Общение

Сейчас 763 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Действующие лица:
ГРИША
ЛЕНКА
КОЛЯН
ТОЛСТЫЙ
ПРЫЩ
Всем ребятам 10-12 лет.

ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА – пенсионерка
ПАЛ АКИМЫЧ – ее ровесник
ШУРА – женщина за сорок

Время действия – наши дни

Сцена 1
В деревне поздний вечер. Над крыльцом дома Пал Акимыча висит неяркая лампа. В темноте кто-то подходит к калитке, стучит щеколдой, сначала тихо потом сильнее. На крыльцо никто не выходит. Пришелец пытается перелезть через забор. За стеклами веранды  появляется силуэт Пал Акимыча, он выскакивает на крыльцо, в руках старенькое ружье.

ПАЛ АКИМЫЧ. Кто там?
   
Слабенький старый забор не выдерживает и с оглушительным треском ломается под тяжестью тела ночного незнакомца. От неожиданности Пал Акимыч жмет на курок. Выстрел! Ночной гость падает. Пал Акимыч снимает с крыльца лампу и подбегает к лежащему на земле телу, освещает его, и мы видим, что это подросток Гриша. Пал Акимыч испуганно приседает рядом с ним на корточки.

ПАЛ АКИМЫЧ. Едрит твою налево! Пацан, ты это... живой?!

Пал Акимыч тормошит подростка, тот не подает признаков жизни.

ПАЛ АКИМЫЧ (нервно). Встать можешь? Я тебе куда попал? Я ведь что подумал? У меня же постоянно яблоки воруют, вот я и… Я же испугать только хотел. А ты чей? Чего-то не признаю я тебя... Пацан, не молчи, скажи что-нибудь!

Гриша с трудом поднимает голову.

ГРИША. Я к бабушке приехал…

ПАЛ АКИМЫЧ. К какой бабушке?

ГРИША. К Смирновой Валентине Гавриловне…

Пал Акимыч в шоке.

ПАЛ АКИМЫЧ. Едрит твою! Соседкиного внука подстрелил!

Пал Акимыч с трудом поднимает Гришу на руки и идет к соседнему дому. Локтем открывает калитку, входит и поднимается  по ступенькам дома Валентины Гавриловны. Пал Акимыч кряхтя, опускает его на крыльцо и стучит в окно веранды.

ПАЛ АКИМЫЧ (кричит). Валя, это я! Иди сюда скорее!

На крыльцо выходит Валентина Гавриловна.

ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (испуганно) Что случилось? Кто стрелял?

ПАЛ АКИМЫЧ (виновато) Я. Я в твоего внука стрелял.

ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ты чего несешь? Ты что пьяный?

ПАЛ АКИМЫЧ. Нет, но буду. Сегодня буду.

Пал Акимыч показывает на лежащего Гришу.

ПАЛ АКИМЫЧ. Вот он внук твой раненый.

Валентина Гавриловна наклоняется над мальчиком.

ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (удивленно) Кто это?
ПАЛ АКИМЫЧ. Внук твой. Прости меня ради Бога, прости…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Нет у меня никакого внука. Неси назад, откуда взял.
ПАЛ АКИМЫЧ. Так это…
ГРИША (слабо) Бабушка…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Господи, кто же это?
ПАЛ АКИМЫЧ. И я так сразу подумал, нет у тебя никакого внука. Кто это тогда?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Я почем знаю?
ПАЛ АКИМЫЧ. Он твое имя назвал.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Мое?
ПАЛ АКИМЫЧ. Ну да. Что с ним делать? В город его везти? Из меня санитар неважный. А вдруг по дороге, что не дай Бог случится?
Валентина Гавриловна снова склоняется над мальчиком.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Кто же это? Куда ты его ранил?
ПАЛ АКИМЫЧ. Та сам не пойму, крови нигде нет. Может у него эта… от страха…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (решительно) Заноси его в дом!
Пал Акимыч кряхтя, поднимает мальчика, заносит в дом, Валентина Гавриловна закрывает дверь. Затемнение.

Сцена 2

Комната в доме Валентины Гавриловны. Гриша лежит на диване. Входит Валентина Гавриловна в руках банка с отваром и полотенце. Гриша привстает на локте.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Лежи, лежи, давай…
Валентина Гавриловна кладет ему на лоб полотенце.
ГРИША. Ты меня совсем не помнишь?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (недовольно). Ты чего мне «тыкаешь?» Ты бабушке своей «тыкать» будешь, грамотный больно…
ГРИША. А ты кто, по-твоему? Ты и есть моя бабушка!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (в сердцах). Слушай, ты деятель!
Гриша порывается встать, но Валентина Гавриловна с размаху кладет ему на лоб компресс. Гриша валится назад. Валентина Гавриловна встает.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (решительно) Завтра разберемся, чей ты внук, а пока лежи до утра.
Валентина Гавриловна тихо ступая, уходит.
ГРИША. Ну как ты не помнишь? Ты же мне всегда на день рождения звонила. Ну, вспомни. Песни пела, сказки рассказывала. Совсем ничего не помнишь? Всегда звонила, а в этот раз почему-то нет. Папа сказал, что ты совсем старенькая, память теряешь. А я так ждал. Я тебе лекарства собрал, у меня там в рюкзаке. Амнезия у тебя. Я про нее в интернете читал, это когда человек совсем ничего не помнит. Совсем ничего
Гриша не замечает, что Валентина Гавриловна уже ушла. Уставший Гриша сворачивается под одеялом и засыпает.   

Сцена 3

День. Перед домом на улице стоят Валентина Гавриловна, Шура и Пал Акимыч.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. И что мне с ним делать, ума не приложу? «Бабушка», да «бабушка»…Слава Богу, хоть живой…
ПАЛ АКИМЫЧ. Это да, а то я все ночь не спал, думал, вот на старости грех принял.
ШУРА. Вызывай участкового и сдавай его, к чертям собачим. А вдруг он детдомовец? Они знаешь какие? Все время на корточках сидят. А почему?
ВАЛЕТИНА ГАВРИЛОВНА. Почему?
ШУРА (авторитетно). Они без клея жить не могут, ноги не держат. Детдомовец точно говорю! Эти хуже всех!
ПАЛ АКИМЫЧ. Но-но. Я тоже кстати детдомовский…
ШУРА. Я и говорю, вызывай. Он сейчас первым приехал, все разведает, а потом к нему остальная банда прискачет. Удавят тебя Гавриловна подушкой, соберут, чего в доме хорошего есть и все на клей потратят.
ПАЛ АКИМЫЧ (с иронией) Может от него стразу клеем откупиться? Принести ведерко, мол, нате ребята угощайтесь, только не убивайте…
ШУРА. Ты где пенсию держишь? Перепрячь! Они еще это… за вещами старинными охотятся, иконы там, медальоны. Будет спрашивать об этом, молчи!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Да ну вас! Не похож он на бандита, какой-то он не такой…
ШУРА. Валька, это он тебе в душу лезет! Он специально! Он как в сериале, «я твой внук,  я нашелся, давай быстрей все на меня переписывай»! А вот так и будет, увидишь! Потом если что скажет, «бабка это моя троюродная, один раз в жизни видел», а сейчас суды сама знаешь какие! Вон по телевизору каждый день и не такие гаврики сухими выходят!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ну что ты глупости несешь!
ШУРА. А вот потом спохватишься. Пока не поздно, звони в милицию!
ПАЛ АКИМЫЧ. Если он детдомовский, то несладко там… Я в детдоме два года жил, хорошо тетка разыскала.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ладно, сама разберусь откуда внучок взялся.
Валентина Гавриловна решительно направляется к своей калитке.
ШУРА (вслед ей) Не верь ему, вот чтобы ни говорил, не верь!
ПАЛ АКИМЫЧ. (Шуре) Злая ты…
ШУРА. Ты добрый!
ПАЛ АКИМЫЧ. Я? Ну, если только с тобой сравнить.
ШУРА. Ой, какой ты сердечный!
ПАЛ АКИМЫЧ. С тобой разговаривать, Терминатором надо быть.
ШУРА. Ага. Так пойди его к себе забери. Чего? Ты детдомовец, он тоже. Будете на пару клей нюхать.
ПАЛ АКИМЫЧ. А что? Все веселей, чем одному.
ШУРА. В добрый час Паша,  в добрый час.
Шура уходит. Пал Акимыч задумчиво чешет затылок.  

Сцена 4

Комната в доме Валентины Гавриловны. Гриша проснулся, сидит на диване. Комнату заливает мягкий солнечный свет. Рядом с диваном стул, на котором аккуратно сложены его вещи. Гриша быстро одевается. Встает, ходит по комнате, смотрит на стоящие в глубине серванта фотографии, рассматривает большой коллективный портрет родственников. В комнату входит Валентина Гавриловна. Гриша оборачивается к ней.
ГРИША (с улыбкой) Привет ба!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (сухо) Здравствуй.
ГРИША. А почему у тебя наших нет? На фотографиях?
Валентина Гавриловна молчит.
ГРИША. Я тебе привез наших фоток. Правда и тебя у нас тоже нет. Папа говорит, что он тебя только маленьким видел. Ты нам типа троюродная. Я в этом не разбираюсь, но в принципе какая разница?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Троюродная говоришь?
ГРИША. Ну да. Ты моя последняя бабушка. Папа говорил, у тебя медальон старинный есть, там портрет нашего общего прадеда. Не помню, как его звали… Он там, в военной форме прошлого века или еще раньше. Есть этот медальон у тебя?
Валентина Гавриловна напряженно молчит, хочет что-то сказать, но в открытом окне появляется голова Пал Акимыча.
ПАЛ АКИМЫЧ. Валь, эта… поговорить надо. (Строго в сторону Гриши) Без свидетелей.
ГРИША. Хорошо, я пойду, умоюсь.
Гриша выходит из комнат. Валентина Гавриловна подходит к окну.
ПАЛ АКИМЫЧ. Валь, я чего подумал. Ты же его в милицию сдавать будешь?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Да надо бы…
ПАЛ АКИМЫЧ. Это правильно. А пока то да се, он может у меня перекантоваться.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. А чем у тебя лучше?
ПАЛ АКИМЫЧ. У меня ничего ценного нет. Ему и соблазна не будет.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Можно подумать у меня здесь склад.
ПАЛ АКИМЫЧ. Мы с ним на речку сходим.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Не выдумывай. Он же городской, плавать, поди, не умеет, а там мостки нечиненые, сломает шею, что я потом милиции скажу, когда приедет?
ПАЛ АКИМЫЧ. Ну ладно, я как лучше хотел.
В комнате появляется Гриша.
ГРИША. Я в магазин схожу, ладно?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Зачем?
ГРИША. Надо. Я быстро.
Гриша выходит из комнаты.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Что ему в магазин приспичило?
ПАЛ АКИМЫЧ. Не знаю. Клея там точно нет. Когда будешь в милицию звонить?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Скоро. Ты за это не переживай.
ПАЛ АКИМЫЧ. Да я уже ни за что не переживаю. Пойду?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Иди Паша.
Пал Акимы отходит от окна. Валентина Гавриловна подходит к дивану, поднимает брошенный Гришей рюкзак, аккуратно ставит его в угол, затем немного подумав, переставляет на комод.

Сцена 5

Гриша идет по улице, навстречу ему идет Ленка. Гриша приветливо улыбается ей..
ГРИША. Девочка ты местная?
Ленка останавливается.
ЛЕНКА. Мальчик, ты дурак? Здесь все местные, других нет.
ГРИША. Извини.
ЛЕНКА. Да ладно. Это в тебя ночью стреляли?
ГРИША. В меня.
ЛЕНКА. Завидую.
ГРИША. Чему?
ЛЕНКА. Интересно, что чувствует человек, в которого стреляют.
ГРИША. Не знаю, я ничего такого почувствовать не успел.
ЛЕНКА. Ну, хоть страшно было?
ГРИША. Я слова такого не знаю…
ЛЕНКА. Тебя как зовут?
ГРИША. Гриша.
ЛЕНКА. Я Лена. Ты из Москвы?
ГРИША. Да. А как догадалась?
ЛЕНКА. Ну, у тебя взгляд такой. Типа щас метро закроют.
ГРИША. Да не, я уже приехал. У меня бабушка здесь.
ЛЕНКА. Да мы уже все в курсе. Вот только не знала, что у бабы Вали внук есть. Где ты раньше был?
ГРИША. Где-где. В Москве.
ЛЕНКА. Я там тоже жить буду. Я на психолога поступать буду.
ГРИША. Зачем?
ЛЕНКА. Я занимаюсь этой тайной.
ГРИША. Какой?
ЛЕНКА. Человеком. Так Достоевский говорил.
ГРИША. Я если честно Толстого больше люблю. Ранние рассказы.
ЛЕНКА (вздыхает) Жаль. Я смотрю у тебя лицо интеллигентное, думаю, вот будет с кем поговорить. Чего хотел Гриша?
ГРИША. Да уже ничего.
(Гриша хочет отойти)
ЛЕНКА. Обиделся? Ну и зря.
ГРИША. Ладно, где у вас можно хороший торт купить?
ЛЕНКА. Боюсь что нигде.
Подходят Колян, Прыщ и Толстый. Они обступают Гришу, тот подбирается. Лена принимает несколько безучастный вид.
КОЛЯН (Ленке) Это что за крендель?
ЛЕНКА. Это Гриша, он из Москвы.
ПРЫЩ. Вот че прямо из самой Москвы?
ГРИША. Вот прямо из самой.
ТОЛСТЫЙ. А че так дерзко?
КОЛЯН. Ну, чё москвич, тебе как сразу с ноги?
ГРИША. Вот так сразу?
ТОЛСТЫЙ (верноподданно) Ну а чего тянуть?
ПРЫЩ. Он еще не понял…
ГРИША. Ты меня на «понял» не бери, понял?
Еще секунда и начнется драка. Лена выходит вперед и встает между Гришей и Коляном. То как ведет себя Лена,  говорит о том, что она имеет какую-то тайную власть над ребятами. 
ЛЕНКА. Спокойно. Он наш гость.
КОЛЯН. И что теперь на экскурсию его везти?
ПРЫЩ.  По музеям пройтись. 
Толстый глупо смеется.
ЛЕНКА. Не смешно.
Толстый прекращает смеяться.    
ЛЕНКА. Ему надо показать лучшее, что у нас есть.
ПРЫЩ. А чего у нас такого?
ТОЛСТЫЙ. Ну, только кладбище…
ГРИША (с иронией) Спасибо.
ЛЕНКА. Это у нас, правда, самое интересное место.
ГРИША. Мне вас жаль…
КОЛЯН. Ты эти понты приезжие бросай, сейчас себя жалеть начнешь…
ЛЕНКА. У нас необычное кладбище. Там появляется дух белого офицера Максимова. Его здесь в гражданскую войну расстреляли. Ну, это все легенды конечно.
КОЛЯН. Слабо с нами ночью туда? Духа вызовем, потрещим.
ЛЕНКА. Чего ты трепешься? Кого ты вызывать собрался?
КОЛЯН. Я умею. Отвечаю. Пацаны, подтвердите.
ПРЫЩ. Умеет.
ТОЛСТЫЙ. А…
Колян выразительно смотрит на него.
ТОЛСТЫЙ. Ну да.
КОЛЯН (Грише). Ну чего просто так базарить? Ночью ждем тебя. За тобой зайти?
ЛЕНКА. Я его сама приведу. (Показывает Грише рукой) Магазин вон там.
КОЛЯН. Ну, все. До встречи на кладбище.
Все расходятся. Ленка в одну сторону. Колян, Прыщ и Толстый в другую сторону, Гриша в третью.

Сцена 6

Вечер. Дом Валентины Гавриловны. Валентина Гавриловна сидит и смотрит по телевизору какой-то сериал. В открытое окно заглядывает Шура.
ШУРА. Валь, ты как?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Нормально, чего спрашиваешь?
ШУРА. Да мало ли что. Шла мимо, дай думаю, проверю на всякий случай. В милицию звонила?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Шур, у тебя, что других дел нет?
ШУРА (обиженно) А я что? Я за тебя переживаю. Задушит он тебя полотенцем…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ну, значит судьба такая.
ШУРА. Хочешь, я с тобой ночью подежурю?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ерундой не занимайся…
ШУРА. Из рук у ничего не бери! Смотри, чтобы в еду ничего не подсыпал, у них таблетки специальные всякие есть. Выпьешь и все, забудешь, как зовут…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ты мне смотреть мешаешь.
ШУРА. Ох, чует мое сердце, плохо это все кончится Валя, вспомнишь еще слова, мои да поздно будет…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Шур, скажи, а что тебе из моих вещей завещать?
ШУРА. Чего?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Да через час спать лягу, надо завещание успеть написать.
ШУРА. Тьфу! Я с тобой серьезно! Ты что не понимаешь, зачем он к тебе приехал?!
ВАЛЕНТИНА ГАРИЛОВНА. Так ведь ко мне приехал, не к тебе, чего так переживаешь?
ШУРА. А и, правда, мне-то чего!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ты лучше за Ленкой своей присматривай. Колька вон вчера весь вечер под вашими окнами крутился…
ШУРА (в сердцах) Знаешь что? Не учи меня детей воспитывать! Своих нет, так нечего другим советы давать!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ага.
ШУРА. Ага.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Поговорили…
Шура отходит от окна. Валентина Гавриловна продолжает смотреть телевизор. В комнату входит Гриша.
ГРИША. Ба, а где у нас инструменты лежат?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. У нас?
ГРИША (со вздохом) Ну у тебя. Я хотел калитку отремонтировать.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (довольно резко). Не выдумывай, ничего ремонтировать не надо.
ГРИША. Я помочь тебе хотел.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Без тебя обойдусь.
ГРИША. Чего ты так?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. А как мне с тобой разговаривать? Ты мне кто?
ГРИША (терпеливо) Мне опять все заново рассказывать?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Если то же самое, то не надо.
Гриша вздыхает и садится на краешек дивана.
ГРИША. Я тебе лекарства привез. Давай, ты их пить начнешь?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Лекарства говоришь?
ГРИША. Да.
Гриша берет рюкзак, достает оттуда пакет с медицинскими коробочками.
ГРИША. Я по интернету посмотрел, вот их там рекомендуют.
Показывает Валентине Гавриловне коробочку.
ГРИША. Вот с этих начнем. Прямо завтра…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Убери.
ГРИША. Почему?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Я не больная.
ГРИША. Ты мне не доверяешь?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Я тебя в первый раз в жизни вижу.
ГРИША. А ну да. Ладно, как скажешь…
Убирает пакет в рюкзак. Валентина Гавриловна встает, выключает телевизор.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Значит так. Там на столе ужин. Ешь и ложись. Завтра…
Валентина Гавриловна замолкает.
ГРИША. Что завтра?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Завтра и поговорим. Иди, ужинай.
Гриша пожимает плечами и выходит из комнаты. Валентина Гавриловна выключает телевизор, в комнате становится совсем темно. Подходит к открытому окну, стоит, смотрит на улицу.




Сцена 7.

Ночь. Кладбище. Полная Луна. В ее свете предстает следующая картина: Колян, Прыщ и Толстый  готовятся к чему-то страшному. Колян и Прыщ заворачивают полуголого дрожащего от холода Толстого  в простыню, мажут ему лицо грязью.
КОЛЯН. Короче еще раз.  Как только я скажу: «дух Максимова появись!», ты начинаешь вылезать. Только медленно, так страшнее будет. Усек? 
ТОЛСТЫЙ. Ты только не тяни, а то я от холода умру.
КОЛЯН. Падай.
Толстый осторожно укладывается на земле, Колян и Прыщ заваливают его листвой. Колян и Прыщ отряхивают руки.
КОЛЯН. Спи спокойно Толстый…
Прыщ хихикает.
ТОЛСТЫЙ (из под листьев) Пацаны грешно так шутить.
КОЛЯН. Тихо, они идут.
Появляются Ленка и Гриша.
ГРИША. Доброй ночи.
ПРЫЩ (зловеще) Эта ночь не будет доброй…
КОЛЯН (ухмыляясь) А что ребята может ну его, а? Страшно ведь…
ГРИША. Ссыкуны остались дома.
ЛЕНКА. А кстати где Толстый?
КОЛЯН. Толстый не придет, но будет с нами. Он дал нам свою кровь для вызова Максимова.
ПРЫЩ. Он это… обессилен.
Колян достает из кармана маленькую бутылки из-под водки, наполненную красной жидкостью. Демонстрирует ее
ЛЕНКА. Это кровь Толстого? Он согласился? Что-то не верится, Толстый от одного вида шприца, в обморок падает.
КОЛЯН. Пока в обмороке лежал, мы и набрали.
ГРИША. Жесть.
КОЛЯН. Жесть дальше будет. Начнем? Вставайте вот здесь вокруг.
Колян показывает на кучу листьев, под которыми лежит Толстый. Ребята обступают холмик.
КОЛЯН. И чтоб ни звука, а то не придет.
ЛЕНКА (насмешливо) Такой застенчивый?   
ГРИША. А череп где, свечи, пентаграмма?
ПРЫЩ. Чего?   
ГРИША. Странно, я думал без этого никак. А вы разве не в курсе?
Колян и Прыщ в замешательстве переглядываются.
КОЛЯН.  Ну, ты извини у нас тут все по-простому.
ПРЫЩ.  За отдельную плату можем устроить и эту… как ты говорил. Для хорошего человека говна не жалко.
ГРИША. Да я думаю, обойдемся, главное чтобы результат был.
ПРЫЩ. Ты за это не боись.
ЛЕНКА (насмешливо). Пацаны, вы впрямь как охотники за привидениями. Рядом стоять страшно…
ГРИША. Держись, главное до прихода Максимова в обморок не упасть.
КОЛЯН. Посмотрю я на вас через две минуты.
Колян открывает бутылку и брызгает из нее на листья.
КОЛЯН. Дух Максимова появись!
Луна заходит за тучи. Раздается какое-то странное шуршание и сразу после этого отчаянный, нечеловеческий крик Толстого.
ТОЛСТЫЙ. Мама!!!
Куча палых листьев взлетает в воздух, словно от взрыва мины, погребенный под ними Толстый выскакивает как чертик из табакерки. Все в рассыпную.
ТОЛСТЫЙ (надрываясь) Он меня за пузо тронул!!!
Луна снова освещает кладбище. Толстый озирается – никого.
ТОЛСТЫЙ (отчаянно). Пацаны! Не бросайте меня! Где вы?!
Толстый стоит и дрожит, испуганно озираясь по сторонам. Хватает с земли толстую ветку, в этот момент он похож на доисторического человека, вокруг которого в темноте  сжимая круги, бродит саблезубый тигр. Шорох листьев. Толстый  замахивается веткой. К нему на свет  выходит Ленка.
ЛЕНКА. Что это было?
ТОЛСТЫЙ. Ты? Он холодный такой…
ЛЕНКА (тихо, в сердцах). Вы идиоты, клоуны…
Появляются Колян и Прыщ. Им стыдно перед Ленкой. Ведут себя как бывалые мужики только ради традиции, испугавшиеся медведя.
КОЛЯН. Из-за чего шухер?
ЛЕНКА. Коля, ты урод… Ты понимаешь это?
КОЛЯН (растерянно)  Ты чё…
ЛЕНКА. Я думала ты другой.
КОЛЯН. Лена…
ЛЕНКА. Где Гриша?
ПРЫЩ. Где-где, обосрался и убежал. (Презрительно сплевывает) Сцыкло.
ТОЛСТЫЙ. Я бы сам убежал, он на меня ногой наступил. Холодная такая, как смерть…
Толстый дрожа, одевается. Где-то оглушительно хрустит ветка. Все вздрагивают, Толстый судорожно путаясь в штанах, падает на листья.
ТОЛСТЫЙ (визгливо). Это он! Нам капец!
ПРЫЩ (озираясь ) И как мы домой пойдем?
ЛЕНКА (неуверенно) Вы чего боитесь?  Какой нафиг дух? Это ненаучно…
Снова шорох листьев. Все сбиваются в кучу. Из темноты на ребят кто-то идет. Треск сучьев становится все громче и громче и к ребятам из темноты выходит Гриша. Он что-то прячет под кофтой.
ГРИША. Ну что видел я вашего белого офицера.
ТОЛСТЫЙ. Он до меня дотронулся!
ГРИША. Выскажи ему претензии…
Гриша расстегивает кофту и  демонстрирует ребятам ежа, те сконфуженно переглядываются.
ГРИША (с улыбкой). А с вами весело.
Затемнение.

Сцена 8

Ночь. Горит фонарь на крыльце дома Валентины Григорьевны. Из темноты к калитке подходят Гриша и Ленка.
ГРИША (грустно). Она меня совсем не помнит.
ЛЕНКА. Странно, что я раньше ничего не слышала про тебя. Баба Валя никогда не говорила о том, что у нее есть внук.
ГРИША. Ну, она же мне седьмая вода на киселе. И я ей тоже.
ЛЕНКА. Ты думаешь, что она болеет?
ГРИША. Уверен. Она же старенькая, потихоньку все забывает. Вот только одно непонятно. Почему она с меня начала? Нет, чтоб что-нибудь бесполезное забыть. Например, сериал свой любимый.
ЛЕНКА. Ну, ты сказал, сериал он каждый день идет, а внук раз в полгода приезжает. Хотя конечно глупость это все.
ГРИША. И вот что мне делать?
ЛЕНКА. Не знаю. Если это действительно болезнь, то надо ее специалисту показывать.
ГРИША. Как? Она-то себя больной не считает. Она может, думает, что я сумасшедший и все что я ей говорю это мой бред. И ведь я понимаю, что в ее глазах я и, правда, психом выгляжу.
ЛЕНКА. В каждом человеке есть и нормальное и ненормальное, в один момент чего-то становится больше. Погоди, вот ты говоришь, что она забыла, значит надо ей помочь вспомнить.
ГРИША. Я пытался…
ЛЕНКА. Нет, надо не так.  Не словами.
ГРИША. Я ее фотографий у нас дома не нашел. Отец с мамой ее всего три раза за жизнь видели...
ЛЕНКА. Погоди, я о другом. Я читала в одном журнале, как лечили людей потерявших память. Память это ведь цепочка событий, какие-то яркие, какие-то обычные. Если человек их забыл, то ему восстанавливали эти события.  В первую очередь самые сильные и если это получалось, то  дальше он начинал сам вспоминать, тянуть дальше эту цепочку. Понимаешь?
ГРИША. Круто. А что делать, если эти события помнит только она, а она уже ничего не помнит? 
ЛЕНКА. Значит, помнят другие. Пал Акимыч тот же самый… Узнать и воссоздать! Вот тогда может она и тебя вспомнит.
ГРИША (неуверенно) Ну что же…
ЛЕНКА. В любом случае ты себя потом терзать не будешь. Что мог для родной бабушки то и сделал. Ладно, пойду, а то я из дома через окно сбежала, если хватятся... У меня родители, знаешь какие?
ГРИША. Спасибо за поддержку.
ЛЕНКА. Пока не за что, вот завтра давай и начнем...
ГРИША. Скажи, а ты зачем мне помогаешь? В смысле я благодарен и все такое…. То есть я другое хотел спросить…
Гриша мнется, не знает что сказать.
ЛЕНКА. Хочу и помогаю, что в этом такого?
ГРИША. Ну да…
Ленка внимательно смотрит на Гришу.
ЛЕНКА. Может, ты думаешь, что это из-за тебя?
ГРИША. С чего ты взяла?
ЛЕНКА. Мне почему-то кажется, что ты скрытый эгоист.
ГРИША. Я сейчас обижусь.
ЛЕНКА. Не стоит, таких большинство, почти все люди.
ГРИША. Ну, уже легче.
ЛЕНКА. Хотя знаешь, мне кажется, что ты не такой как все.
Гриша шутливо расправляет плечи.
ГРИША. Я расту в твоих глазах?
Ленка критически смотрит на него.
ЛЕНКА. Да не, ошиблась. Как все.
Гриша так же шутливо горбится.
ГРИША. Ну и фиг с ним.
Ленка смеется.
ЛЕНКА. Ну ладно. Провожать меня не надо. Береги бабушку. Пока,
ГРИША. До свиданья Лен.
ЛЕНКА. Готовься, нас ждут великие дела.
ГРИША. Это точно.
ЛЕНКА. Пойду.
ГРИША. Давай.
ЛЕНКА. Ну, все пошла.
ГРИША. До завтра.
Ленка старательно непринужденно уходит по улице. Гриша смотрит ей вслед, затем нерешительно открывает калитку.

Сцена 9

Утро. На скамейке сидят Пал Акимыч, Гриша и Ленка.
ПАЛ АКИМЫЧ (недовольно). Что я вам староста фашистский про своих односельчан рассказывать? Все знаю, ничего не скажу.
ЛЕНКА. Пал Акимыч, ну что вы такое говорите? Мы же не пытать вас пришли…
ПАЛ АКИМЫЧ. А хоть бы и пытать, я старый пионер все выдержу.
ГРИША. Ну, помогите мне, я ведь ничего про нее не знаю.
ПАЛ АКИМЫЧ. А родители твои, что ничего про нее не рассказывали?
ГРИША. Да как-то нет…
ПАЛ АКИМЫЧ. А сам ты, что не расспрашивал?
ГРИША. Да как-то…
ПАЛ АКИМЫЧ. А сейчас значит понадобилось. А я про свою прабабушку все помню. Вот про нее я вам что угодно расскажу…
ЛЕНКА. Нам про бабу Валю надо. Ну, помогите, пожалуйста. Ну, хотите мы вам по хозяйству поможем?
ПАЛ АКИМЫЧ Кто? Ну, ты еще ладно, а этот петуха от курицы не отличит. Он же еду только в гастрономе видел. (Вздыхает)  Ну что с вами делать. Откуда начинать-то, я ведь ее знаю сколько себя.
ЛЕНКА. Нам событие надо. Самое важное событие в ее жизни.
ПАЛ АКИМЫЧ. Как родилась? Что важнее? Ничего важнее нету. Но вот этого я не помню.
ЛЕНКА. А любовь? (Краснеет) Вот как она со своим мужем познакомилась?
ПАЛ АКИМЫЧ. Так и познакомилась, при мне можно сказать. Как сейчас помню, в июне это было. В клубе танцы были…
ЛЕНКА. Сейчас секундочку, мы записать все должны! Мы в подробностях вспоминайте, нам все детали важны.
Ленка достает из пакета блокнот и ручку. Пал Акимыч продолжает.
ПАЛ АКИМЫЧ (вздыхает) Так вот. Воскресенье было. Идем, мы с ней значит на танцы. Ну, молодые тогда были, а тут еще пластинки новые из города привезли. Шуруем мы с ней значит, и погода такая…
ЛЕНКА. А вокруг что было? Люди чем занимались?
ПАЛ АКИМЫЧ. Люди? А ну как обычно делами своими. А мне как-то не до них было. Мы говорю, молодые были, на танцы шли. Идем, смеемся. Смеялись мы тогда много. А чего смеялись-то? А, там дед Вася Хромой царствие ему небесное мотоцикл завести пытался, ну и ругался на всю улицу. А нам смешно…
ЛЕНКА. А как он ругался?
ПАЛ АКИМЫЧ. Хорошо ругался, сейчас так никто не умеет.
ЛЕНКА. Нам все надо знать.
ПАЛ АКИМЫЧ. Я это вслух говорить не буду, воспитание не позволяет.
ГРИША. На бумажке напишите.
Пал Акимыч хмыкает, но берет карандаш и что-то выводит в тетрадке.
ПАЛ АКИМЫЧ. И дальше нам дорогу стадо колхозное перегородило. Коровы-то вечером по домам уже. И как щас помню, корова замычала и тут он с неба упал.
ГРИША. Кто?
ПАЛ АКИМЫЧ. Кто-кто. Серега. Муж ее будущий.
Ленка и Гриша переглядываются.
ЛЕНКА. Вы над нами смеетесь?
ПАЛ АКИМЫЧ. Так и было. Вместе с парашютом. Между нами и коровами.
ГРИШКА. Он что летчик был?
ПАЛ АКИМЫЧ. Да не, студент. Авиаклуб рядом с нами был. Так вот его ветром и притащило. Упал, сломал ногу. Мы ему шину наложили и к своим отвезли. Валя потом навещать его ездила. Большое впечатление он на нее произвел (Чешет в затылке.) Ну ее понять можно, не каждый день женихи с неба падают. Потом он приезжать начал, а потом остался, так и прожил здесь до самой смерти. Я вот иногда думаю, в другую сторону был бы ветер, тогда вот что? Как бы я жил сейчас, ну никак не один, наверное…
ЛЕНКА. А в какую сторону ветер был?
Пал Акимыч встает. Грустно смотрит куда-то в сторону.
ПАЛ АКИМЫЧ. Не помню. Когда это уже было? Тут людей уже забываешь, не то, что ветер. Пойду я…
Пал Акимыч уходит. Гриша обхватывает руками голову.
ГРИША. Это нереально… как мы все это воссоздадим? Тут же столько всего надо!
ЛЕНКА. Спокойно. (Смотрит в блокнот, загибает пальцы) Не так уж и много. А теперь давай подумаем.... Значит так. Надо это сделать когда стадо погонят, потом пусть кто-нибудь патефон включит. Что еще? Кто-то пусть деда Василия изображает, мотоцикл нам нужен. Пойдем к ребятам, сейчас все распишем…
Уходят.

Сцена 10

Валентина Гавриловна выходит из своей калитки. Там уже стоит Пал Акимыч с деланно безучастным видом.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Привет Паш.
ПАЛ АКИМЫЧ. Здравствуй. Ты куда?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. К Шуре обещала зайти с огородом помочь.
ПАЛ АКИМЫЧ. Можно я тебя провожу?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (удивленно) Паш, ты чего? Да я сама дойду, ноги пока еще ходят.
ПАЛ АКИМЫЧ (разочарованно). Ну как хочешь.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. У тебя, что дел никаких нет?
ПАЛ АКИМЫЧ. Есть. Полно дел Валя, полно…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (участливо) Что с тобой? Какой ты как не в себе прямо.
ПАЛ АКИМЫЧ. Очень даже в себе. Валь…
Пал Акимыч мнется, расстегивает пуговицу на пиджаке, тут же застегивает назад.
ПАЛ АКИМЫЧ. Валь, скажи, а ведь раньше помнишь, как все было? В смысле хорошо ведь жили весело.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Не то слово.
ПАЛ АКИМЫЧ. А щас что мешает? Вот как раньше жить?
Валентина Гавриловна внимательно смотрит на Пал Акимыча.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. А то сам не знаешь?
ПАЛ АКИМЫЧ. Ну да. Я чего пришел-то, я про пацана твоего спросить пришел. Ты в милицию-то звонила?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Звонила.
ПАЛ АКИМЫЧ. И чего?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Чего-чего. Приедут за ним.
ПАЛ АКИМЫЧ. Детдомовский?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Детдомовский.
ПАЛ АКИМЫЧ. Да? А ведь не похож. Хороший такой пацан, совсем домашний.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Паш, вот чего он тебе, а?
ПАЛ АКИМЫЧ. Да мне Валь все равно, просто он к тебе приехал, а ты его в милицию.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ты мне сейчас замечание делаешь?
ПАЛ АКИМЫЧ. Валь…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Паша…
Пауза.
ПАЛ АКИМЫЧ. Скажи, а из меня бы хороший дед получился?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Не знаю.
ПАЛ АКИМЫЧ (уверенно). Я знаю. Хороший.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Сейчас зачем об этом?
ПАЛ АКИМЫЧ. А и правда. Иди Валь куда шла.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ты Паш как был фантазер так и остался…
ПАЛ АКИМЫЧ. (неожиданно поет) «Фантазер, ты меня называла, фантазер. А мы с тобою не пара…»
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Вот именно.
Она уходит, Пал Акимыч достает из-за пазухи небольшой букет полевых цветов и вставляет его в старого почтового ящика.





Сцена 11

Гриша, Ленка, Колян, Толстый и Прыщ сидят на ступеньках клуба.
ЛЕНКА (деловито).  Предстоит сделать следующее: прогнать коров через дорогу.  Да и надо чтобы одна корова замычала в нужном месте. Коля, я знаю, ты сможешь…
КОЛЯН. Ну, насчет коров я договорюсь, а вот чтобы мычать по команде извиняюсь, я вам не дрессировщик.
ЛЕНКА. Не хочешь нам помочь?
Ленка пристально смотрит на Коляна, тот вздыхает.
КОЛЯН. Ладно…  
ЛЕНКА (смягчившись) У меня дома книжка по дрессировке лежит, там правда только про собак, но система, наверное, везде одна и та же.
Колян обреченно сплевывает.
ЛЕНКА. Теперь Толстый... Ты будешь изображать деда Василия…
ТОЛСТЫЙ. Я его ни разу в жизни не видел!
ЛЕНКА. Ну, он же твой прадед! Кому как не тебе быть им?
ТОЛСТЫЙ. Не, не пойдет.  Батю могу, деда могу, я их каждый день вижу. Они меня уже в доску заколебали. А прадед? Что он мне плохого сделал? Я ничего про него не знаю.
ЛЕНКА. Вот и будет повод. Сядь вечером и спроси про него. Да только подробно. Какие привычки были, какие слова говорил… Хотя слова уже есть. Вобщем это твое задание. Что у нас дальше? Музыка. (Вздыхает) У нас дома есть патефон. Эх, как можно было красиво сделать, как в фильмах Михалкова…
ГРИША. А в чем проблема?
ЛЕНКА. Ты мою маму не знаешь.
ПРЫЩ (громко и глупо) Станет тещей - узнает!
Колян резко отвешивает Прыщу подзатыльник.  Ленка вспыхивает, но тут, же берет себя в руки.
ЛЕНКА. Мама думает, что это большая историческая ценность. Тем более патефон не работает.
ГРИША. А если мы его починим, может согласиться дать на сутки?
ЛЕНКА. Ты умеешь чинить патефоны?
ПРЫЩ. Я умею.
ЛЕНКА. Сиди уже.
ПРЫЩ (обиженно). У меня руки золотые, я в первом классе сам себе фонарик сделал. Что, не было этого?
ЛЕНКА. Мать тебе ни за что тебе патефон не отдаст.
ГРИША. Я знаю, что надо сделать.

Сцена 12

Ленка сидит на скамейке возле дома. Подходит Шура, в руках у нее бумажный листок.
ШУРА (взволнованно) Смотри, что возле магазина висело!
Шура дает Ленке листок.
ЛЕНКА (читает вслух) «Срочно куплю работающий патефон». Гм, интересно…
ШУРА. А я тебе что говорила? Ценная вещь. Его в кино показывать могут, в театре, да где хочешь!
ЛЕНКА. Здесь написано «работающий».
ШУРА. Я в город съезжу, найду, где ремонтируют.
ЛЕНКА. Не надо в город.
ШУРА. А здесь кто починит?
ЛЕНКА. Ну, есть люди.
Незаметно для Шуры делает знак рукой. К ним быстрым шагом подходит Прыщ.
ПРЫЩ. Я как раз мимо проходил…
ЛЕНКА. Погоди. Мам, смотри вот Прыщ, э… Петя. Он сумеет.
ШУРА. Кто?! Этот? Да я его и близко к патефону не подпущу!
Прыща задевает подобное отношение.
ПРЫЩ. Ой, да больно надо!
Прыщ мрачно сплевывает под ноги, демонстрируя свою полную незаинтересованность в этом деле. Ленка видит что ситуация под угрозой срыва.
ЛЕНКА. Мам, ну почему ты так? Прыщ, э… Петя тоже человек. Дадим ему шанс доказать! У нас дома радио не работает, пусть посмотрит, если получится починить, значит и патефон можно доверить. Надо быть снисходительнее к людям, мам…
ШУРА (вздыхает) Ну так тож люди, а это…
Ленка виновато смотрит на Прыща, ей неловко перед ним за мать. Еще секунда и Прыщ уйдет по своим делам, но неожиданно…
ПРЫЩ (мрачно). Тетя Шура, дайте мне мой последний шанс. Я человек, я докажу.
ЛЕНКА. Мама.
ШУРА. А хуже чем, есть, не сделаешь?
ПРЫЩ. Хуже чем сломанное? (Искренне) Не, это вряд ли.
ЛЕНКА. Ну, пойдем быстрее радио чинить!
Уходят.

Сцена  13

Возле старого клуба. Гриша закидывает на дерево веревки, связывает их в узлы таким образом, чтобы создавалось впечатление, что это парашютные стропы. К клубу вразвалочку подходят Толстый  и Колян.
КОЛЯН. Ну, как, получается?
ГРИША (весело). А куда оно денется?
ТОЛСТЫЙ. По-моему на парашют не очень похоже. Смотри, сломаешь себе шею нафиг.
ГРИША. Все нормально будет.   
КОЛЯН. Что-то мне кажется тупняк все это…
ГРИША. Что именно?
КОЛЯН. Да вся эта затея с воспоминанием. Чего пыжимся, все равно ничего не получится
Гриша перестает возиться с веревками, внимательно смотрит на Коляна.
ГРИША. Ты так считаешь?
КОЛЯН. Уверен.
ГРИША. Жаль если так думаешь.
КОЛЯН. Ей не патефон заводить надо, ее надо врачу показывать.
ТОЛСТЫЙ. Психиатрическому.
ГРИША. Может и придется, только я сначала вот так попробовать хочу. Не возражаешь?
Колян не успевает ответить, как подходят сияющие Ленка и Прыщ. В руках у Ленки патефон.
ЛЕНКА. Мы сделали это! Прыщ наш герой.
ПРЫЩ (скромно). Да чего там, фигня.
ЛЕНКА. У вас как успехи? Толстый ты с дедом поговорил?
ТОЛСТЫЙ. Поговорил. По-моему он его до сих пор боится. Рассказывал, как он однажды пьяный домой пришел, так дед Вася взял кусок мыла развел в тазике и выпить заставил. 
ЛЕНКА. Сможешь его изобразить?
ТОЛСТЫЙ. (без энтузиазма). Попробую. А мотоцикл где я возьму?
ЛЕНКА. Велосипед возьмешь, будешь, делать вид что заводишь.
Прыщ и Колян ржут. Толстый тоскливо вздыхает.
ТОЛСТЫЙ. Ну, ништяк…
ЛЕНКА. Коль, знаешь, что я подумала? Не нам надо коров никуда гнать. Ты можешь за деревом встать и промычать громко.
Прыщ и Толстый не выдерживают и давясь от смеха отворачиваются в сторону. Колян бледнеет.
ЛЕНКА. Нам же главное атмосферу создать, вот наша задача. Знаете еще что…
КОЛЯН (перебивает). Знаю! Мычите сами!
Колян разворачивается и уходит. Толстый и Прыщ растерянно смотрят на Ленку.
ЛЕНКА. Чего он?
ГРИША. Ребят... Я вот что подумал, мне как-то совсем не хочется вас напрягать. Давайте я с ней еще раз нормально поговорю. А уже потом все остальное. Идет?
ЛЕНКА. Ну как хочешь.
ГРИША. Ребят, не обижайтесь, мне разобраться надо. Я вам все потом скажу.
Гриша уходит.
ТОЛСТЫЙ. Ништяк мы себе развлекуху придумали.
 ПРЫЩ. Точно. Клоуны блин.
ЛЕНКА. Мы должны помочь ему.
ТОЛСТЫЙ. А кто он такой вообще?
ЛЕНКА (твердо). Он внук Валентины Гавриловны.
ПРЫЩ. А то мы сами не знали.
Затемнение.




Сцена 14

Дом Валентины Гавриловны. Появляется Гриша с букетом полевых цветов, ставит цветы в большую стеклянную банку, наливает туда воду. Банку ставит в центр стола. Насыпает пряники из пакета в большую тарелку. Расставляет чашки. Отходит в сторону, придирчиво рассматривает, подходит и меняет чашки местами. Гриша зажигает керосиновую лампу. Слышится стук двери. Садится. Дверь открывается и входит Валентина Гавриловна. Она останавливается на пороге, недоуменно смотрит на мальчика.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. А что это у нас здесь?
ГРИША. Садись, поговорим.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ну, давай.
Валентина Гавриловна садится за стол напротив Гриши.
ГРИША. Скажи, ты меня совсем-совсем не помнишь?
Валентина Гавриловна молчит. Гриша кладет на стол небольшой фотоальбом.
ГРИША. Ты вот сейчас ничего не говори. Давай вот вместе посмотрим.
Гриша показывает Валентине Гавриловне страницы фотоальбома. Та безучастно смотрит на снимки.
ГРИША. Это мама, это папа, это я. Это мы на даче. А это я в школу пошел.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. А это кто?
ГРИША. Где?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Что это за женщина?
ГРИША. А, это моя бабушка Ольга Васильевна, мать отца. Твоя кстати сестра. Троюродная тоже что-ли… Я в этом плохо разбираюсь, но мы потом с тобой сядем и все нарисуем. Кто кому кем приходится.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. А с ней ты часто видишься?
ГРИША. Она умерла семь лет назад. Я же тебе говорил, ты моя последняя бабушка. Забыла?
Валентина Гавриловна молчит. Гриша вздыхает.
ГРИША. А мы с тобой похожи. Вот на этой фотографии особенно. Ну, приглядись, ну пожалуйста.
Валентина Гавриловна берет в руки фотоальбом, секунду смотрит на снимок, закрывает его и подвигает к Грише.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Это хорошо, что у тебя родители есть. Значит, есть куда вернуться.
ГРИША. А хочешь, мы вместе с тобой к ним поедем? Они обрадуются, точно тебе говорю! Давай, ба!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Фантазер ты…
ГРИША. Они на дачу уехали, а я сразу к тебе. У меня один день остался. Представляешь, они возвращаются, а там мы с тобой!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Гриша…
ГРИША. Да, бабуль.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА.  Не выдумывай парень. Я не твоя бабушка.
ГРИША. Погоди…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Послушай. Не знаю, ошибся ты или еще что. Чувствую что хороший ты, но… нет у меня внуков, ни одного нет. Ты думаешь, что я ничего не помню? Я брат все помню, всю свою жизнь помню. Чего только не было, вся моя. Всякое было, вот только внуков не было.
Гриша встает.
ГРИША. Ты хочешь против фактов пойти?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Каких таких фактов?
ГРИША. Ты Иванова Валентина Гавриловна, так?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Так.
ГРИША. Проживаешь в деревне Кочерыжки…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Кочерёжки.
ГРИША. Не важно. Вот смотри!
Гриша лезет в рюкзак и достает оттуда новогоднюю открытку, показывает Валентине Гавриловне.
ГРИША. Ты что даже свой почерк не узнаешь?
Валентина Гавриловна берет в руки открытку, смотрит, отдает назад.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Нет. Это не я. Давай так, я в милицию звонить не буду. Сегодня уже поздно, ночуй. А завтра… А завтра поедешь домой. Договорились?
Гриша абсолютно подавлен.
ГРИША. Мне что на ДНК сдать?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. На что?
ГРИША. Долго объяснять.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Тем более. Я тебе кофту постирала, завтра уже высохнет.
Гриша пристально смотрит в глаза Валентины Гавриловны.
ГРИША (отчаянно). Я не знаю, как до тебя достучаться, что я твой внук! Вот что мне для этого сделать? Скажи!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Собирайся домой.
Гриша встает из-за стола и уходит. Валентина Гавриловна задумчиво смотрит ему вслед.





Сцена 15

Возле старого клуба. На ступеньках сидят Ленка, Прыщ и Толстый.
ЛЕНКА. Значит так, помните нельзя выходить из образа. Толстый, это тебя в первую очередь касается. Давай, показывай…
Толстый нехотя встает, подходит к велосипеду.
ЛЕНКА. Ну как ты ходишь?
ТОЛСТЫЙ. Нормально хожу.
ЛЕНКА. А должен как старик. Сгорбись и ногами шаркай.
Толстый горбится, идет, еле волоча ноги.
ПРЫЩ. Он не на деда он на военнопленного похож.
ТОЛСТЫЙ. А дед Вася, между прочим и был в плену.
ПРЫЩ. Во-во значит, ты весь в него. Нормальные бойцы в плен не сдавались…
Толстый вплотную подходит к Прыщу.
ТОЛСТЫЙ. Ты чего против моего прадеда имеешь?
ПРЫЩ (удивленно) Толстый, ты чего?
ТОЛСТЫЙ. Он знаешь через что прошел? Еще слово…
Прыщ изумленно смотрит на грозного Толстого.
ЛЕНКА. А ну перестаньте!
Подходит Гриша, молча, садится на ступеньки.
ЛЕНКА. Ну как, поговорил?
Гриша кивает.
ЛЕНКА. Я так понимаю безрезультатно?
Гриша снова кивает.
ЛЕНКА (деловито). У нас все почти готово. Вот только как с коровами непонятно…
ГРИША. Ребят, ничего не надо.
ЛЕНКА. Почему?
ГРИША. Да бессмысленно все это. Она вспоминать не хочет. Всё, операция «Память» закончена, всем спасибо.
Ребята недоуменно переглядываются.
ЛЕНКА. Нормально…
ПРЫЩ. Не ну ништяк! Это что получается, зря мы тут все это?
ГРИША. Извините.
ЛЕНКА. Ты не можешь отказаться, все зашло слишком далеко.
ПРЫЩ. Это точно. У меня теперь заказов по деревне. Как Самоделкин блин…
ТОЛСТЫЙ. А нафига я про деда спрашивал? Батя сразу насторожился, что не просто интересуюсь, еле отмазался. 
ГРИША. Я сегодня уезжаю.
ЛЕНКА. Никуда ты не поедешь.
ГРИША. Перед автобусом ляжете?
ЛЕНКА (твердо). Останешься и доведешь все до конца.
ГРИША. Да как вы не понимаете? Ей этого не надо! Она и так хорошо живет! Есть внук, нет его…
ЛЕНКА. Струсил?
ГРИША. Ой, не надо! Это вам не дух офицера Максимова вызывать, это живой человек!
ЛЕНКА. Вот именно! И не посторонний!
ГРИША. Зачем я в ваши Кочерыжки приехал?
ЛЕНКА. В Кочерёжки, Кочерыжки в другом районе. Значит так, хватит тут причитать, давайте делом заниматься. Всё, действуем по плану. Сейчас идем к Пал Акимычу и просим его нам помочь.
ГРИША. Ничего не получится.
ЛЕНКА. А я думала, ты ей действительно помочь хочешь. Очень жаль…
ГРИША. Да хочу, но…
ЛЕНКА. Без «но». Или делаешь, что от тебя зависит или нет.
ПРЫЩ. Ну чего ты как не пацан?
ТОЛСТЫЙ (неуверенно). Надо это… решительным быть.   
ЛЕНКА. Ну?
Гриша смотрит на ребят, затем решительно встает.
ГРИША. Действуем.

Сцена 16

Пал Акимыч сидит на скамейке перед домом и, шевеля губами, демонстративно читает книгу. Рядом с ним сидят Ленка, Толстый, Прыщ и Гриша.
ЛЕНКА. Пал Акимыч, миленький, соглашайтесь. Мы уже час возле вас сидим.
Пал Акимыч захлопывает книгу.
ПАЛ АКИМЫЧ. Ни-за-что.
ГРИША. Но почему?
ПАЛ АКИМЫЧ. Я похож на идиота?
ГРИША. Нет.
ПАЛ АКИМЫЧ. Мне жить недолго, хочу в памяти людей нормальным остаться.
ЛЕНКА. Мы же не заставляем вас по деревне голым бегать.
ПАЛ АКИМЫЧ. А вот за это отдельное спасибо. 
ЛЕНКА. Ну почему с вами так трудно?
ПАЛ АКИМЫЧ. А почему я должен у вас на поводу идти? С какой радости? Вы меня пожилого человека в свои дела не впутывайте.
ТОЛСТЫЙ. А мне дед рассказывал, что вы за ней ухаживали.
ПАЛ АКИМЫЧ. Что тебе дед еще рассказывал?
ТОЛСТЫЙ. Много чего.
ПАЛ АКИМЫЧ. Передай, встречу его на мостках… Ладно ребята, идите, у меня и без вас дел полно. 
ЛЕНКА. Эх вы…
ПАЛ АКИМЫЧ. Эх я.
Подходит Колян.
КОЛЯН. Всем привет.
ЛЕНКА (неприязненно) Привет от всех.
Колян неловко мнется.
КОЛЯН. Как успехи?
ТОЛСТЫЙ. (кивает на Аким Палыча) Он нам помочь не хочет.
АКИМ ПАЛЫЧ. Не испытываю такого желания.
КОЛЯН. Да нет дед Паш, ты просто боишься.
АКИМ ПАЛЫЧ. Чего?
КОЛЯН. Да ничего. Все знают, что ты к ней подкатывал, а она тебе от ворот поворот. Че не было?
Пал Акимыч встает.
ПАЛ АКИМЫЧ. Вы что сопляки меня на пушку берете?
КОЛЯН. У тебя по жизни обида осталась, что она за другого вышла.
ПАЛ АКИМЫЧ. Так значит?
КОЛЯН. Так.
Пал Акимыч резко поворачивается и уходит в дом. Ребята смотрят на Коляна.
ЛЕНКА. Тебя кто просил лезть? Ты вроде как вообще от нас откололся.
ГРИША. Да все нормально. Я уже сам в эту затею не верю.
ЛЕНКА (сердито) Теперь уже точно не получится.
КОЛЯН (Грише) Отойдем поговорить?
ЛЕНКА. Колян, что за дела?
КОЛЯН. Все нормально. Это надо…
ГРИША. Ну, надо так надо, пойдем.
Колян и Гриша отходят в сторону. Ленка с тревогой смотрит им вслед.
ТОЛСТЫЙ. Что делать будем?
ЛЕНКА. Подождем, пока драться не начнут.
ТОЛСТЫЙ. Да я не про них, я вообще, сидим как дятлы…
ПРЫЩ. А может без него? Ну чего перед дед Пашей унижаться? Чего он золотой горы колпак?
ЛЕНКА. Без него никак!
ПРЫЩ. Незаменимых не бывает.
ЛЕНКА. Запомни дурак, эту пословицу придумали глупые, самодовольные люди. Заменить человека никем нельзя!
Гриша и Колян стоят чуть поодаль ребят.
ГРИША. Я слушаю тебя.
КОЛЯН. Гриш, я тебя не знаю, ты меня не знаешь…
ГРИША. Тебя это не устраивает?
КОЛЯН. Ты не перебивай меня, я тебе вот что хочу сказать. Ты приехал, уехал, а нам тут дальше жить.
ГРИША. Да разве я против!
КОЛЯН. Тебе что там скучно? Познакомиться не с кем?
ГРИША. Почему? Полно друзей…
КОЛЯН. Блин… Ты чего совсем не понимаешь?
ГРИША. Нет. Ты чего сказать хочешь?
КОЛЯН. Это моя девушка.
Оглядываются на Ленку.
ГРИША. Теперь понятно.
КОЛЯН. Я рад.
ГРИША. Что мне тебе сказать?
КОЛЯН. Ну… что ты типа… вобщем, короче ты это понял.
ГРИША. Ты зря на эту тему паришься. Я сюда за другим приехал. А Лена… она и, правда, очень хорошая.
КОЛЯН. Она лучше всех.
ГРИША. Может быть.
КОЛЯН. То есть, между нами проблем не будет?
ГРИША. Скажи, а ты знаешь, что она по этому поводу думает? Она ведь тоже человек.
КОЛЯН. А что спрашивать, я все уже решил. Никуда она поступать не поедет, нечего ей там делать.
ГРИША. А здесь ей, чем заниматься?
КОЛЯН. Не знаю пока. Там видно будет, школу закончим, и все понятно будет. Короче, мы поговорили. Без обид?
ГРИША. Да нет обид.
КОЛЯН. Держи…
Протягивает Грише руку. Тот пожимает. Из дома выходит Пал Акимыч, на нем белая рубашка, он на ходу надевает старомодный пиджак. Встает перед ребятами, ударяет каблуками, молодцевато разводит руками в стороны.
ПАЛ АКИМЫЧ. А?! Как я? Вот так хорошо? Вот так мне перед ней нормально появиться?
ЛЕНКА. Пал Акимыч вы самый красивый…
ПАЛ АКИМЫЧ. Всегда был. Кто-то по-другому думает?
ВСЕ (хором) Нет!

Сцена 17

Аким Палыч стоит, опершись об забор. Валентина Гавриловна выходит из калитки.
Пал Акимыч встает напротив нее, вздыхает, смущенно потирает руки.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА (удивленно). Паша, ты, куда так вырядился?
ПАЛ АКИМЫЧ. Валя я это…
Пал Акимыч снова тяжело вздыхает.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Что с тобой?
ПАЛ АКИМЫЧ. Ты это… ты серьезно ко мне отнесись.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Денег занять? Так и говори, когда я тебе отказывала?
ПАЛ АКИМЫЧ. Да не… Ты только выводов не делай.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Каких таких выводов?
ПАЛ АКИМЫЧ. Я нормальный.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ну, раньше точно был. Ты скажешь что-нибудь, наконец?
Пал Акимыч собирается с духом.
ПАЛ АКИМЫЧ. Валь…. пойдем на танцы!
Валентина Гавриловна изумленно смотрит на Акима Палыча.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ты чего сдурел?
ПАЛ АКИМЫЧ. Я же говорил, не делай сразу выводов.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. А ты не пьяный?
ПАЛ АКИМЫЧ. Когда я пьяный, я веселый. А я серьезный сейчас Валя, очень-очень серьезный…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Какие танцы? О чем ты?
ПАЛ АКИМЫЧ. Нормальные танцы.
Пал Акимыч совершает несколько па.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Не, доконала тебя старость. А я думала, что ты еще долго в своем уме проживешь. Паша, клуб как десять лет заколочен…
ПАЛ АКИМЫЧ. Там ребята из города приехали, целая агитбригада, музыку с собой привезли. А что? Пойдем, вспомним, как оно раньше было.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Не хочу.
ПАЛ АКИМЫЧ. А в чем причина?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Там слишком много всего было.
ПАЛ АКИМЫЧ. Так это ведь и хорошо.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Не хочу старое ворошить, что есть то и есть.
ПАЛ АКИМЫЧ. Так ведь и я там есть.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Тогда ты был другой.
ПАЛ АКИМЫЧ. Я другой? Валя, что ты такое говоришь? Посмотри внимательно. Ну, какой же другой? Это я. Тот самый я. Пиджак тот же, помнишь?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Ты хороший Паш, но…
ПАЛ АКИМЫЧ. Я это уже слышал однажды.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Отстань, а?
ПАЛ АКИМЫЧ. Как скажешь.
Пауза. Где-то вдалеке мычит корова. Ветер доносит из клуба патефонную музыку.
ПАЛ АКИМЫЧ. Валь, а знаешь, я вот все время думаю, а вот ветер бы в другую сторону, тогда бы что?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Какой ветер Паша?
ПАЛ АКИМЫЧ. Ну да. Валь, я ведь чего пришел.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Так сказал же. На танцы звать.
ПАЛ АКИМЫЧ. Танцы это так… ну чтобы как люди попрощаться. Я уезжаю Валь…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Чего?
ПАЛ АКИМЫЧ. Да. Внук давно зовет, я думал-думал, а что я здесь один? Я покупателей на дом нашел, говорить просто не хотел. Вот решил пройтись по всем напоследок. С тебя начал. А остальные мне не интересны. Ну, жили и жили, вроде никто не в обиде. Прощай Валь. Внук приехал на машине, возле клуба ждет. Ох, заживу. Давай спокойно прощаться, я вот этих слез терпеть не могу. Прощай Валя, будь здорова, не болей.
Пал Акимыч разворачивается и уходит по улице. Валентина Гавриловна некоторое время стоит, затем идет в ту же сторону.
 
Сцена 18

Перед входом в клуб горит праздничная иллюминация. На табуретке патефон. Прыщ бережно ставит пластинку, крутит, ручку и опускает иглу. Звучат послевоенные вальсы и фокстроты. Недалеко от клуба стоит Толстый, прислонив велосипед к дереву. Валентина Гавриловна подходит к клубу останавливается и смотрит.
Валентина Гавриловна подходит ближе, к дереву. На глазах Валентины Гавриловны выступают слезы. Тут с дерева на веревках опускается Гриша, какое-то время, раскачиваясь, висит. Валентина Гавриловна в изумлении отшатывается назад, натыкается спиной на Акима Палыча. Толстый усердно изображает звук заводящегося мотоцикла. Гриша раскачивается на веревках перед бабушкой, вдруг одна из веревок лопается и Гриша летит прямо на землю. Все бросаются к нему.

Сцена 19

Гриша лежит в доме Валентины Гавриловны с забинтованной головой. Бабушка сидит на краю кровати. Гриша открывает глаза и приходит в себя.
ГРИША. Бабушка…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Да дорогой мой, лежи… Что же это с тобой все время такое? Бедовый ты какой-то…
ГРИША. Ты меня вспомнила?!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Вспомнила, вспомнила.
ГРИША. Ну, наконец-то! Теперь все нормально будет?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. А как же, только так и будет.
ГРИША. А я уже думал, что все не признаешь.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Глупостей не говори.
ГРИША. Не буду. Бабуль, ты со мной поедешь?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Конечно, обязательно.
ГРИША. Я тебе весь город покажу.
ВАЛЕНТИНА ГАРИЛОВНА. Обязательно покажешь. Гриша, я домой звонила, твоим родителям, давай ты сейчас тоже им позвонишь…
ГРИША. Конечно, ба!
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Хватились там тебя. Ты с ними нормально поговори, не груби им…
ГРИША. Бабуль, ну чего ты такое говоришь?
Валентина Гавриловна помогает Грише сесть, ставит перед ним телефон. Гриша набирает номер, улыбается бабушке, та улыбается в ответ. Гудки связи, шипение. На том конце провода берут трубку.
ГРИША. Алло!
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Алле, слушаю…
Гриша осекается, голос старческий и удивительно похожий на голос Валентины Гавриловны.
ГРИША. Извините, это квартира Зайцевых?
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Зайцевых…
ГРИША. А, вы кто?
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Я-то? А ты кто?
ГРИША. Гриша Зайцев.
Пауза.
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Гриша… Внучек мой.
Гриша невольно переводит взгляд на Валентину Гавриловну, та сидит спокойно, с улыбкой смотрит на мальчика.
ГРИША. Я не понимаю…
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Гриша! Золотой мой! Мы тута с ума сходим, ну как ты вот так мог уехать?
ГРИША. Я…
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Я все бросила, из Кочерёжек к тебе поехала, на твой день рождения успеть хотела. Посмотреть хоть какой ты, а то все телефон да телефон. Приехала, а тебя нет. Что ж ты глупенький себе надумал? Хорошо эта женщина позвонила. А так бы вообще с ума сошли. Ну, зачем это было делать?
ГРИША. Да конечно.
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Отец с мамой  уже за тобой выехали, ждем тебя. Ты уж там не делай глупостей. Хорошо?
ГРИША. Хорошо.
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Приезжай уже быстрей, сил нет как тебя увидеть хочется!
ГРИША. Я обязательно. Я буду.
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Я тебя очень жду.
ГРИША. Я знаю.
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ. Ты этой женщине спасибо скажи, я с ней поговорить не успела, но все равно скажи ей спасибо.
ГРИША. Да конечно. До встречи.
Гриша ошарашено кладет трубку.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Мама?
ГРИША. Что?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. С мамой сейчас разговаривал?
ГРИША. С мамой…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Дал ты нам всем жизни. Ты будешь приезжать?
Гриша встает, садится напротив Валентины Гавриловны.
ГРИША. Скажи, я ведь не зря сюда приехал?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Конечно не зря. Я всегда знала, что буду счастливой.
ГРИША. У меня к тебе просьба…
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Какая?
ГРИША. Ты больше от  меня не отказывайся, хорошо?
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Хорошо.
ГРИША. Баб, что-то мне реветь хочется, а ведь я пацан, мне нельзя.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. А что пацаны не плачут?
ГРИША. По четным дням.
ВАЛЕНТИНА ГАВРИЛОВНА. Сегодня двадцать четвертое.
ГРИША. Значит можно.
Мальчик и бабушка обнимаются. Патефонный ветер заполняет собой все, что только можно.
Занавес.

Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Комментарии   

 
0 #1 Guest 23.10.2015 09:09
Мне понравилось! Очень трогательно!
 
 
0 #2 Marika_Z 08.02.2016 18:30
Чудесная пьеса!! Очень понравилась!
 

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования