М а ч е х а  Золушки.
Г о р т е н з и я — старшая дочь мачехи.
Л ю м и н е л л а — младшая дочь мачехи.
Г е н к а   П е т у х (Генрих фон Кваркус) — королевский шут, одноклассник принца Эдоардо.
Т о м м и   С т р е л к а — сын часового мастера Карлоса фон Ура, приятель принца.
Г у г а   К о ш к и н   Д о м  — внук королевского щофера, приятель принца. 
Л и з к а (юная герцогиня Шарлотта-Элизабет де Бина) — одноклассница  принца.
Л е о   Г р а н - Г р а д у с — премьер-министр Верхней Унутрии.
Ф р и д р и х   ф о н   Г а н ц - Б у д к а — министр Унутренних дел.
Л е с н а я   в е д ь м а   т е т у ш к а   Р о з а.
П а п а ш а   Р у п п е л ь — пожилой водитель королевского автомобиля.
М е д в е д ь .
М и н и с т р     М е д н ы х     и   С е р е б р я н ы х     д е н е г.
Ц е р е м о н и й м е й с т е р.
П р и в и д е н и е.
М и н и с т р ы,   г в а р д е й ц ы,  ю н ы е   и   в з р о с л ы е   г о с т и   н а   к о р о л е в с к о м   б а л у.
                  
                                            
                                                    Вступление

             Впереди  занавеса  стоят навытяжку дежурные  г в а р д е й ц ы с алебардами и рупорами.                                                  

         П е р в ы й   г в а р д е е ц  поднимает рупор.

П е р в ы й   г в а р д е е ц. Его высочество наследный принц, правитель Нью-Ахтенбергский, герцог де Балтос де Пью де ла Картенбух, младший лейтенант королевской гвардии Эдоардо Пуантогеннет возвращается из школы!
В т о р о й   г в а р д е е ц (тоже в рупор). Его высочество наследный принц Эдоардо возвращается из школы!

                              И так далее, от гвардейца к гвардейцу.

Э д о а р д о — в костюме средневекового принца, с большущим портфелем, украшенным королевской монограммой — сердито шагает по коридору. Виду у него встрепанный: бархатная курточка в известке и пыли, шелковый чулок разорван на коленке, кружевной воротник разодран на клочья. Под глазом синяк.   Принц   нервно   оглядывается,  достает  из    
     портфеля дневник, засовывает под занавес. Показывает кулак ближайшему гвардейцу.

П р и н ц. Только попробуй проболтаться папаше.

Гвардеец вытягивается еще  больше  и  преданно  щелкает  каблуками. Принц,  прихрамывая,  
                                                    продолжает путь по коридору.
                                 

                                   Действие первое

                                                   Картина первая

Комната принца. На подоконнике сидит, скучая, Г е н к а П е т у х  в костюме шута. подбрасывает футбольный   мяч.  Входит    п р и н ц.    Швыряет    портфель  в  кресло.    Трет
                                                  колено,  трогает,  морщась, синяк.
                                               

Г е н к а   П е т у х.  Ого! Красивую блямбу тебе под глаз поставили!
П р и н ц.  Тебе бы так!.. Сидишь тут, прогуливаешь школу...
Г е н к а   П е т у х. Потому что у меня сегодня королевская служба. Я дежурный шут в покоях вашего высочества.
П р и н ц.  Шута мне только и не хватало...
Г е н к а   П е т у х.  Я, что ли, сам напросился? Меня на эту должность премьер Гран-Градус назначил. По просьбе отца. Папочка пристал к нему: “Ах, господин министр, я королевский садовник, пусть и у сына будут обязанности во дворце”.
П р и н ц. В наше время родители на все готовы: пускай сын хоть в шуты идет, лишь бы должность придворная!..
Г е н к а   П е т у х. Ну да!.. Я говорю: “У меня же чувства юмора ни капельки нет!” А папочка: “Я вот возьму ремень, чувство сразу появится”... С кем подрался-то?
П р и н ц,  С Лизкой...
Г е н к а   П е т у х.  Не с Лизкой, а с ее сиятельством юной герцогиней Шарлоттой-Элизабет де Бина. Учат тебя, учат дворцовому этикету, а толку... Чего не поделили?
П р и н ц.  Да ну ее, ненормальную! Кто-то подложил ей в парту заряд с пистонами, а она сразу на меня: “Эдька, это опять твои шуточки!” Я говорю: “Ты что, рехнулась?” А она: ”Ах, кто вас воспитывал! Сразу видно, что ваш предок Эдоардо Воинственный был из пастухов!” Я ей сказал, что ее предки были из крокодилов. А она: “Ты просто завидуешь! Наши предки еще тысячу лет назад были владетелями замка Бина и носили фамилию с приставкой “де”... Ну, я и посоветовал сменить ей “де” на “ду”...
Г е н к а   П е т у х.  Тут-то все и началось!
П р и н ц.  Она бросила в меня фамильным пеналом с серебряной крышкой. А я что, терпеть должен?
Г е н к а   П е т у х.  С девочками драться нехорошо...
П р и н ц. Д-девочка... Когти как у пумы. Воротник изодрала, ведьма...
Г е н к а   П е т у х.  Подумаешь. Милые бранятся — только тешатся...
П р и н ц.  Что-что?!
Г е н к а   П е т у х.  Будто не знаешь! Всем известно, что ее сиятельство влюблена в тебя уже целых три недели. На веки вечные рассорилась с юным графом де Гулем и втюрилась в наследника престола.
П р и н ц.  Чувства юмора у тебя нет, а чувства ехидства сколько хочешь... Переодеться бы, пока папа не пришел... (Сбрасывает остатки воротника). До чего осточертели эти эти средневековые кружева и бантики!
Г е н к а   П е т у х.  Терпи. Таковы традиции нашей славной Верхней Унутрии: принцы должны ходить в школу в придворном платье... А мне думаешь легко таскать этот шутовской наряд?.. Слушай, Эдька, попроси, чтобы меня перевели в гвардейские барабанщики! Там  хотя бы форма красивая...
П р и н ц.  У нашего премьера фиг чего допросишься... Тише! Кажется папа идет...

Появляется  к о р о л ь  Эдоардо Пятьдесят Четвертый. В халате и домашней короне.

К о р о л ь.  (приглядываясь к синяку сына). Ну-с, ваше высочество, как успехи в школе?

Принц неопределенно пожимает плечом: все, мол, нормально, не о чем говорить.

К о р о л ь.  Дневничок бы посмотреть...
П р и н ц.  А дневники классная дама у всех забрала на проверку!
К о р о л ь.  В самом деле? Вот странно...  А мне один мой верноподданный только что сообщил, что ваш дневник непонятным образом оказался за статуей нашего почтенного предка Эдоардо Девятнадцатого, Многомудрого...  (Король достает  из-за пазухи многострадальный дневник). А может быть, это не ваш?.. Нет, написано: “Дневник ученика пятого класса “Дэ” столичной школы номер один Эдоардо Пуантогеннета... Осмелюсь напомнить, что Пуантогеннеты — наша славная династия, честь которой мы должны блюсти неукоснительно... Ну-с, поглядим... (Король начинает листать дневник).
П р и н ц  (Генке). Сейчас начнется...
К о р о л ь.  Эт-то что?
П р и н ц.  Что?
К о р о л ь. Я тебя спрашиваю, “что”. Иди сюда... Что здесь написано?
П р и н ц.  Где?
К  о р о л ь.  Здесь! Вот здесь. Вот-вот! Читай!
П р и н ц.  Ну...
К о р о л ь.  Без всяких “ну”! Читай немедленно!
П р и н ц.  Ну чего... “Устроил безобразную драку на перемене... На уроке унутреннего природоведения подложил под герцогиню де Бина кактус, похищенный с подоконника. Плюнул на герцогиню жеваной промокашкой. Поведение — “два”. Прошу ваше величество зайти в школу...” Папа, она первая полезла!
К о р о л ь.  Ма-алчать! (Он сразмаха трескает наследника дневником между лопаток. Шут падает с подоконника). Ма-алчать! Всё! будешь сидеть в комнате целую неделю! Никаких гуляний! Никаких футболов! Никаких телевизоров!.. У меня, конечно, прозвище Эдоардо Терпеливый, но всякое терпение может лопнуть...
П р и н ц.  Ну, папа...
К о р о л ь. Никакаких пап!.. (Он рывком отсоединяет от телевизора провод, подхватывает с пола футбольный мяч и шагает к двери. Потом оглядывется на шута). А ты брысь отсюда!
Г е н к а   П е т у х.  А чё я сделал?
К о р о л ь. Ничего не сделал! Тунеядец! Два сапога пара! Марш из комнаты!
Г е н к а   П е т у х.  У меня дежурство! Я обязан развлекать принца!
К о р о л ь. Я вам поразвлекаюсь... (Он швыряет мяч в коридор, берет шута под мышку и тащит к выходу).
Г е н к а  П е т у х. На маленького, да?! А еще король!.. А еще “Терпеливый” называется!...

Его величество уносит шута за дверь.   Генкины   вопли  затихают в отдалении. Принц пинает дневник, стягивает ненавистную придворную курточку, в сердцах швыряет ее в бесполезный
    телевизор. Горестно садится на свою пышную средневековую кровать и подпирает щеки.
                                  

                                                   Интермедия

                     Растроенный  к о р о л ь  шагает перед занавесом.

К о р о л ь (дежурному гвардейцу). Ну-ка, вызови королевского шофера. Не все тебе ябедничать на принца, сделай хоть одно полезное дело.
Г в а р д е е ц (вскидывая рупор). Водителя королевского автомобиля “Мерседес-бумс” — в главный дворцовый коридор! Срочно!

Появляется   пожилой   усатый   мужчина   в  мундире  и  в автомобильных очках на лбу. Это          
                                                            п а п а ш а  Р у п п е л ь.

Р у п п е л ь.  К услугам вашего величества...
К о р о л ь.  Добрый день, любезный папаша Руппель... хотя какой уж он там добрый...
Р у п п е л ь.  Ваше величество чем-то расстроены?
К о р о л ь.  Будешь тут расстроен...
Р у п п е л ь.  А, понимаю! Наверно вас опять огорчил наследник...
К о р о л ь. Н-негодный мальчишка! То и дело записи в дневнике. “Улыбался на уроке грамматики!.. Бегал на перемене!.. Опять драка!..”
Р у п п е л ь. Не берите в голову, государь, мальчишки все такие. Мой внук тоже то и дело приходит с синяками и в драных штанах... Да еще эта его привычка — притаскивать в дом бродячих  кошек! У него даже прозвище такое: “Гуга Кошкин Дом”!.. Дети они и есть дети, ваше величество...
К о р о л ь.  Вот и я думаю: мало ли чего не бывает в школьные годы... А классная дама тут же запись красными чернилами на полстраницы!.. Ну, улыбался, ну, бегал! Ребенок ведь, а не пенсионер! А драка... Ну и что же, что драка. Я в его возрасте тоже был не дурак подраться...
Р у п п е л ь.  Как же, как же! Конечно... Вы, я помню, были непрочь иногда сцепиться не только с мальчишками, а даже с юной принцессой Виолеттой де Бомм, будущей нашей королевой, царство ей небесное... Как жаль, что ее величество скончались так рано...
К о р о л ь.  Увы... Мальчик растет без матери. Без ласки и присмотра. Можно ведь и пожалеть иногда... Сегодня пришел с подбитым глазом, коленка ободрана, больно небось. А я его еще дневником по спине...
Р у п п е л ь.  Не терзайтесь так, ваше величество. Такова жизнь, вам необходимо быть твердым, когда воспитываешь будущую главу государства.
К о р о л ь. Вы правы, папаша Руппель... А то ведь, не дай Бог, вырастет шалопай вроде Эдоардо Двадцать Шестого по прозвищу Гуляй-Дядя... Это пятно на нашей династии Пуантогеннетов.
Р у п п е л ь. Кстати, ваше величество, я давно хотел узнать... Не сочтите мой вопрос за дерзость... Столько лет возил и вашего папу, и вас, а все не решался спросить
К о р о л ь.  Не стесняйтесь, папаша  Руппель. Мы свои люди...
Р у п п е л ь. Почему всех королей Верхней Унутрии зовут Эдоардо? Конечно, это славное имя, но все-таки есть и другие...
К о р о л ь.  Традиция, любезный папаша Руппель. Одна из вековых традиций нашего королевства. Мы все у них в плену...  Да, хорошо было Петру Великому или, скажем, Наполеону Бонапарту. Или нашему Эдоардо Воинственному, основателю династии — они все были Первые. А попробуй совершить что-нибудь историческое, когда ты пятьдесят четвертый... Ну-с, а как наш прекрасный “Мерседес-бумс”? Готов к выезду?
Р у п п е л ь.  Готов, ваше величество...  насколько это возможно.
К о р о л ь.   А что такое?
Р у п п е л ь. Но ваше, величество, ведь это же модель тысяча девятьсот одиннадцатго года! Музейный экспонат!
К о р о л ь.  Ну, полно, полно! Не экспонат, а королевская реликвия. Реликвии нужно уважать.
Р у п п е л ь.  Вот я и говорю! Пора с полным уважением поставить реликвию на вечное хранение и обзавестись машиной поновее.
К о р о л ь.  А на какие шиши? Министр Медных и Серебряных денег каждый день докладывает, что серебра с фонарем не сыщешь, да и меди кот наплакал... Налоги никто не платит, внешняя торговля еле дышит, иностранные туристы воротят от нас носы и придираются. Недавно написали в газету жалобу. Им видите ли, обещали показать в королевских подземельях привидения, а ни одного призрака там не оказалось. Требуют назад билеты ... А я что сделаю? Сам, что ли, должен одеваться в саван и выть в подвалах?
Р у п п е л ь.  Ни в коем случае, ваше величество! Не королевское это дело!
К о р о л ь.  Тот-то и оно, что не королевское... Ладно, у меня есть кое-какие планы. Едем к моему  другу часовому мастеру Карлосу фон Уру. Он человек мудрый и ученый. Кстати, у Карлоса трое сорванцов, я посоветуюсь с ним, как воспитывать мальчишку... В путь!
Р у п п е л ь. Осмелюсь напомнить вашему величеству: вы забыли сменить домашнюю корону на дорожную.
К о р о л ь  (оглянувшись на гвардейца и вполголоса). Ничего я не забыл. Я ее сдал в ломбард. Не сам, конечно, а через надежного человека.
Р у п п е л ь.  Но ваше величество...
К о р о л ь.  А что делать? У меня зарплата меньше, чем у любого из минстров...
Р у п п е л ь.  Однако же...
К о р о л ь.  Знаю, знаю! Вы сейчас скажете: “В Верхней Унутрии и так все принадлежит королю”! Принадлежать-то принадлежит, а разве от этого легче? Попробуй-ка взять бесплатно в обувной лавке новые башмаки или не расплатиться в кондитерской! Завтра же пойдут разговоры: “Король обирает своих подданных, король — тиран!” Не на что Эдьке новый ранец купить, ходит в школу с портфелем прадедушки Эдоардо Пятьдесят Второго, Прилежного... 
           Р у п п е л ь.  Я все понял, ваше величество. Денег на ремонт не будет.
К о р о л ь.  Надо как-то изворачиваться...
Р у п п е л ь. Я изворачиваюсь уже тридцать лет... Ладно, поехали... Только имейте ввиду, государь, задняя рессора еле дышит...


                                                    Картина вторая

Комната принца. Э д о а р д о, уже переодевшийся, в джинсах и футболке, лежит на кровати,
 лениво листает страинную книгу. Читает с зевками.

П р и н ц.  Глава вторая... История Верхней Унутрии и первых королей династии Пуантогеннетов... В период раннего средневековья наше великое королевство состояло из двух частей: Верхней и Нижней. Но непокорный герцог Сан-Балконо путем интриг и заговоров добился, что Нижняя Унутрия была объявлена суверенным государством и названа Балконией, а вскоре Балкония была завоевана пришедшими с юга ордами кочевников, а после их отступления растворилась среди нескольких соседних стран... Верхняя же Унутрия  крепла и процветала, особенно после того, как храбрый Индиго Пастух, получивший впоследствии имя Эдоардо Воинственного... Ох и скучища же, господа!... (Отбрасывает книгу).

                                         С улицы доносятся  г о л о с а.

Г о л о с.  Эдька! Эдька-а! Выходи!

                        Эдоардо подбегает к окну, распахивает створки.

П р и н ц.  Лезьте ко мне! Я сейчас сброшу трап!

Он выволакивает из-под кровати и спускает за окно веревочную лестницу. В окне появляются и прыгают в комнату п р и я т е л и принца: Г е н к а   П е т у х, уже сменивший свой  щ утовской   наряд   на    обычную  одежду,       Г у г а    К о ш к и н     Д о м ,    Т о м м и    
          С т р е л к а,  а  последней —  Л и з к а   д е   Б и н а   Принц смотрит на нее сумрачно.

П р и н ц.  А ее сиятельство  ду...  д е  Б и н у   вроде бы не приглашали...
Г е н к а   П е т у х.  Да пусть... Она сказала, что хочет помириться.
П р и н ц.  Ладно... Только пусть больше не не распускает слухи, будто втюрилась в меня...
Л и з к а.  Больно надо!
Г у г а.  У нее теперь новая любовь, из восьмого класса...
Л и з к а.  Щас как дам! Ни одна твоя кошка тебя не узнает!
Т о м м и.   Вы ругаться сюда пришли? Постыдились бы, дворец все-таки... Эдик, пошли в футбол играть,  на пустыре за школой все наши пацаны собрались!
П р и н ц.  Чем играть-то? Папаша мяч отобрал...
Г у г а. Ну, тогда в индейцев! Или в охотников! Я возьму двух дрессированных котов, они будут тиграми...
П р и н ц.  Вообще-то король меня запер... Если узнает, что я сбежал, будут тогда тигры...
Т о м м и.   Его величество не скоро вернется во дворец. Он сейчас у нас в гостях. Они с папой пьют смородиновую наливку и вспоминают школьные годы, а мама печет им пирог...
П р и н ц.  Тогда ладно. Валяйте все наружу.

Мальчишки и герцогиня Лизка по очереди исчезают в окне. А Эдоардо не хочет пользоваться  веревочной  лестницей.  Он  просто  с разбега выскакивает в окно — с веселым 
                                                      воплем свободного человека. 
 

                                                      Интермедия

Перед занавесом появляется  Э д о а р д о   П я т ь д е с я т   Ч е т в е р т ы й  в домашней короне   набекрень.    Настроение     у     короля     сейчас    совсем   не  то,  что  после ссоры с
                                                      наследником. Он бодр и весел. 
                          Навстречу королю выходит премьер-министр Лео Гран-Градус.

К о р о л ь.  Прекрасный день, господин премьер-министр, не правда ли?
Г р а н - Г р а д у с.  Как угодно вашему величеству. Только должен заметить, что день совсем не прекрасный, а тяжелый. И все в такое трудное время должны быть на своих местах. А ваше величество...
К о р о л ь  (с некоторой опаской).  А что моё величество?
Г р а н - Г р а д у с.  А ваше величество занимается Бог знает чем!
К о р о л ь.  Я ездил с королевским визитом...
Г р а н - Г р а д у с.  Да! А кроме того, вы на вашем королевском автомобиле “Мерседес-бумс” катали по центральным улицам мальчишек и распевали с ними песни.
К о р о л ь.  Ну... было. Они попросили, а я... как я мог отказать подрастающему поколению нашей славной Верхней Унутрии?
Г р а н - Г р а д у с.  Вы им никогда не отказываете. Это поколение своими босыми пятками перемазало ваши парадные брюки... А машина! Шофер сказал, что задняя рессора лопнула окончательно. А запасных рессор для такой модели в продаже нет лет пятьдесят.
К о р о л ь.  Но я не мог отказать в просьбе! Дети подумали бы, что король зазнался!
Г р а н - Г р а д у с.  Теперь не подумают. Знаете, какую песню сейчас распевают все мальчишки столицы?

                                   Мы друзья, не позабудем,
                                   Как прекрасным летним днем 
                                   На хромом автомобиле
                                   Прокатились с королем.
                                   Тра-ля-ля,
                                   Тра-ля-ля,
                                   Все мы любим короля!

К о р о л ь.  Ну и что?.. Песня как песня. Ведь поют, что любят...
Г р а н - Г р а д у с.  Короля надо не любить, а   ч т и т ь.  А как можно чтить монарха, у которого из кармана парадного мундира выглядывает беспризорный котенок?
К о р о л ь (взявшись за карман). Он не беспризорный, мне его подарили.
Гр а н - Г р а д у с.  Кто же сделал вам столь трогательный подарок?
К о р о л ь.  Гм... Один мальчик. Очень симпатичный мальчик, рыженький такой, только немного неумытый... Их кошка родила полдюжины котят, и надо их куда-то пристраивать, мама заставляет.
Г р а н - Г р а д у с. И котенка препоручили заботам вашего величества!
К о р о л ь. Сударь! Этот котенок, так же, как любой из наших чиновников и министров, житель моего королевства и, следовательно, мой подданный. Я не могу бросить его на произвол судьбы.
Г р а н - Г р а д у с.  В таком случае перестаньте заталкивать его в карман, вы свернете ему голову. Отдайте животное поварихе, она его будет кормить.
К о р о л ь.  Нет. Я не отдал его даже папаше Руппелю, хотя он просил   для внука.  Я отнесу котенка принцу.
Г р а н - Г р а д у с.  Принца нет у себя. Он в зале Государственного совета вместе с министрами ожидает ваше величество.
К о р о л ь.  А что случилось? Зачем собрался совет?
Г р а н - Г р а д у с.  Этого потребовал принц.
К о р о л ь.  Что? Кто? Принц?! Да как он смел! Мальчишка!.. А вы куда смотрели, господин премьер-министр!
Г р а н - Г р а д у с. Его высочество имеет право, он наследник престола. К тому же у него была причина.
К о р о л ь.  Я ему покажу причину. Я его запер в комнате, а он...
Г р а н - Г р а д у с.  Ах, ваше величество! Всегда ли вы оставались под замком, когда ваш папа Эдоардо Пятьдесят Третий, Добрейший, запирал вас в опочивальне?..


                                                  Картина третья

Зал Государственного совета королевства Верхняя Унутрия. За большим столом расположились м и н и с т р ы. Белеют парики, блестят аксельбанты и эполеты. У дверей замер ц е р е м о н и й м е й с т е р. Только п р и н ц  не вписывается в торжественную обстановку.   Взъерошенный,   в  порванной   футболке    и    мятых    джинсах,   с   репьями в
                                             волосах, он нервно  расхаживает по залу.

Ц е р е м о н и й м е й с т е р.  Его величество Эдоардо Пятьдесят Четвертый, Терпеливый, король Верхней Унутрии! И его высокопревосходительство господин Лео Гран-Градус, королевский премьер-министр!

Король занимает место за столом. П р е м ь е р - м и н и с т р — рядом. Принц останавливается  у  другого  конца  стола. Чувствуется,   что   он   сдерживает    негодование.                                                      
                                                      Премьер звонит в   колокольчик.

Г р а н - Г р а д у с.  Ваше величество! Господа министры! Мы собрались ввиду неприятного и чрезвычайного события. Его высочество наследный принц, правитель Нью-Ахтенбергский, герцог де Балтос де Пью де ла Картенбух  Эдоардо Пуантогеннет сообщил Государственному совету Верхней Унутрии, что сегодня в три часа пополудни Министр Унутренних дел нашего королевства господин Фридрих фон Ганц-Будка совершил злодейское нападение на его особу, то есть на особу принца...

         Речь премьера прерывают аханья, оханья и возмущенные восклицания.            
 
Г о л о с а.  Какой ужас! Какое нападение! Это измена! Может быть, это недоразумение?..  Ваше высочество... Господин министр!.. Что он сделал с вами, принц?!
П р и н ц.  Он... схватил меня  за ухо. И... дернул. Два раза!
Г о л о с а.  О-о-о-о... О-о-ох!..  Чудовищное злодейство!
К о р о л ь  (вскакивая).  Эй, стража! Двенадцать гвардейцев и кузнеца с кандалами!
Г а н ц - Б у д к а.  Но ваше величество! Прежде, чем казнить или миловать, выслушайте меня! Ведь недаром же вас называют Терпеливым!
К о р о л ь.  Говорите. Но о том, чтобы миловать, не может быть и речи. У всякого терпения есть предел.
Г а н ц - Б у д к а.  Ваше величество, вы великий и мудрый кололь. Посудите сами, мог ли я узнать принца со спины, когда он вместе с другими вашими юными подданными, которые забрались в мой сад за скороспелыми яблоками... гм... несколько поспешно покидал мою усадьбу через дыру в заборе? Вы изволите видеть, что его высочество сейчас не в придворном платье. Он своей одеждой никак не отличается от других малолетних жителей столицы... И даже ухо, за которое я... несколько придержал его высочество, оно такое же, как у других детей королевства. Мог ли я подумать? Это ухо... да простит меня его высочество, даже... гм... не совсем вымытое. В точности как у любого мальчишки с городской окраины...

   Среди членов Государственного совета слышится сдержанное хихиканье.

П р и н ц.  Неважно, чье это ухо! Вы забыли, что мой дед, Эдоардо Пятьдесят Третий, Добрейший, своим указом запретил взрослым хватать детей за уши, раздавать подзатыльники и вообще обижать маленьких! Это государственный закон! А тому, кто с ним спорит, грозит отсечение языка. В некоторых случаях — вместе с головой!
Г а н ц - Б у д к а.  Ваше высочество! Вы развиты не по годам и прекрасно знаете законы. Поэтому вам наверняка известен и закон, который оберегает собственность. В том числе и яблоки в садах жителей королевства!
П р и н ц (в упор глядя на министра Унутренних дел).А  к и р п и ч и?
Г а н ц - Б у д к а.  Что... кирпичи?
П р и н ц.  Желтые...
Г а н ц - Б у д к а.  (слабым голосом). Ка... какие желтые?
П р и н ц.  Те самые, которыми вымощены дорожки в вашем саду, господин Ганц-Бабка... то есть Будка. Те, из которых построен гараж вашего нового автомобиля. Те, которыми облицован ваш фонтан. Уж очень они похожи на те, которые зимой исчезли со строительства городского  бассейна для ребят. Я сегодня посмотрел, так прямо в точности такие же. Может быть, поэтому вы и не любите пускать посторонних на свой двор, господин министр?

                                       Наступает нехорошее молчание.

Г р а н - Г р а д у с. Та-ак... А вы, господин Ганц-Будка рассказывали что-то про грабителей из-за границы.
М и н и с т р   М е д н ы х   и   С е р е б р я н ы х   д е н е г.  Та-ак... Это был убыток на две с половиной тысячи серебряных дукатов.
К о р о л ь.  Та-ак... Эй, стража!
Г а н ц - Б у д к а.  Но ваше величество...
К о р о л ь. Никаких ваших величеств. Я, конечно, терпеливый король, но... Господин Гран-Градус! В одиночную камеру его! Без права читать детективные романы и без компота на обед!
Г а н ц - Б у д к а.  Ваше величество! Можно хотя бы попрощаться с женой и взять с собой портативный телевизор?
К о р о л ь.  Попрощаться можно. А насчет телевизора номер не пройдет... Господин премьер, дайте ему с собой в темницу старый граммофон и пластинку с песней “О великая Унутрия, ты прекраснее всех стран”. Может быть, этот патриотический гимн поможет скорее перевоспитаться... унутреннему жулику. А пока не перевоспитается, мы его не выпустим... Да прикажите студентам-практикантам разобрать его гаражи и фонтаны и вернуть кирпичи на строительство бассейна.
М и н и с т р   М е д н ы х   и   С е р е б р я н ы х  денег. Ваше величество, а куда его сажать? Тюрьмы-то нет.
К о р о л ь.   Как нет?!
М и н и с т р   М е д н ы х   и   С е р е б р я н ы х   д е н ег.  Видите ли, ваше величество, она столько времени пустовала... Вот я и решил пустить ее под гостиницу для туристов. Они почему-то обожают ночевать в старинных казематах с решетками. А государству доход...
К о р о л ь.  Новое дело! Довели страну,  даже тюрьмы не стало!
М и н и т с т р   М е д н ы х   и   С е р е б р я н ы х   д е н е г. Жили же до сих пор... Ваше величество, а может быть, его посадить в дворцовое подземелье? Там есть комнатка, где раньше хранились королевские бриллианты. Сейчас там, увы, ничего не хранится...
К о р о л ь.  Сажайте куда угодно, лишь бы замок был прочный... (Принцу). А ты иди учить уроки, герой...

Появляются  г в а р д е й ц ы,  берут   бывшего   министра  под  руки,  тот хнычет.  Премьер
                                                         звонит  в  колокольчик.

Г р а н - Г р а д у с.  Заседание Государственного совета объявляется закрытым.


                                              Картина четвертая

Комната  принца. За окном синеет вечер. П р и н ц   в  ночной   рубашке  сидит  на  постели  и 
                                        листает книгу. Потом зевает и откладывает ее.
                                                                 
                                                            Появляется к о р о л ь.

К о р о л ь.  Ну что, навоевался за день, мушкетер?
П р и н ц.  Угу...
К о р о л ь.  А почему такой грустный?
П р и н ц. Не знаю. Вечером почему-то всегда грустно... Когда маленький был, мама приходила, сидела рядом. А сейчас всегда один...
П р и н ц.  Н-ну... не так уж всегда. Согласись, я тоже порой заглядываю к вашему высочеству. Хотя, конечно, не так часто, как надо бы. Дела...
П р и н ц.  Я понимаю. Ты король.

                                  Король присаживается на край постели.

П р и н ц.  Папа, осторожнее, не разбуди котенка. Он знаешь какой игручий!  Полдня прыгал, а теперь спит...
К о р о л ь.  Скоро каникулы. Ты тоже набегаешься и напрыгаешься с друзьями-приятелями. И тоже будешь засыпать в одну секунду, Как говорится, без задних ног...
П р и н ц.  Каждый день гулять да бегать — тоже надоедает...
К о р о л ь.  А если хочешь, давай устроим во дворце детский бал! А?
П р и н ц.  Можно... Ой, нет! Опять надо будет в кружева и бархат наряжаться! В школе надоело. Смотрят как  на музейное чучело...
К о р о л ь. Что поделаешь, у королевских семей свои трудности... Зато я могу подарить подходящую к твоему придворному костюму шпагу.
П р и н ц.  Настоящую?!
К о р о л ь. Еще бы! Настоящую и старинную! Она принадлежала твоему пра-пра-пра... в общем, Эдоардо Тридцать Пятому по прозвищу Крошка Эдди. Он был очень маленького роста, и его шпага будет тебе в самый раз.
П р и н ц.  Папа, а в школу с ней можно  ходить?
К о р о л ь.  В школу?  Но ведь скоро каникулы.
П р и н ц.  Ну, в будущем году...
К о р о л ь.   Гм... Хорошо, только не всякий раз, а по торжественным дням. И ты дашь слово, что не будешь там вытаскивать ее из ножен и размахивать перед всеми.
П р и н ц. Ладно, не буду! Я ее здесь буду вытаскивать! И тренироваться в фехтовании!...

Принц  прыгает  с  кровати и делает несколько фехтовальных приемов. Король усаживает его 
                                                                  рядом с собой.

К о р о л ь.  Успокойся. Перед сном воевать вредно.
П р и н ц.  Папа, а когда ты ее подаришь? Сейчас?
К о р о л ь. Что ты! Сейчас оружейная кладовая уже заперта и дворцовый завхоз ушел спать...
П р и н ц. Ну, а когда же?
К о р о л ь.  К балу. Когда приготовят твой парадный костюм.
П р и н ц.  А бал когда?.
К о р о л ь.  В  день окончания учебного года..
П р и н ц.  Через неделю еще! Это же целая вечность...
К о р о л ь.  Ох, милый ты мой... Неделя не вечность, а... как сказал поэт,  “лишь краткий миг земного бытия”.  Глазом не моргнешь...
П р и н ц.  Все равно это очень долгий миг...
К о р о л ь. Ладно... чтобы тебя утешить, я сделаю еще один подарок...
П р и н ц.  Какой?!
К о р о л ь.  Очень важный... Он связан с одной государственной тайной. Ты должен будешь держать язык за зубами... Хотя я не знаю. Наверно, я не имею права...
П р и н ц.  Ну, папа!
К о р о л ь. Ладно. Чего не сделаешь ради единственного сына... Держи...
П р и н ц.  Это что? Зажигалка?.. Ой, нет... Газовый баллончик?
К о р о л ь.  В какой-то степени. Только не обычный... Слушай... (Он оглядывается, потом начинает что-то рассказывать принцу на ухо. Принц радостно подскакивает и хохочет). Тише, тише... Повторяю: государственная  тайна. И еще имей ввиду: эта штука — одноразового пользования.  Не расходуй ее поскорее, а выбери какой-нибудь подходящий момент. И подходящее место — подальше от посторонних глаз...
П р и н ц.  Я  понимаю...
К о р о л ь.  Не вздумай это делать в школе. У классной дамы будет инфаркт, а тебе влепят неуд по поведению за весь учебный год. А меня затаскают по педсоветам и родительским собраниям...
П р и н ц.  Папа, ты ж король!
К о р о л ь.  Какая разница, кто папа, если сын хулиган!
П р и н ц.  Ох уж хулиган! Подумаешь, один раз подложил под Лизку кактус! Ничего ей не сделалась, она... твердокаменная.
К о р о л ь.  А кактус?
П р и н ц.  Кактус жалко. Я не подумал...
К о р о л ь.  Вот видишь... Ладно, укладывайся. Спокойной ночи...
П р и н ц.  Папа, не уходи! Поговорим еще...
К о р о л ь.  Поздно уже...
П р и н ц.  Ну, немножко... Знаешь что? Расскажи сказку...
К о р о л ь.  Сказку? Гм... А может быть, лучше какую-нибудь историю? Например, про путешествия Эдоардо Одиннадцатого, Мореплавателя?  Или...
П р и н ц.  Нет, просто сказку.
К о р о л ь (подумав). Хорошо, малыш. Я расскажу тебе сказку про Золушку. Тебе когда-то рассказывала ее мама. Ты, наверно, не помнишь.
П р и н ц. Помню. Чуть-чуть...


                                   Действие второе

                                                   Картина пятая

Внутренность зажиточного городского дома. Диваны, большие часы, телевизор, камин. Смесь  старины  и  современности. З о л у ш ка  сидит в углу за камином, покачивает на руках   маленький   сверток.    Г о р т е н з и я    и    Л ю м и н е л л а   за столом раскладывают
                                                                            карты.

Г о р т е н з и я.  Ой, Люминелла! Тебе опять выпал червонный валет! Это не случайно, не отпирайся!
Л ю м и н е л л а. Не городи чепуху! Червонный, значит, рыжий! Я за рыжего не пойду никогда в жизни, лучше в монастырь...
Г о р т е н з и я.  Никуда ты не денешься, если судьба.
Л ю м и н е л л а.  Это пусть тебе судьба жениха выбирает, а я как-нибудь сама...
Г о р т е н з и я.  Ха-ха! Всем известно, что наша Люминнелочка мечтает о принце...
Л ю м и н е л л а.  О ком хочу, о том и мечтаю. Не твое дело!
Г о р т е н з и я.  Мечтать не вредно, от этого живот не болит. Только где ты его возьмешь, принца-то? Их в магазинах не продают.
Л ю м и н е л л а.  Где надо, там и возьму.
Г о р т е н з и я.  А если он  окажется рыжий, как твой валет?
Л ю м и н е л л а.  Рыжих принцев не бывает!
Г о р т е н з и я.  Откуда ты знаешь?
Л ю м и н е л л а.  А наш Эдоардо разве рыжий?
Г о р т е н з и я.  А! Так, значит, ты   е г о   себе в женихи наметила!
Л ю м и н е л л а.  Больно он мне нужен! Жених из пятого класса “Дэ”! Он еще в коротких штанишках бегает. И футбол на пустырях гоняет с мальчишами... Вроде нашей красавицы. (Кивает на Золушку).
З о л у ш к а.  Неправда, я в футбол с мальчишками не играла. Только в  рыцари-разбойники...
Г о р т е н з и я.  Какая разница!  Это еще неприличнее... разбойники! Где это видано, чтобы девочка из порядочной семьи играла с уличными бездельниками.
З о л у ш к а.  А с кем мне играть? С вами? Вы же никогда меня не принимаете. И ни разу даже ни одной игрушки не дали...
Л ю м и н е л л а.  Может быть, тебе еще золотые сережки и набор французской косметики?
З о л у ш к а  (тихонько).  Пфы...
Г о р т е н з и я.  А чего ты на нас пфыкаешь! Вот мы скажем маме!
З о л у ш к а.  А я не на вас. Это я сама с собой разговариваю.
Л ю м и н е л л а.  Ну, конечно! На нас она и глядеть не хочет...
Г о р т е н з и я. Очень самоуглубленная натура. Беседует только сама с собой. Потому что других достойных собеседников в этом доме у нее нет!
З о л у ш к а. Ну, почему вы все время ко мне цепляетесь? Я же ничего плохого вам не сделала!.. Сидели бы да гадали себе женихов...
Г о р т е н з и я.  А тебе завидно!
Л ю м и н е л л а.  Ей гадать ни к чему. И так ясно, кто будет ее жених. Горбатый трубочист с Гусиной улицы. Самая подходящая пара...
Г о р т е н з и я.  Нет, ведь трубочист женат уже тридцать лет. На хромой прачке...
Л ю м и н е л л а.  Тогда она выйдет замуж за своего деревянного крокодила! Он молод и холост...

                                                 Входит    м а ч е х а.

М а ч е х а.  Красавицы мои! Вам не кажется, что пора уже собираться на бал. Неприлично опаздывать во дворец!.. А ты, Золушка, могла бы помочь сестрицам собраться.
Л ю м и н е л л а.  Мамочка, ей некогда! Она отыскала на свалке бесхвостого деревянного крокодила и нянчится с ним, как с куклой.
М а ч е х а.  Не надо придираться к девочке. Каждый имеет право играть, как хочет. И не забывайте, что Золушку я люблю так же, как вас, она дочка моего дорогого мужа, который скончался так не вовремя... Ах, если бы он не простудился на своем обдуваемом всеми ветрами маяке, как прекрасно жили бы мы сейчас...  Золушка! Однако и правда хватит  бездельничать. Помоги девочкам собраться!
Г о р т е н з и я.  Только пусть сначала вымоет руки. А то перемажет нам платья.
М а ч е х а.  В самом деле! Почему ты всегда такая чумазая? В прежние времена золушки были перепачканы, потому что возились с золой и углями, но в наше время, когда все камины электрические... Нет, дорогая, ты не девочка, а какой-то... ф е н о м е н!
З о л у ш к а.  Простите, пожалуйста, но у меня совершенно чистые руки...
М а ч е х а.  А платье! Когда ты успела его так истрепать и перемазать? Я подарила его тебе всего полгода назад, почти новое.
З о л у ш к а. Но оно же у меня единственное! Я в нем и в школу хожу, и полы мою, и ковры выбиваю, и...
Л ю м и н е л л а.  И в разбойников играю на пустырях...
М а ч е х а.  Всё, всё! Хватит ссорится. Я уже сказала: каждый имеет право играть, как хочет. Мы живем в свободном королевстве, и права детей  гарантированы особой декларацией... Девочки — одеваться!

                     Мачеха и сестры уходят. Золушка разворачивает сверток.

ЗОЛУШКА. Проснулся, Зелененький? Вот и хорошо... Ты у меня славный... Ну и что же, что без хвоста? Все равно ты хороший. В тыщу раз лучше, чем расфуфыренные куклы Гортензии и Люминеллы... Потому что ты моя единственная игрушка... Вот уедут на королевский бал мачеха и сестрицы, а мы останемся с тобой вдвоем и будем веселиться, как хотим, никто не помешает... Что?..  Да ну, это бесполезно. Все равно они меня не возьмут... Попробовать? Ох, не знаю... Да нет, не боюсь я! Что ты! Мачеха меня никогда даже пальцем не тронула... только ведь языком можно тронуть больнее, чем руками...

                           Появляются  мачеха и сестры в бальных платьях.

М а ч е х а.  Золушка! Ну-ка, посмотри, на спине у меня ничего не топорщится? И не помят ли воротник?
ЗОЛУШКА (оставляет игрушку и подходит). Все хорошо... почти. Надо бы только подшить одну складочку, чтобы не оттопыривалась...
МАЧЕХА. Ну, так сделай же поскорее!

Золушка  из-под  воротника  достает   иголку   с  намотанной   ниткой,    распутывает    нитку,
                                                      начинает умело подшивать складку.

М а ч е х а.  Аккуратнее. Не уколи...
З о л у ш к а.  Я осторожно... Простите, пожалуйста, можно я спрошу?
М а ч е х а.  Я не понимаю, почему ты всегда так ко мне обращаешься? “Простите пожалуйста”! Если не хочешь говорить мне “мама”,  можешь называть меня “тетя Анна-Бригитта” или, в крайнем случае”, “милая мачеха”. По крайней мере, это будет отражать суть вещей...
З о л у ш к а.  Тетя милая мачеха... Простите, пожалуйста, вы не могли бы взять меня с собой на бал?

                                               Сестры дружно хихикают.

М а ч е х а.  Ну, посуди сама! В чем ты пойдешь? В этом... рубище?
З о л у ш к а.  Я подумала, что... может быть сестрица дадут мне на вечер какое-нибудь свое платьице... из которого они все равно выросли...
Г о р т е н з и я   и   Л и о н е л л а  (разом):  Что-о?!
М а ч е х а.  Вот видишь! Они не хотят, а я не вправе распоряжаться их собственностью... Ты сама виновата. Почему у тебя с сестрами постоянная конфронтация? Нельзя быть такой неконтактной...

Сестры  украдкой показывают Золушке язык. Золушка заканчивает работу и прячет иглу под
                                                           воротник, оторвав нитку.

М а ч е х а.  Осторожнее!.. Девочки, нам пора. Сейчас я вызову такси, а вы не забудьте ваши шляпки и веера.

                              Сестры и мачеха направляются к двери.

З о л у ш к а.  Простите, по... Тетушка милая мачеха! Тогда можно мне хотя бы посмотреть на бал по телевизору! Говорили, что из дворца будет передача.
М а ч е х а.  Посмотри... Только не пережги предохранитель... И сначала сходи в лес и принеси хворосту для камина.
З о л у ш к а.  Зачем?! Он же электрический!
М а ч е х а.  Не считай, что ты умнее меня! Сейчас в городских домах такая мода. Хворост кладут на электрические угли, и они просвечивают сквозь ветки очень натурально. Это создает эффект близости к природе... И не забудь пропылесосить полы и вымыть посуду.

      Мачеха со своими дочерьми удаляется. Золушка берет в руки игрушечного крокодила.

З о л у ш к а.  Поскучай тут без меня, Зелененький. Мне надо в лес. Не бойся, это не далеко...

                                                  Интермедия

              Входит   З о л у ш к а   с охапкой хвороста, оглядывается.

З о л у ш к а.  Ну вот, забрела неизвестно куда... А разве я виновата, что на краю леса никакого хвороста, всё вычищено, как в городском парке... А передача, наверно, давно уже началась... Да зачем она мне, эта передача? Ну, посмотрю, а потом что? Совсем тошно сделается. Опять сестрицы появятся, начнут языки чесать, опять “милая мачеха” будет воспитывать... Может быть, не возвращаться домой? Построю хижину, буду питаться ягодами и грибами... Ох, это летом можно, а зимой-то как?.. А что если попроситься к разбойникам? Я читала, что они не такие уж свирепые... Да нет, в наших лесах, разбойники давно повывелись...  Можно, пожалуй, переодеться мальчишкой и поступить в барабанщики королевской гвардии... Но нет, в барабанщики берут не всякого. Да и мачеха все равно отыщет, устроит скандал... И Зелененького нельзя оставлять, его сразу на помойку выкинут... Ничего в голову не приходит. Только руки-ноги гудят... (Золушка садится. Потом устраивается поудобнее, кладет голову на вязанку). Отдохну немного... Зелененький, не скучай, я тут не долго...

                                                 Золушка засыпает...

      Сопя и вздыхая, выходит на поляну  очкастый  м е д в е д ь с газетой в передних лапах.

М е д в е д ь.  Ну и газета... Одно название, что “Лесные новости”, а на самом деле сплошные городские сплетни. То скандал на выборах в столичный совет, то министр Унутренних дел украл казенные кирпичи... Кому это интересно! Сорока на хвосте и то больше информации приносит... (Он комкает газету, заталкивает ее в карман на шкуре. Делает еще несколько шагов, останавливается недалеко от спящей Золушки, сдвигает на лоб очки). А это что еще за явление?.. Не может быть... Ах ты бедненькая. Да ведь это самая настоящая Золушка!.. Что же мне с тобой делать? Не оставлять же здесь... А куда тебя девать? В моей холостяцкой берлоге такой крохе не место, тут нужна женская забота... А ну-ка, пойдем, милая... (Он осторожно подымает Золушку на лапы, несет с поляны).
                                   

                                                    Картина шестая

Внутренность избушки на курьих ногах. Все как полагается — на стенах звериные черепа и пучки трав, кривые часы с маятником-сковородкой. Мелькает пламя в большущей печи, мигает в углу старенький телевизор — тоже на куриных лапах. У стены, на покрытой овчинами лежанке спит под цветастым одеялом  З о л у ш к а. Посреди избы, у кривоногого стола колдует над горшками и колбами старая  л е с н а я  в е д ь м а. Слегка кокетливо напевает  романс — что-то    вроде  “Как  молоды  мы  были...”  Над   горшком    подымается
                                   клуб  разноцветного дыма. Ведьма потирает руки.

В е д ь м а. Недурно... весьма недурно. Напрасно злые языки болтают, будто тетушка Роза на старости лет позабыла все хитрости магии... Не-ет, голубчики, вы еще обо мне услышите, когда я закончу серию экспериментов с лиловыми болотными огнями и лягушачьей икрой... Вы еще... А? Ты уже роснулась, милая?

                    Золушка и в самом деле проснулась. Села, протирает глаза

З о л у ш к а.  Ой... как я сюда попала?
В е д ь м а. Да очень просто, моя хорошая. Уморилась в лесу, уснула на травке, а дядюшка Михель тебя и увидел. Это медведь здешний, мы с ним старые знакомые... Вот и принес тебя ко мне, чтобы не простыла на вечернем воздухе. Говорит, будто бы ты Золушка? Неужели по правде?
З о л у ш к а.  Да... так меня зовут...
В е д ь м а.  Вот чудеса! Я и не знала, что золушки сейчас бывают на самом деле. Думала, это давно уж бабушкины сказки.
З о л у ш к а.  Бабушка... простите, пожалуйста, а вы кто?
В е д ь м а.  Ох,  да не все ли тебе равно?
З о л у ш к а.  Просто я сперва подумала... ой...
В е д ь м а.  Да чего подумала-то?
З о л у ш к а.  Простите, пожалуйста... бабушка,  вы меня не съедите?
В е д ь м а.  Да ты что, красавица! Я мясную пищу уже четыреста лет не потребляю! У меня печень больная, на диете сижу давным давно... Да и где это видано, чтобы есть заплутавшего в лесу ребенка! Другое дело, если разбойник какой-нибудь, совсем уж неисправимый, или браконьер, от которого лесным жителям  проходу нету... А чтобы кто-то ел золушек, такого сроду не случалось. Ни в сказках, ни в жизни!
З о л у ш к а.  Извините. Дело в том, что мне сперва показалось...
В е д ь м а.  Что показалось-то? Говори, не бойся.
З о л у ш к а.  Вы только не обижайтесь, пожалуйста... Будто вы немножко похожи на бабу-ягу...
В е д ь м а.  Ну и чего такого? Ну и похожа. Только снаружи... Некоторые болтают, будто я и есть настоящая баба-яга, но ты не верь. Меня зовут тетушка Роза... Я против бабов-яг... или как их... баб-ягов... ничего не имею, они женщины положительные. Но только простого звания. А я, если хочешь знать, обучалась в колдовской спецшколе при академии на Лысой горе, а потом, при четырех королях Эдоардо, с десятого по тринадцатого, состояла при дворе в должности главной колдуньи... Это уж после, когда на колдунов гонения начались, пришлось переселиться в леса, а до той поры... Э, да что там говорить. Молодость есть молодость...
З о л у ш к а.  Баб... Тетушка Роза! А сейчас можно поступить в эту спецшколу?
В е д ь м а.  Что ты родимая! Ее закрыли полтыщи лет назад! Да и зачем тебе? Неужто хочешь ведьмой сделаться?
З о л у ш к а.  Да мне все равно. Лишь бы куда-нибудь из дома...
В е д ь м а.  А, понимаю! Сразу-то не сообразила... У золушек всегда дома нелады... Но в ведьмы тебе  подаваться нет резона. И профессия эта нынче не престижная, и натура у тебя не та... Да и, насколько я помню, ни одна золушка ведьмой не стала. А делались они или принцессами, или учительницами начальной школы...
З о л у ш к а.  Ха, “принцессами”. А чтобы учительницей, надо еще институт кончить... Тетушка Роза, а что у вас там мигает? Телевизор?
В е д ь м а.  Он самый. Только старенький еще, первой модели. КВН называется...
З о л у ш к а.  А передача... не из дворца случайно?
В е д ь м а.  Оттуда, оттуда... Ох, да как же я, старая. не сообразила? Тебе же это в первую очередь сейчас любопытно! Ну-ка садись...

      Ведьма устраивает Золушку перед телевизором. Увеличивает  громкость.

Г о л о с   в е д у щ е г о. ...главном зале королевского дворца. Гости давно уже начали съезжаться на бал. Юные жители столицы, их родители постепенно заполняют ярко освещенное люстрами помещение. Девочки в бальных платьицах, мальчики в парадных костюмчиках, умытые и причесанные. Что ни говорите, а приятно видеть наших юных сорванцов — обычно потрепанных, поцарапанных и лохматых — такими нарядными и чинными. Сегодня они будут вести себя как истинные кавалеры. Скоро зазвучит музыка первого танца. Оркестр уже занял место на антресолях. В честь торжественного события сегодня дирижирует оркестром сам король Верхней Унутрии Эдоардо Пятьдесят Четвертый... Вот он вышел Слышите аплодисменты?.. Известно, что в юности его величество обучался в столичной музыкальной школе и любил выступать в концертах дворцовой самодеятельности. И теперь он, как в преж...

                                                       Звук обрывается.

В е д ь м а. Ну вот, как всегда, на самом интересном месте... (Колотит по телевизору). Наверно, конденсатор сел, а запасного нет, надо на толкучке покупать... Ох, да и зачем тебе, Золушка, эта передача?
З о л у ш к а.  Интересно...
В е д ь м а. Тебе ведь не по телевизору это хочется смотреть, а на самом деле побывать там. А?
З о л у ш к а.  В этих-то лохмотьях!
В е д ь м а.  Подожди-ка, моя ненаглядная...

Она отходит к могучему горбатому сундуку, со скрежетом поднимает крышку. Выкидывает наружу всякую рухлядь: подшитые валенки,  мятый самовар,  расколотый чугун, тряпье... И наконец  пальчиками подымает на воздух легкое, как пена, платьице с блестками. Любуется...

З о л у ш к а. Ой, тетушка Роза... Откуда у вас такое?
В е д ь м а.  Трудно поверить, милая, но я тоже когда-то была девочкой. И был у меня первый бал... Вот, с того раза... Ну-ка, встань, поколдуем, примерим...

Ведьма дает платье Золушке, накидывает на нее одеяло, делает несколько взмахов, отбрасывает   одеяло    прочь... и    Золушка    предстает    в    бальном    наряде,  в  маленькой      
                      сверкающей короне и блестящих туфельках. Ведьма подносит зеркало.

В е д ь м а.  Ну, полюбуйся на себя.
З о л у ш к а.  Неужели это я?


В е д ь м а.  Ты, мое золотце, ты... Помни только, что такой красавицей сможешь ты быть лишь до полуночи. Поэтому не задерживайся на балу...
З о л у ш к а.  Понимаю. Это как в старой сказке, да?
В е д ь м а.  Не в сказке дело. Просто платьице мое, хотя и красивое, но очень старое. Все старые платья когда-нибудь превращаются в лохмотья. И вот у этого платья срок — сегодняшняя полночь.
З о л у ш к а.  Я успею! Я там недолго!.. А как я туда попаду?
В е д ь м а.  Раньше бы я тебя туда прямо в своей избе доставила, как в автобусе, она ведь на курьих ногах. Бывало, бегала, как страус. А теперь охромела. Придется на метле. Не забоишься?
З о л у ш к а.  Не знаю... Знакомые мальчишки говорят, что я не очень боязливая.
В е д ь м а.  Вот и молодец. Я тебя в теплый платок закутаю, чтобы не дуло. А ты, главное, вниз не смотри. Зажмурься и считай до девяноста. Как досчитаешь, так мы и у дворца... (Она набрасывает на Золушку платок). Идем, моя храбрая. Глядишь, у сказки будет хороший конец...

Они   уходят.   Молчавший  телевизор  вдруг оживает. Выходит на середину избы и начинает
                                                              вещать с полуслова.

Г о л о с   в е д у щ е г о. ...нятно, почему до сих пор не начинаются танцы. А! Дело в том, что еще нет хозяина бала, юного принца Эдоардо... Но вот и он! Посмотрите, наследник престола спускается по дворцовой лестнице к гостям. Как он великолепен в своем парадном костюме, с орденом Унутреннего Льва первой степени и при шпаге... Принц милостиво отвечает на приветствия юных и взрослых участников бала... Правда, он почему неулыбчив и даже... да, выглядит грустноватым. Но праздник еще впереди и будем надеяться, что прекрасная музыка и веселые гости вернут его высочеству привычную жизнерадостность... Принц останавливается и салютует шпагой. Король подымает дирижерскую  палочку. Уважаемые телезрители, встаньте! Сейчас зазвучит древний гимн нашего славного королевства! Его исполнят все гости и хозяева дворца...

                                        Слышатся аккорды, а затем хор:

                                      О, великая Унутрия!
                                      Ты прекрасней всех на свете!
                                      На заре тебя на утренней
                                      Славят взрослые и дети.
                                      И совсем-совсем не нужен нам
                                      Никакой заморский край.
                                      Ты прекрасней, чем жемчужина.
                                      Ты прекрасна — так и знай!..






                                    Действие третье

                                                    Картина  седьмая

Парадный зал королевского дворца. Праздничное мельтешение нарядных г о с т е й. Ленты серпантина,   хлопушки.  Крики:   “Кому мороженого?!   Кому  лимонада?!   Его   высочество
                        угощает всех!” На середину выходит  ц е р е м о н и й м е й с т е р.

Ц е р е м о н и й м е й с т е р.  Господа! А теперь новое музыкальное сочинение. “Королевская полька”! Кавалеры приглашают дам! Ваше величество, маэстро, прошу!

К о р о л ь   перед   оркестром   взмахивает   палочкой.    Музыка.    Гости   пускаются  в пляс.                 
                        Музыканты   и  детские голоса исполняют  “Королевскую польку”:

                                Мы, друзья. не позабудем,
                                Как прекрасным летним днем
                                На хромом автомобиле
                                Прокатились с королем.
                                Тра-ля-ля,
                                Тра-ля-ля!
                                Все мы любим короля!
                              
                               Если лопнула рессора,
                                Значит, был излишний вес!
                               Лет примерно через сорок
                               Мы починим “Мерседес”.
                               Ту-ту-ту,
                               Ту-ту-ту!
                               Слышно будет за версту!
                              
                               В наших рощах нету тигров,
                                Нету барсов, но зато
                                Мы пускаем в наши игры
                                Дрессированных котов!
                                Тра-та-та,
                                Тра-та-та!
                                Разбегайтесь от кота!

                                Если скрыться не сумели
                                И не справились с котом,
                                Вам поможет в этом деле
                                Храбрый Гуга Кошкин Дом!
                                Мяу-мяк,
                                Мяу-мяк!
                                На носу сидит синяк!

 П р и н ц   не танцует. Вместе с  Г е н к о й   П е т у х о м  он выбирается из толпы гостей, вдвоем они отходят в сторону на свободную площадку за  колоннами.   Петух на сей раз — в
                                    матросском   костюмчике “приличного мальчика”..
Г е н к а   П е т у х.  Чего-то ты кислый сегодня, ваше высочество. Почему?
П р и н ц   Сам не знаю...
Г е н к а   П е т у х.  Кругом праздник, люди веселятся, а ты как вареная курица...
П р и н ц.  Сам ты курица... Я разве виноват, если мне... не веселится? Надоели все эти праздники.
Г е н к а   П е т у х.  Потому что ты к ним привык. Потому что принц...
П р и н ц.  Мне и принцем быть надоело.
Г е н к а  П е т у х.  Тут уж никуда не денешься. Я вот из шутов сбежал, а ты из принцев не сбежишь никуда. Разве что в короли, когда твой папа... уйдет на пенсию.
П р и н ц.  Этого еще не хватало!
Г е н к а   П е т у х.  А чего ты хочешь?
П р и н ц.  Сам не знаю.
Г е н к а   П е т у х.  А я знаю. У тебя начинается переходный возраст.
П р и н ц.  Чего-чего?
Г е н к а   П е т у х.  Ну, время такое наступает, когда в душе особое состояние. Называется “томление духа”. И хочется первой любви...
П р и н ц.  Щас как вделаю по шее...
Г е н к а   П е т у х.  Я же серьезно!
П р и н ц.  А...  у тебя это было? Такое томление...
Г е н к а   П е т у х.  Нет еще. Но скоро обязательно будет, я чувствую...
П р и н ц.  Да в кого влюбляться-то? В Лизку, что ли? Или в этих крашеных кукол? (Он кивает на Люминеллу и Гортензию, которые в танце приблизились к нему и к Генке. Потом любезно им улыбается — хозяин бала все-таки. Сестры обрадованно приседают в поклоне).
Г е н к а   П е т у х.  В том-то и драма. Любви хочется, а влюбиться не в кого...
П р и н ц.  Да врешь ты все! Ничего мне не хочется. И никакого переходного возраста у меня нет...
Г е н к а   П е т у х.  Значит, ты просто объелся мороженым. Выпей горячего чая, и оно у тебя в животе растает вместе с грустью.
П р и н ц.  Да, правда, что чувства юмора у тебя ни капельки, а чувства ехидства — целая бочка...
Г е н к а   П е т у х.  Я тебе дельный совет даю, а ты... Ой, Эдька, смотри! Новенькая...

                            В зал робко, но грациозно входит  З о л у ш к а.

П р и н ц.  Петух, кто это? Я ее ни разу не видел.
Г е н к а   П е т у х.  Понятия не имею... Иди встречай, растяпа, ты же хозяин бала!

                          Принц спешит навстречу гостье. Он явно смущен.

П р и н ц.  Здравствуйте... Добро пожаловать...
З о л у ш к а.  Здравствуйте... ваше высочество...
П р и н ц.   Не надо говорить “высочество”. Меня зовут Эдоардо. То есть Эдик... А тебя... а вас?
З о л у ш к а.  Золушка...
П р и н ц.  В самом деле?  Вот это здорово!.. Золушка, вы... ты умеешь танцевать?
З о л у ш к а . Нас учили в школе, на уроках музыки...
П р и н ц  (вскинув голову к антресолям с оркестром). Папа! Давайте вальс “Сказки Унутреннего леса”!

Звучит вальс. Кружатся принц и Золушка, кружатся гости. К Петуху подскакивает  Л и з к а
                                        —   юная герцогиня Шарлотта-Элизабет.

Л и з к а.  Ой, Генчик, какой ты сегодня красивый! Пойдем танцевать!
Г е н к а   П е т у х.  Что-то неохота...
Л и з к а.  Да пойдем! Чего торчать столбом, когда все веселятся!
Г е н к а   П е т у х.  Ну, ладно... Я к вашим услугам, сиятельеная герцогиня де Бина. Вы сегодня обворожительны... Всегда бы так...
Л и з к а.  Язва ты все-таки, Петух...  (Они кружатся). Слушай, а кто это танцует с Эдиком? Не знаешь?
Г е н к а   П е т у х.  Знаю, конечно. Заморская принцесса. Не видишь, что ли...
Л и з к а.  Подумаешь, принцесса.  Наверно, из какой-то глухомани... У нее и платье-то не современное, сейчас уже не носят такие, сплошь из кружев...
Г е н к а.  “Ду” ты и есть”ду”...
Л и з к а.  А ты!.. А ты!... Я тебе сейчас таких фингалов наставлю! А ну, давай выйдем!

Она   вцепилась  в  галстук  Генкиной матроски и тянет Петуха к выходу. Церемониймейстер
                      оставляет мачеху, с которой вальсировал, и спешит навести порядок.

Ц е р е м о н и й м е й с т е р.  Ваше сиятельство, что вы делаете! Вы же девочка!.. А ты, Генрих, с ума сошел? Я вот скажу отцу, он тебя научит уважать герцогинь!
Г е н к а   П е т у х.  Она первая полезла!
Л и з к а.  А он обзывается!
Ц е р е м о н и й м е й с т е р.  В королевском зале! Стыдитесь, господа!.. Ступайте в буфет и охладите себя лимонадом. Только порознь, порознь, а то опять сцепитесь!

Лизка,   показав  Генке  кулак,   удаляется. Через  полминуты  церемониймейстер отпускает и
                                              Петуха. Тот устремляется за герцогиней...
      
         Вальс заканчивается. Принц и Золушка отходят в сторону, за колонну.

П р и н ц.  Ты так здорово танцуешь! Лучше всех!
З о л у ш к а.  Правда? Я и не знала... Я ведь очень мало училась. Немножко на уроках да еще дома, когда никого нет...
П р и н ц.  Одна?
З о л у ш к а.  С Зелененьким...
П р и н ц  (слегка ревниво).  А это кто?
З о л у ш к а.  Это моя игрушка. Деревянный крокодил без хвоста. Я его нашла на свалке. Сестры смеются, мачеха сердится, но я его все равно люблю...
П р и н ц.  Значит, ты настоящая Золушка?
З о л у ш к а.  Не знаю. Так меня зовут...
П р и н ц.   А я сперва думал, что ты приехала из-за границы.
З о л у ш к а.  Ой, что ты...
П р и н ц.  Хорошо, что ты живешь недалеко...А почему я не встречал тебя в школе?
З о л у ш к а.  Я учусь не в той, где ты, а в маленькой, на краю города.
П р и н ц.  Знаешь что... Когда я был маленький, мама рассказывала мне сказку про Золушку... А я в ту пору не выговаривал букву “эл” и говорил “Зоюшка”...
З о л у ш к а. У меня тоже нет мамы. И даже папы. Он был смотрителем маяка на мысе Шахматный Конь, простудился там во время шторма и умер...
П р и н ц.  Можно я буду говорить тебе  “Зоюшка”? Иногда...
З о л у ш к а.  Если хочешь...

Подбегают  Генка  Петух    и     Г у г а    К о ш к и н    Д о м.    У    Генки    встрепанный     вид,
                                    оторванный  галстук   матроски торчит из кармана.

Г е н к а   П е т у х.  А, вот вы где прячетесь! Все уже удивляются: почему его высочество и незнакомая принцесса не танцуют?
З о л у ш к а.  Что вы, я не принцесса...
П р и н ц  (Генке). А ты, по-моему, тоже не с танцев сюда прибежал.
Г у г а. Он это... объяснялся в любви герцогине де Бина.
Г е н к а   П е т у х.  Вот у кого чувство юмора.  У нашего Гуги...
З о л у ш к а.  У меня что-то такое... в голове кружится. Наверно, с непривычки...
П р и н ц.  Можно пока не танцевать, а просто погулять по дворцу... Или знаешь что? Давай мы покажем тебе королевские подземелья!
З о л у ш к а.  Ой... там, наверно, страшно...
Г е н к а   П е т у х   Конечно! В этом главный интерес!
З о л у ш к а.  Тогда... ладно. Ой, нет! Мне скоро пора домой. Уже поздно...
П р и н ц. Ничуть не поздно! У нас еще уйма времени!.. Подожди минутку!

Он   отводит  в  сторонку   Петуха,  что  то  шепчет  ему  на  ухо. Тот  обрадованно   кивает  и
                                                                    вытягивается.

Г е н к а   П е т у х.  Есть, ваше высочество!

           Он хватает Гугу за рукав, и они убегают. Принц берет за руку Золушку.

П р и н ц.  Ну, идем в подземелья. Там всегда случаются какие-нибудь приключения.
З о л у ш к а.  Ой...
П р и н ц. Не бойся, ты же со мной!

                                                       Интермедия

 На  пространство  перед  занавесом    Петух  и  Гуга  вытаскивают  упирающегося Т о м м и
                                                                       С т р е л к у.

Т о м м и.  Ну, чего вам надо? Там в малом зале аттракционы, я чуть заводного слона не выиграл, а тут вы...
Г е н к а   П е т у х.  Наплевать на слона! Томми, ты послушай...
Г у г а. Стрелка, тут такое дело...
Г е н к а   П е т у х.  Ты бывал здесь с отцом, когда он налаживал во дворце часы?
Т о м м и.  Бывал, конечно!
Г у г а.  А правда, что все часы регулируются с одного электронного пульта?
Т о м м и. Конечно, правда! Я сам этим регулятором стрелки устанавливал, папа разрешил...
Г е н к а   П е т у х.  А ты сможешь пробраться к пульту  и отвести стрелки на всех часах назад?
Т о м м и.  Зачем?

                            Генка  и  Гуга с двух сторон шепчут ему в уши.

Г е н к а   П е т у х.  Понял?
Т о м м и.  Да! Только вы пойдете со мной. Будете отвлекать дежурного гвардейца, а я проберусь к пульту!
Г у г а. Бежим!..


                                            Картина восьмая

Сумрачное   подземелье   королевского   дворца.  П р и н ц   и   З о л у ш к а, держась за руки, 
                                             осторожно   входят под низкие своды.

П р и н ц.  Подожди, здесь где-то был выключатель... Вот!

             На стенах загораются тусклые запыленные светильники.

З о л у ш к а.  Я думала, здесь зажигают факелы...
П р и н ц.  Это раньше... Но и сейчас тут много всякого такого... средневекового...
З о л у ш к а  (шепотом). А привидения?
П р и н ц.  Говорят, в прежние времена водились, а теперь куда-то пропали... Но кто их знает.
З о л у ш к а.  Ай!
П р и н ц.  Что?
З о л у ш к а.  Там... какая-то белая фигура...
П р и н ц.  Это не привидение. Это мраморная статуя Эдоардо Тринадцатого, Горбатого. Раньше она стояла в королевском парке, но потом Генкин отец, садовник, нечаянно отбил ей граблями горб и ее поставили сюда...
З о л у ш к а.  Ой, а там кто?
П р и н ц.  Где?.. Да это же лошадка! (Он вытягивает из сумрака игрушечного коня на колесиках). А я и не знал, что она здесь! Кажется, на ней катался еще мой дедушка, Эдоардо Пятьдесят Третий...
З о л у ш к а.  Добрейший?
П р и н ц.  Да...
З о л у ш к а.  А если он добрейший, то почему бросил лошадку в подвале?
П р и н ц.  Не знаю. Забыл, наверно... Я заберу ее в свою комнату, чтобы не скучала... А пока садись! Будешь ездить по подземельям на коне. Они ведь большущие...

              Золушка усаживается в седло. Принц тянет лошадь за веревку.

З о л у ш к а.  Подожди... Там кажется кто-то стоит.
П р и н ц.  Это не “кто-то”, а “что-то”. Рыцарские латы. Я хотел однажды взять их к себе наверх, но они приржавели к месту. А забрало у шлема ка-ак хлопнет! Чуть мне руку не откусило.
З о л у ш к а.  Ой...
П р и н ц.  Да! Мне даже показалось, что внутри там кто-то сидит.
З о л у ш к а.  А вдруг правда?
П р и н ц.  Можно посмотреть. Хочешь?
З о л у ш к а.  Нет, лучше не надо... Ой... Слышишь?
П р и н ц. Что? Где?
З о л у ш к а.  Кто-то шумит и топает... (В самом деле слышны голоса и шум шагов). Мама! (Золушка вскакивает с лошади и прижимается к принцу).
П р и н ц.  Спокойно! Я с тобой! (Загораживает Золушку, оборачивается на шум и выхватывает шпагу).

                                Вбегают  П е т у х,   Г у г а   и   Т о м м и.

Г е н к а   П е т у х.  Не бойтесь, это мы!
П р и н ц (смущенно убирая шпагу). Никто и не боится. Просто вы топаете как слоны... Услышит стража, и нас попрут отсюда в шею.
З о л у ш к а.  Разве принца можно так... в шею?
П р и н ц.  Ну, если не в шею, то уж королю точно наябедничают. Знаете, как мне влетит...
Г е н к а   П е т у х.   Да не прибедняйся. У тебя папаша что надо, терпеливее не бывает. Мне бы такого отца!
Т о м м и. А твой папа  чем плох? По-моему, садовник фон Кваркус прекрасный человек. Он недавно подарил нашей маме луковицы золотистых тюльпанов.
Г е н к а   П е т у х.  Так это он вашей маме — луковицы. А мне... горе луковое. Знаете, как взялся за меня, когда я сбежал из шутов! “Иди, — говорит, — сюда, дезертир”. — И снимает свой придворный ремень. Я говорю: “А королевский указ!” А он: “Я сейчас напишу тебе на одном месте все указы, конституцию и декларацию прав ребенка...”
З о л у ш к а  (с горестным сочувствием). И написал?
Г е н к а   П е т у х.  Только первую строчку. Потом я проскочил у него между ног и в окно... Две ночи у Гуги спал, дома не показывался... У Гуги хорошо, только коты по кроватям прыгают и дерутся...
Г у г а. Это не все, а только те, кто остается дома. А большинство уходит гулять на улицу или сюда, в подземелья...
Г е н к а   П е т у х.  То-то я чую: котами пахнет...
Т о м м и  (дурачась). Это не котами.  Э т о   п р и в и д е н и я м и.
З о л у ш к а.  А вот и не страшно! Мы уже выяснили, что привидений здесь нет!
П р и н ц.   Да... А хотите, чтобы привидение появилось?
Г у г а.  Как это?
Т о м м и.  Да! Хотим!
Г е н н к а   П е т у х.  Да ну его...
З о л у ш к а.  Нет!... То есть да,
П р и н ц.  Не бойтесь, оно не совсем настоящее, мне его папа подарил.
Г е н к а   П е т у х.  Откуда у его величества привидения?
П р и н ц.  Вообще-то это государственная тайна, папа мне одному доверил... Но вы же друзья! Не проболтаетесь, верно?
М а л ь ч и ш к и   и   З о л у ш к а  (вместе).  Ни за что на свете!
П р и н ц. Дело в том, что в последнее время туристы стали жаловаться: мол, обещали нам показать привидения в королевских подземельях, а на самом  деле ни одного там нет. Давайте обратно билеты!.. Вот король и попросил мастера Карлоса фон Ура...
Т о м м и.  Моего папу...
П р и н ц.  Да. Попросил его что-нибудь придумать. Дядя Карлос ведь очень ученый человек и мастер на все руки... Вот он и  выдумал особые газовые баллончики. Выпустишь газ, а он не улетучивается, а принимает  вид призрака. Ну, например, черного монаха, или скелета в саване, или старой завучи королевской гимназии... И это привиденческое облако не рассеивается  несколько  дней, летает  себе  вместе со сквозняками...
Г е н к а   П е т у х. Вот это да!
Г у г а. А в твоем баллончике кто?
П р и н ц.  Не знаю. Давайте выпустим и поглядим.
З о л у ш к а. Давайте!.. Можно, я возьму тебя за руку?
Т о м м и.  Подождите... Кажется, тут где-то настоящее привидение. Слышите, воет?

Все прислушиваются. Золушка торопливо берет принца за руку. Принц нащупывает рукоять
                                                                        шпаги.

Г е н к а   П е т у х .  Это не привидение, это Гугины коты...
Г у г а.  У котов не такие голоса, я их все знаю...
П р и н ц. Тише... Я, кажется, понял. Это не коты, а старый граммофон! Здесь где-то сидит бывший министр Унутренних дел, который украл кирпичи. И крутит пластинку, чтобы не скучно было.

Нарастает  звук. В нем можно угадать мелодию песни про Унутрию, только звучит она сипло
                                                                     и фальшиво.

Г е н к а   П е т у х.  Это, кажется, в той стороне. Пошли, поглядим...

Из сумрака выступает массивная дверь с большим висячим замком. В ней светятся щели.
                                         Мальчишки и Золушка приникают к щелям.

З о л у ш к а.  Песня хорошая. А дядька противный... Что он там делает?
П р и н ц.  Перевоспитывается...
Г у г а. Не перевоспитывается он, а трескает сладкие пирожки и сосиски.
Т о м м и.  Куда столько лезет в человека. Он и так толстый, как бочка!
Г е н к а   П е т у х.  Кажется, ему там совсем не плохо...
П р и н ц.  Сейчас будет плохо. Сейчас мы познакомим его с тем, кто в баллончике... Ну-ка, где здесь щелка пошире... пустите-ка. Внимание... Раз. Два. Три1...

Раздается   зловещее  шипение  и  быстро  стихает.  Воцаряется  тишина.  Ребята прижались к
                                                                       щелям.

Зо л у ш к а.  О-ой! Какое страшилище...
Г а н ц - Б у д к а  (за дверью). Вам чего?.. Вы кто?.. Что такое?! Ой, мамочка! Не надо! Я больше не буду!

                 Ребята давятся от хохота и сталкиваются головами у щелей.

Г е н к а   П е т у х.  Как забегал!
Г у г а.  А оно за ним!
З о л у ш к а.  Мальчики, мне его жалко...
П р и н ц. Ничего! Оно же его не съест. А побегать министру полезно...
Г е н к а   П е т у х.  Сбросит лишний вес...
Г у г а.  Смотрите, он прыгнул в граммофонную трубу! Как в воронку!
Т о м м и.  И вылезает с обратной стороны! Тонкий, как кишка!
З о л у ш к а.  Жалко его. Как похудел...
Г  е н к а   П е т у х.  Это полезно для здоровья!
Т о м м и.  Привидение летит сюда! Сейчас пролезет в щель!

     И правда, сквозь дверь просачивается туманно-белое  с у щ е с т в о  с горящими глазами.

З о л у ш к а.  Кыш отсюда! Мы тебя не боимся!
Г е н к а   П е т у х.  Иди, иди! Все равно ты синтетическое!
Г у г а.  Лети, пугай кошек! Они тебя на клочки...

Все машут кто чем. Генка — оторванным галстуком, Золушка — платочком, Гуга и Томми — ладонями,   будто   разгоняют   угар.      Принц    на    всякий    случай  вытаскивает  шпагу.
                                Привидение колышется в воздухе и обиженно удаляется.

П р и н ц (вкладывая шпагу). Теперь оно надолго поселится в подземельях. Воздух здесь неподвижный... 
Г е н к а   П е т у х.  Надо привести сюда Лизку и ее подружек. Вот завизжат...

Появляется       б ы в ш и й        м и н и с т р       У н у т р е н н и х     д е л  — в  новом   облике: 
                                                      удивительно худой  и    длинный.

Г е н к а   П е т у х.  Вот это кишка!
Г а н ц - Б у д к а (изгибаясь, ккк водоросль в струях воды). Здравствуйте, господа! Вы тоже привидения? Но я вас уже не боюсь. Не-е-ет! Мне уже все равно...
П р и н ц.  Мы не привидения. А вы почему здесь, господин Ганц-Будка? Вам же велено сидеть под арестом!
Г а н ц - Б у д к а.  Я проник в щель между кирпичами. Теперь мне это очень просто. Видите, какой я стал?
П р и н ц. Видим, видим. Но это вы снаружи совсем новый, а внутри, наверно, прежний..
Г а н ц - Б у д к а.  О, это вы, ваше высочество!.. Нет-нет, внутри я тоже другой. Передайте, пожалуйста, папе, что я совершенно перевоспитался.
З о л у ш к а  (тихонько принцу). Да. Видишь, он стал совсем другим человеком...
П р и н ц.  Хорошо. Я попрошу папу, чтобы он назначил вас на должность королевского гардеробщика. Вам будет удобно дотягиваться до самых высоких вешалок.
Г а н ц - Б у д к а. Благодарю вас, ваше высочество. Не смею более злоупотреблять вашим вниманием... Ах, где-то играет музыка! Наверху, кажется праздник! Я спешу туда! Я так давно не танцевал...

                       Пятясь и кланяясь, господин Ганц-Будка удаляется.

Г е н к а - П е т у х.  Представляю, что сейчас начнется в зале...

                                       Раздается гулкий удар колокола.

З о л у ш к а.  Ой, что это?
Т о м м и.  Ох... Это часы на площади! Они ведь не подчиняются пульту! Я забыл...
Г е н к а   П е т у х.  Растяпа!
П р и н ц.  Стрелка не виноват!.. Золушка, не бойся!
З о л у ш к а.  Но часы бьют полночь!
П р и н ц.  Ну и что?!
З о л у ш к а.  Пустите! Пожалуйста!..
П р и н ц.  Не уходи!
З о л у ш к а.  Но вы же не знаете! Ой, что сейчас будет...
Г е н к а   П е т у х.  Ничего не будет!
Т о м м и.  Мы тебя не дадим в обиду!
Г у г а.  Разве тебе здесь плохо?
П р и н ц.  Золушка, останься!..Я тебя не пущу!

Мальчишки обступают Золушку, загораживают дорогу. Она делает еще слабую попытку убежать, потом закрывает ладонями лицо, съеживает плечи. А часы  бьют. И с каждым ударом платье Золушки все больше превращается в серые тряпки. Блестящая коронка
                                   рассыпается, туфельки тускнеют. И вот последний удар...
              
               Принц осторожно пытается отодвинуть руки Золушки от лица.

П р и н ц.  Не плачь... Ну, что с тобой? Ничего же не случилось!
З о л у ш к а  (со слезами).  Как не случилось? Разве вы не видите... какая я?
П р и н ц.  Какая?  Ты... хорошая...  Зоюшка...
З о л у ш к а. А мое платье...

Мальчишки переглядываются, пожимают плечами. Прыскают от смеха. Не выдержав, начинают хохотать. Даже принц, хотя и боится обидеть Золушку, тоже не может удержаться.

П р и н ц.  Что — “платье”? О чем ты?
Г у г а.  Все девчонки одинаковы!
Т о м м и.  Даже золушки...
Г е н к а   П е т у х.  Реветь из-за каких-то тряпок!
П р и н ц.  Нашла о чем слезы лить! Пошли танцевать!
З о л у ш к а.  Но как я... в этих лохмотьях...
П р и н ц. Причем тут лохмотья! Все равно ты... самая замечательная Золушка! Идем!
З о л у ш к а.  Но все будут смеяться...
П р и н ц  (трогая рукоять шпаги). Я им посмеюсь!
Г е н к а   П е т у х.  Да! Они еще не видели его высочество в ужасном гневе! Правильно, Эдька?
П р и н ц.  Правильно, правильно... Идем! Ну... Зоюшка...

     Золушка чуть улыбается. Мальчишки, успокаивая и уговаривая, уводят ее.
                          Медленно проплывает синтетическое  привидение.


                                                  Картина девятая

Снова главный зал дворца. Танцы в разгаре. Но музыка постепенно стихает, пары замирают, и все поворачиваются   к  входящим.   Расступаются.  П р и н ц  независимо вводит                 З о л у ш к у  на  середину зала. Раздаются смешки. Золушка опять закрывает лицо ладонями.

П р и н ц.  Не бойся... (Всех обводит суровым взглядом). 

Гости  опускают  глаза.  Некоторые  дамы   и  девчонки  на  всякий  случай даже приседают в
                                                книксене. Принц вскидывает голову.

П р и н ц.  Музыка! Вальс “Счастливые каникулы”!

Король — в самом деле замечательный папа. Он кивает с пониманием и делает знак музыкантам. Звучит мелодия вальса. Принц подхватывает Золушку, и в танце она постепенно обретает прежнюю радость. Кое-кто  вслед за принцем и Золушкой тоже начинает   танцевать. А Лионелла,  Гортензия  и   Лизка  собираются   в кучку, сплетничают и
                                                  хихикают, оглядываясь на Золушку.
Л и з к а.  Вот что значит застревать на чужом балу дольше, чем позволено. В награду — старые тряпки...

                                               Подходит   П е т у х.

Г е н к а   П е т у х.  Коровы! Ничего не понимаете! Это новейшая мода! Бальный туалет “А ля Золушка”, так сейчас одеваются на праздники в Париже и Токио...

Он  удаляется,  всем  своим  видом  презирая  бестолковых  девиц. Те  моргают, потом бурно
                                          шепчутся и наконец торопливо покидают зал.

  Вальс заканчивается. Принц уводит Золушку в тихое место за колоннами.

П р и н ц  . Ну вот! А ты боялась!
З о л у ш к а.  Все равно... как-то не по себе...

                                       Подбегают  Петух,  Томми  и  Гуга.

Г е н к а   П е т у х.  Чего это тебе не по себе? Смотри, как девицы рванули из зала! Одна за другой!
З о л у ш к а.  Я их так напугала?
Т о м м и. Наоборот! Ты их вос-хи-тила!
Г у г а. Они побежали разыскивать королевского завхоза, чтобы выпросить старые мешки для платьев!
Г е н к а   П е т у х.  Для  таких же, как у тебя! А завтра мешковину в лавках будут продавать дороже бархата...
Т о м м и. И на следующем балу все девицы будут в мешках из-под сахара и картошки!.. Смотри, а эти успели уже!

Л и о н е л л а,  Г о р т е н з и я   и  Л и з к а  со скромной гордостью шествуют по залу в подобиях  подпоясанных   веревками    платьиц   из   дерюги.     Остальные   девицы   и   дамы 
         завистливо   шепчутся... Принц что-то говорит на ухо Генке. Тот кивает и — нет его.

З о л у ш к а.  Ребята... Я такая счастливая сейчас... Даже страшно подумать...
П р и н ц.  Опять страшно?  Ла почему?1
З о л у ш к а.  Потому что все равно когда-нибудь придется возвращаться... к мачехе и сестрицам...
П р и н ц.  Еще чего! Ты останешься во дворце! Будешь придворной фрейлиной... пока ты... пока мы не подрастем.
З о л у ш к а.  Ой, нет. Фрейлиной не надо.  Домой не хочется, но и фрейлиной почему-то тоже...
П р и н ц.  Тогда ты будешь... просто Золушкой! Нет, самой главной Золушкой из самой лучшей сказки! Согласна?
З о л у ш к а.  Я... не знаю...
Г у г а   и   Т о м м и.  Согласна, согласна!

                                 Подбегает Петух. Что-то отдает принцу.

П р и н ц.  Вот, это тебе... Зоюшка. Теперь ты опять как заморская принцесса, ничуть не хуже... (Он укрепляет на волосах Золушки хрустальную коронку). 
З о л у ш к а.  Я понимаю. Да... Конечно, это сон...
П р и н ц   и   в с е   м а л ь ч и ш к и.  Нет!!
З о л у ш к а.  А тогда... можно мне будет взять во дворец моего Зелененького?
Г е н к а   П е т у х.  Принц пошлет за ним королевского курьера. Да, Эдик?
П р и н ц.  Да!.. И мы возьмем  Зелененького в наше плавание.
З о л у ш к а.  В какое?
П р и н ц.  Завтра начинаются каникулы. Папа обещал мне отдать лодку, в которой он плавал, когда был мальчиком. С мачтой и парусом! Мы отправимся в путешествие по всем рекам и озерам Верхней Унутрии.
З о л у ш к а. А нас отпустят одних?
П р и н ц. Конечно! Что мы, маленькие?  Ну и... папа даст нам в королевские советники дядю Руппеля, своего шофера. Все равно рессора лопнула, “Мерседес-бумс” на приколе и папаша Руппель без работы...

Все, даже Золушка, дружно кричат “ура”, Петух лихо  прошелся колесом...  Вдруг раздается
                                           гром, в окнах вспыхивают разноцветные огни.

З о л у ш к а.  Ой, что это? Война?
П р и н ц.  Это праздничный фейерверк! Бежим в парк, посмотрим! У нас впереди еще половина праздника!..
Г е н к а   П е т у х.  И сто дней каникул!

Ребята    убегают.  На   их    место   неторопливо   выходит     г о с п о д и н     Г а н ц - Б у д ка  
                                                  под  руку   с   п р и в и д е н и е м.

Г а н ц - Б у д к а.  Поверьте мне, сударь, что должность королевского гардеробщика ничуть не менее ответственна, чем должность министра Унутренних дел. Известно, что театр начинается с вешалки, а дворец разве не тот же театр? Как и вся наша жизнь. Здесь тоже постоянно случаются и драмы, и комедии. И сказки...

                                         Привидение вежливо кивает.

Опять раздаются залпы, и ночь за окнами озаряется цветными сполохами. Гости, повернувшись   к  окнам,    аплодируют.  Жизнеутверждающе    звучит    мелодия    “Великой
                                                                        Унутрии”.

                                               З а н а в е с.  

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования